Счастье по-своему. Глава 5. Другая жизнь. Часть 3


Вечером Гермиона не знала чем себя занять. Заданий еще не было. Экзамены все сданы. Книга прочитана, библиотека уже закрыта. На письмо, полученное утром, написан полный и длинный ответ. Виктор, который был активным участником войны с Волан-де-Мортом, усиленно тренировался. Гермионе было одиноко. Сегодня тепло ей дарил только тёршийся о ноги Живоглот, но этого было мало. Она никак не ожидала, что в Англии, в Хогвардсе она не будет знать, что делать.
Гермиона, которой не давало покоя отсутствие Рона на экзамене, решила заглянуть к нему. Если Сфинкс не идет к магу, то маг идет к сфинксу. Но на стук никто не отозвался. Зайти без приглашения девушка позволить себе не могла. Она не любила, когда к ней врывались без предупреждения, так же она не могла поступить и по отношению к другим.
Направляясь к Гарри, Гермионе пришлось пройти мимо комнаты русских девушек. Оттуда доносился смех и чьи-то голоса, среди которых она могла различить и голос Гарри. Она могла бы зайти. Но зачем? Ее не приглашали. Да и совсем не хотелось. Русские ей были симпатичны, но чувство недоверия было больше. Гермиона не могла так довериться интуиции и чувствам как Гарри, который после вечеринки полностью отверг идею наблюдения за Сириусом и начал с ним активно общаться.
Так и не найдя себе компании, Гермиона вернулась себе в комнату, переоделась, обняла покрепче теплого пушистого кота и легла спать, уговаривая себя, что так даже лучше. Ведь завтра занятия с самого утра и надо быть бодрой и выспавшейся.

****

Вечером в комнату к девчонкам по приглашению Сириуса заглянул Гарри с Габриель. Ребята устроили такие тихие домашние посиделки. Гарри, расположившись на подушках по середине комнаты, обнимал младшую Делакур, которая удобно устроила свою аккуратную белокурую головку на плече парня. Вероника заваривала чай. Софи наигрывала что-то мелодичное на гитаре. Когда Блэк закончил уничтожать запасы еды, принесенные им же со школьной кухни, то пустился в полуфантастические россказни о приключениях, которые выпадали на долю его самого и его друзей. Все задорно смеялись, начиная пускаться в веселые воспоминания своего детства. Милый, веселый, непринужденный вечер. Все хорошо. Только Гарри не чувствовал этого веселья, этой легкости. Он смеялся только потому, что смеялись другие. Он тепло улыбался, если к нему оборачивалась красавица Габриель и смотрела на него лучистыми добрыми глазами. Гарри никак не мог отойти от впечатлений от своих снов. Ему даже казалось, что они, подобно дементорам, высасывают из него все положительные воспоминания, всё хорошее, заставляя видеть и помнить только смерть, только предательство и недоверие.
В одиннадцать решили закругляться, завтра рано вставать. Надо выспаться, и хотя бы в первый учебный день не клевать носом. Вечер прошел хорошо. Даже не смотря на свое душевное состояние, Гарри ни на секунду не пожалел, что решился заглянуть.
Блэк не спеша шел по коридору. Сириус был задумчив. Почему он не расскажет правду Гарри? Ведь сейчас они стали не то что друзьями, но хорошими знакомыми точно. Что же его держало? Надо рассказать, не найдя доводов против, решил для себя Сириус. Самое время, потом может быть только хуже. Раньше я был не готов сам – Сириус никогда не лгал себе. Да и поведение Гарри его настораживало, хотя стоило более подробно расспросить об этом Веронику. Дойдя до лестницы, Блэк решил, что ложиться спать в одиннадцать абсурдно. Его тянуло в то странное подземелье, на которое он нечаянно набрел еще перед вечеринкой. Тогда он в нем не пробыл и десяти минут. Сириус подумал, что страх, который вызывало это место, уступит, если он превратится в собаку. Однако он ошибся. В теле собаке этот страх, вызванный, скорее всего, сильнейшим заклинанием, почти парализовал сознание. И, уступая природным инстинктам, Бродяга убежал, трансформировавшись обратно в человека уже в подземельях зельевара. Сириус шел по слабоосвещенному коридору студенческого крыла, и его мысли возвращались к этому странному месту. Сириус Блэк никогда не трусил, никого не боялся, никогда не отступал, но тогда он убежал. Это не давало ему покоя. Нужно было вернуться. Взглянуть своему страху в глаза и не отступить.
Воспользовавшись тайными переходами, Сириус добрался до подземелья. Он шел, тихо ступая и не зажигая палочку. Возможность наказания его не беспокоила, а вот потерять доступ к этой части замка не хотелось.
Подземелье завораживало. Узкие проходы сменялись широкими коридорами, которые приводили к очередной развилке. В коридорах был влажный и холодный воздух, по стенам стекала вода, иногда встречались факелы, слабо освещающие пространство. Один из таких коридоров вывел Сириуса к уже знакомому огромному залу, которой лишь немного уступал по размерам помещению, где обычно студенты принимали пищу. Но если верхний зал был пропитан теплом и жизнью, то здесь поселился холод. Сириус медленно, перебарывая в себе вновь просыпавшийся животных страх, шаг за шагом шел по залу. В центре это странной залы стояли кресла и столы, такие небольшие и круглые. Подобные можно увидеть в кафе, правда, здесь они были деревянными и покрытые многовековым слоем пыли. Сириуса опять передернуло, леденящий ужас пробежал по спине, но он не покинул помещения. Блэк методично продолжал осматривать темный и пугающий зал. На стенах висели то ли картины, то ли зеркала — Блэк не мог понять, потому что они были занавешены плотным запылившимся черным бархатом. Снимать ткань Бродяга благоразумно не стал. Парень прошел вдоль каждой из стен обнаружил запертую дверь. Открыть ее не получилось ни с помощью магии, ни обычным человеческим пинком. Сириус был уверен, что опять что-то пропустил, чего-то не заметил. Но этот большой темный зал внушал какой-то сильный, первобытный страх. Блэк больше не мог здесь находиться и ушел. Он и так приложил максимум усилий, чтобы не убежать отсюда. Ее любопытства и чувства авантюризма хватило на этот раз на 40 минутное исследование.

****

Гарри зашел в зал, окинул стол взглядом, ища Рона или Гермиону. Ни того, ни другого не было. Тогда Гарри направился к сидящему, как обычно в компании девушек, Сириусу.
— Гарри, где Рон? – Гермиона появилась неоткуда и сразу начала заваливать вопросами.
— Почему ты такой бледный? – пристальнее посмотрев на неохотно ковыряющего вилкой в тарелке Гарри, поинтересовалась заботливая Гермиона. Сириус сразу же обернулся и тоже посмотрел на Поттера.
Гарри не выспался, его опять преследовал этот непонятный жуткий сон. Этой ночью он слышал крики всех его знакомых, но на этот раз, которые погибли от руки Темного Лорда или его пособников. И все эти погибшие кричали, что Гарри их предал. Что он становится злом, хуже самого Темного Лорда. Гарри пытался встать, пытался ответить на их упреки, но не мог. Как только Гарри открывал рот, из него вырывалось чудовище: большое, сильное, беспощадное. А потом слышались новые крики, лилась новая кровь.
Гарри просыпался несколько раз, надеясь, что сон не вернется. Но как только он закрывал опять глаза, кошмар возвращался.
— Все нормально, не выспался просто, — не желая обсуждать свое самочувствие, пробурчал хмурый Гарри. Сириус, вспомнив, что Гарри ушел с Габриель, улыбнулся краешками губ и вернулся к своему завтраку. В французскую причину недосыпания Сириусу хотелось верить больше. – А где Рон, я не знаю. Я не видел его вчера. Гарри догадывался куда мог пропасть его друг, но, помня об обещании, он никому о причиннах исчезновения не говорил. Это дело Рона. Он расскажет сам, если посчитает нужным, чтобы кто-то знал. Гермиона недоверчиво посмотрела на Гарри. Парень уже приготовился достойно выдержать натиск любопытной подруги, когда в зале появился сам виновник беспокойств.
-Почему тебя не было на экзамене? О чем ты думал? – налетела на не ожидавшего такого приема Рона Гермиона.
— Я неважно себя чувствовал, — Рон действительно выглядел плохо. Синяки под глазами, белое, даже почти серое лицо.
— Почему ты сразу не пошел с мадам Помфри? – Гермиона не унималась. Некоторые из студентов уже начали кидать сочувствующие взгляды на Рона. Лицо Виктора, который тоже наблюдал эту сцену, становилось все более и более хмурым. – Ты все такой же легкомысленный! Рональд Уизли, о чем ты думаешь?
— Отстань! Это не твое дело! – выпалил Рон и, обойдя Гермиону, сел рядом с Гарри.
Грейнджер гордо вскинула голову и пошла к концу стола, где сидела вместе с Виктором.
— Ну что? – тихо спросил Гарри.
— Ничего, — смотря пустыми глазами в тарелку, пробурчал Рон. – Ты должен вмешаться, там малыш, похоже, его ждет первое перевоплощение.
-Хорошо, я сообщу своим. Кстати, вот, держи. Я взял пергамент с твоими оценками по вступительным экзаменам, — Гарри вынул из рюкзака запечатанный свиток и отдал другу.
-Спасибо. Какие у нас сейчас занятия? – Рон, не испытывая к оценкам большого интереса, положил свиток рядом с кубком и стал наполнять свою тарелку едой.
-На первой недели, пока все не определились с факультативами – занятий не много. Сейчас трансфигурация, только в кабинетах разных.
Обсуждение занятие для них уже давно стало такой же традицией как обсуждение погоды у всех англичан. О занятиях они говорили, если сказать друг другу было нечего или не хотелось. Сейчас Рон был явно не намерен обсуждать свои приключения. Гарри не настаивал.
-По потокам разделили?- смотря в только что переданное ему расписание, спросил Рон.
-Ага. У меня МакГонагалл, у вас итальяшка, — Гарри отодвинул тарелку с так и не доеденным завтраком. – Ладно, я пошел. Рон кивнул.

Счастье по-своему. Глава 5. Другая жизнь. Часть 2


— Джек, а я думал ты пошел в буфет! – окрикнул Рона напарник Джека Гамильтона.
— Мне ничего не приглянулось из предложенного в меню, схожу позднее, обещали к обеду обновить, — ответил Уизли новым изменившимся голосом. – Пойду посмотрю как новенькие.
Напарник Джека только хмыкнул и продолжил читать газету, удобно устроившись за столом. Рон шел по узкому коридору, который находился на самом последнем этаже министерства магии. В разгаре первой и второй Черных войн эти подземелья использовались для предварительного заключения обвиняемых в пособничестве Волан-де-Морту. Сейчас здесь томились недавно пойманные оборотни. После суда они отправлялись или в резервации, или на смерть.
С двух сторон узкого прохода тянулись камеры, в которых сидело по 10 -12 человек. Было душно, тесно, но все же относительно чисто. Так что в крайней бесчеловечности министерство было обвинить нельзя.
Рон медленно проходил мимо каждой из клеток. Он всматривался, он искал родное лицо. Билл мог оказаться среди этих заключенных. Кто-то на него кидал злые, полные ненависти взгляды, кто-то никак не реагировал на присутствие любопытного охранника. Большинство же заключенных просто было напугано. Скоро полнолуние, а они не знали, дадут ли им волколычье зелье, и вообще, что ожидает их в будущем? Неужели им позволят метаться в зверином обличье по клетке и грызть, убивать себе подобных?
«Есть ли среди них те, кому предстоит только первое перевоплощение» – задумался Рон, заметив совсем маленького заплаканного мальчика, забившегося в угол.
— Чего ты на этих уродов так смотришь? – рядом с Роном возник второй охранник. – Таких выродков надо уничтожать не задумываясь.
Уизли непроизвольно сжал кулаки. Сейчас ему очень хотелось ударить этого охранника.
— Один из таких загрыз мою дочурку 4 лет, — охранник, даже не заметив реакции своего напарника, плюнул рядом с камерой, — ублюдков на верность проверяли, а наши дети умирали.
Рон промолчал, приступ злости сразу прошел. Напарник Джека тоже был жертвой, он имел право ненавидеть, и все же среди этих ублюдков мог быть и Билл. Рон никогда не расспрашивал брата о процедуре посвящения, никогда не узнавал об убийствах. Однако он точно знал, что Билл поставлял информацию, а, значит, был среди оборотней, а, значит, и убивал.
-Да, этих выродков надо убивать, — тихо проговорил Рон. Согласиться с потерявшим ребенка отцом было проще, нежели вступать в спор. Да и не к чему. Билл, как и Люпин, был убийцей. Но он был братом Билла, а Билл боролся за свободу. Боролся так, как мог.
-Дядя, мне страшно. Заберите меня, пожалуйста! – проговорил мальчик, на которого невидящими глазами смотрел Рон.
-Заткнись!- прикрикнул на него охранник. Рон опустил голову и, не оборачиваясь, ушел.
В кафе он вернул пропуск Джеку, потом, немного пройдя по улице и найдя подходящую безлюдную подворотню, аппарировал в Хогсмид. Идти в школу не хотелось — обязательно наткнешься на кого-нибудь знакомого, когда видеть никого не хочешь. Поэтому Рон отправился в «Три метлы».

****

Гарри казалось, что экзамен длится вечно. Уже третью ночь подряд Гарри снился все один и тот же отвратительный сон. Вот уже третью ночью он стоит на коленях посередине грязно-красной пустыни. Он стоял и плакал, смотря на свои запачканные в чужой крови руки. Стоит и пытается зажать уши, чтобы не слышать этих изматывающих страшных криков его друзей, оставшихся в живых соратников по войне с Волан- де- Мортом. И каждый раз он пытается встать, пытается вырваться их этого кроваво-черного ада и не может. Ноги не слушаются, и он падает снова и снова. А крики слышатся все сильнее и сильнее, полностью изводя Гарри.
Выпавшее из руки перо вырвало Гарри из полудремы. Поттер встрепенулся и вернулся к экзаменационной работе. Он из последних сил пытался сосредоточиться на вопросах, но у него плохо получалось. Только что прочитанное предложение теряло смысл, буквы предательски сливались в одну чернильную массу, а глаза медленно закрывались.
— Мистер Поттер, с вами все хорошо? — спросила его находящаяся здесь профессор МакГонагалл.
-Да, профессор, все нормально, — ответил Гарри, снял очки и с силой потер глаза. Гермиона с беспокойством взглянула на Гарри. Почувствовав на себе ее взгляд, он улыбнулся и показал пальцами знак, что с ним все нормально. Гермиона вернулась к своей работе.
— Держи, — сидящий за ним Блэк незаметно передал ему листок с правильными ответами. Гарри обернулся, кинув на Блэка удивленный взгляд.
-Мистер Поттер, мистер Блэк, я сейчас заберу у вас работы. Соблюдайте правила! – строго проговорил профессор Метколм.
-А я все. Забирайте, — откинувшись за задний ножки стула и заведя руки за голову, проговорил Сириус.
-Вы уверены, мистер Блэк. Может быть, еще раз проверите? – недоверчиво глядя на ученика, спросила профессор.
-Нет, профессор МакГонагалл.
Сириус сдал свою работу и, подмигнув недалеко сидящим Веронике и Софи, вышел из класса. Гарри осторожно начал переписывать ответы.

****

— Спасибо, — найдя Сириуса в библиотеке в окружении двух девушек и кучи книг, поблагодарил Гарри.
-Да было бы за что, — улыбнулся Сириус и грациозным движением руки убрал с глаз мешающие волосы. Девушка, проходящая мимо, даже остановилась, откровенно любуясь на двух красивых черноволосых парней.
-Девушка, проходите, проходите, — усмехнулся Блэк. – Раздача автографов у нас по пятницам с 7 часов вечера. Девушка чуть покраснела и, смутившись, быстро ушла.
— Чем вы тут занимаетесь?- внимательно смотря на Веронику, которая тащила еще одну стопку книг, спросил Гарри.
-Да нам, еще в России, задали написать исследовательскую работу. Вот материал подыскиваем, — принимаясь внимательно просматривать толстый учебник, ответил Сириус. Гарри немного замялся. У него было много свободного времени, он бы мог помочь русским, но ковыряться в книжках особого желания не было.
-Заходи вечером в гости, если желание будет, — предложил Сириус. Гарри кивнул.
-Удачи вам, — махнул рукой Гарри и вышел из библиотеки.
-А врать — не хорошо, тебя никто не учил? — ехидно заметила Софи. Сириус посмотрел на девушку, как на умственно больную. Та в ответ скривила лица, отчего все трое рассмеялись.
-Прошу соблюдать тишину. Вы же в библиотеке!- сделав круглый глаза и подняв палец, сказала мадам Пинс. Троица рассмеялась еще громче, за что была выдворена из библиотеки.

****

В школу Рон вернулся только под самый вечер и то, в мантии-невидимке. Он переживал, что не нашел Билла. Испытывал досаду, что не попал на экзамен и теперь не сможет ходить на занятия, которые так его интересовали. И просто был измотан. Незаметно пробравшись в свою комнату, он сходил в душ, переоделся и уставший упал на постель.
Сидя на своей кровати, Рон решил подсчитать, сколько денег он потратил, и сколько осталось.
-Черт, — выругался Рон вслух. Деньги, которые недавно были переданы ему Перси, заканчивались. Он потратил около двух тысяч галеонов и опять все в пустую. Просить дополнительную сумму не хотелось. Еще недавно Рон работал, получал неплохую зарплату, что позволяло обеспечивать полностью свои потребности. Сейчас же он уволился, что ставило его в полную зависимость от денег нелюбимого брата. Сложившаяся ситуация очень давила на Рона, но он не жалел о сделанном выборе. Нужно было продолжать обучение, надо находить свое место в жизни. Нельзя всю жизнь гоняться за преступниками.
После победы над Волан-де-мортом им, трем главным участникам, было выдано вознаграждение в виде немалой денежной суммы. На что потратила их Гермиона, Рональд не знал до сих пор. Его это мало волновало, зато Гарри, с полной поддержки Джинни, создал фонд в помощь пострадавшим от нападения оборотней. Покусанных оборотнями в стране было столько, что в итоге популяция этих существ возросла в 9 раз (по официальным источникам). Именно тогда и вышел приказ о создании резерваций. Рон был против этого закона, но ни он, ни даже Гарри ничего изменить не смогли. Таким образом, Фонд оставался единственной поддержкой для новых оборотней. Рон тогда хотел внести в фонд и свою часть, но Гарри отказался: « Тебе деньги потребуются для другого». Как же он был прав! Все, что было у Рона тратилось на подкуп нужных людей, которые сообщали и новых пойманных оборотнях и помогали устроить встречу с ними. Такое занятие было сейчас крайне распространено – многие семьи пытались спасти от поселения в резервациях своих родных, ставших по воле судьбы полулюдьми — полухищниками. Для пресечения такой незаконной деятельности увеличивался и система контролирующих органов. Рос бюрократический аппарат, росли ставки для подкупа государственных служащих, но ситуация оставалась прежней. Рон ездил по всем резервациям, часто бывал в подземельях министерства, тратил колоссальные суммы денег, и вскоре понял, что одного подкупа было мало, нужны были связи. Войти в круг светской элиты не составило труда при его популярности. Женщины испытывали к нему жалость, граничащую с трепетом перед его силой. Мальчик, уже сложившийся молодой мужчина, потерял всю семью и все же нашел силы жить. Он стал героем, сильным магом. Мужчины его уважали. Сам же Рон удивлялся такому отношению к его персоне, и поначалу часто терялся. Потом все же втянулся, привык к многословным разговором ни о чем и умению преподать себя, расположить к себе. Эти вечера, встречи давали Рону почти безграничную возможность наладить необходимые связи с нужными людьми. И все с одной целью. Он искал Билла, но безрезультатно.
Отложив пергамент, испещренный цифрами, Рон откинулся на подушку. Так он пролежал минут, прежде чем погрузился в спасительный сон без сновидений.

Счастье по-своему. Глава 5. Другая жизнь. Часть 1


Глава 5. Другая жизнь.

Постой, не уходи!
Мы ждали лета — пришла зима.
Мы заходили в дома,
Но в домах шел снег.
Мы ждали завтрашний день,
Каждый день ждали завтрашний день.
Мы прячем глаза за шторами век.
Мы хотели пить, не было воды.
Мы хотели света, не было звезды.
Мы выходили под дождь
И пили воду из луж.
Мы хотели песен, не было слов.
Мы хотели спать, не было снов.
Мы носили траур, оркестр играл туш…
…Что тебе нужно? Выбирай!

Кино «в наших глазах»

Одиннадцать часов. Последний экзамен. Рядом с кабинетом толпились взволнованные абитуриенты. Кто-то пытался еще читать учебник, устроившись чуть поодаль ото всех. Селеста, тощая, высокая американка, донимала всех своими многочисленными вопросами, ответы на которые мало кто знал, вследствие чего многие начинали нервничать еще больше. Гермиона наблюдала за общим психозом со стороны. Здесь не так слышны были голоса студентов, никто не отвлекал вопросами, и хорошо была видна лестница, по которой поднимались все новые и новые студенты.
— Виктор, ты Гарри и Рона не видел, — обратилась Гермиона к рядом стоящему молодому человеку. Тот поднял голову от своего конспекта и отрицательно помотал головой.
-Виктор, а ты мне объяснишь, как применяется одно заклятие, — к Краму подскочила какая-то кудрявая шатенка. Гермиона кинула на девушку уничижающий взгляд, та никак не отреагировала. Незнакомая девушка продолжала стоять рядом с известным ловцом, мило улыбалась и просяще смотрела своими большими карими глазами.
-Да, конечно, что тебе не понятно? – отвлекся Виктор. Гермиона фыркнула и ушла. Ванесса, так звали эту девушку, победно улыбнулась и начала что-то узнавать у Крама.
-Гарри, ты почему так поздно? – накинулась на только что подошедшего к кабинету парню Гермиона. Гарри непонимающе на нее посмотрел. Пришел вовремя, не опоздал. Да еще и не пускают еще никого, а Гермиона злится.
-А где Рон? – не унималась Грейнджер. Гарри только пожал плечами.
-Я за ним не слежу. Вон, у Джинни спроси, — пытаясь избавиться от назойливого внимания подруги, посоветовал Гарри.
До Джинни Гермиона так и не дошла. Открылся дверь кабинета и преподаватель попросил студентов проходить и занимать места. Когда уже все расселись, и преподаватели начали раздавать вопросы, вдруг распахнулась дверь. Гермиона обернулась в надежде, что все же появится Рон, но это оказался только самодовольный Сириус. Рон так и не появился.

***

Рон больше не заснул этой ночью. Из глубин сундука с вещами был извлечен небольшой рюкзак. В него была аккуратно уложена мантия-невидимка, которую Гарри отдал другу в бессрочное пользование еще в ноябре прошлого года. За ней отправились запасная волшебная палочка, два пузырька с основой для оборотного зелья и маленький пакетик с несколькими прядями волос. Рон внимательно посмотрел на содержимое рюкзака – может, он что-нибудь забыл? Хлопнул себя по лбу и положил еще немаленький мешочек с деньгами. Было только 7 часов, времени в запасе было еще достаточно. Можно было подкрепиться, но пойти на завтрак он не решился. Не стоило, чтобы его видели этим утром. Так что Рон сел в кресло и просто стал ждать. Мысли текли медленно, текли в том направлении, о котором Рон хотел научить не думать. Никогда не вспоминать.

-Мистер Уизли, где ваша сестра? – строго спросил Дамблдор, — мне нужно вам сообщить нечто очень важное.
Сердце Рона сжалось в ожидании страшной новости, которая касается его семьи, иначе бы директор не попросил выйти Гарри и Гермиону.
-Может быть, вы скажете только мне, пока Гарри и Гермиона ищут ее? – предложил Рон. Он был готов услышать все, почти все.
-Хорошо, может так будет даже лучше, – задумчиво произнес Дамблдор. — Мистер Уизли, сегодня при нападении на Хогсмид погиб ваш отец. Мне очень жаль…
Дамблдор говорил еще что-то о похоронах, о том, что все Уизли должны быть сейчас в Норе, что освобождены от занятий, а еще о войне, смерти, Волан-де-морте, предназначении Гарри, но все это не имело никакого значения для Рона. Он ничего не слышал, ничего не видел. В этом мире больше не было его отца. Не было…
— Профессор Дамблдор, к Вам можно? – зашел Кингсли. – Похитили Джинни Уизли, — не заметив Рона в углу кабинета, прямо с порога рапортовал аврор. – Поттер и Грейнджер кинулись ее спасать. Мы не смогли их остановить, было уже слишком поздно.
— Кингсли, давайте выйдем, — кидая взгляд на окончательно потерянного Рона предложил Альбус Дамблдор. Аврор, только заметив мальчишку, согласился.
— Куда вы? Я должен все знать! Это моя семья, мои друзья! – закричал Рон и кинулся к директору.
-Прекратите истерику. Сейчас этим никому не поможете. Идите немедленно к мадам Помфри, — приказал директор. Рыжий парень с мольбой в глазах посмотрел на директора, тот остался непреклонен.
-Вы должны, вы обязаны мне рассказать, — вытирая рукавом мантии, катившиеся по щекам слезы, прошептал Рон.
Дамблдор сочувственно посмотрел на молодого человека.
— Это война! – кинул директор и вышел из кабинета.

****

Теперь Рон приходил на кладбище с 5 белыми лилиями. Здесь лежал его отец, рядом — его братья – шутники, погибшие при защите Хогвардса, еще правее лежала, забывшись вечным сном, его мать, которая не смогла пережить таких потерь, его брат Чарли, которого замучили в плену. Было здесь и еще одно надгробие, но на нем не было выбито имени. Рон не хотел верить, что Билл умер. Билл ведь просто пропал без вести. Его брат-оборотень просто однажды не вернулся с задания Дамблдора.

* * *

Полностью погрузившись в свои мысли, Рон не заметил, как прошли 3 часа. Из мира воспоминаний его вывел будильник, предусмотрительно им заведенный. Нужно было уходить.
Высокий юноша с яркими длинными волосами до плеч быстро вскочил с кресла, схватил рюкзак и вышел из комнаты, закрыв ее на ключ и наложив несколько заклинаний. Благодаря многочисленным ночным вылазкам Троицы, Рон хорошо знал все тайные проходы и лестницы замка, пробраться незамеченным до выхода из школы для него не составляло труда. Добравшись до выхода из замка, он накинул на себя мантию-невидимку, чтобы его кто-то случайно не заметил из окон школы. Рон без проблем добрался до границы, за которой можно было уже свободно аппарировать. Спрятавшись за камнями, скрывавшими его от возможных посторонних глаз, Рон выпил оборотное зелье с волосом какого-то волшебника из глубинки. Неприятное на вкус зелье превратило его в полноватого мужчину среднего возраста. Рон пристально осмотрел себя в зеркало, предусмотрительно захваченного с собой, потом убрал свою палочку в рюкзак, доставая оттуда новую, и аппарировал.

Рон стоял в переулке рядом с обыкновенным магловским кафе.
— Здравствуйте, мистер Рейд, — рослый мужчина уже ждал Рона.
— Здравствуйте, мистер Гамильтон. Их привезли только сегодня? – перешел сразу к делу Рон.
— Нет, вчера. Авроры устроили облаву на очередной притон, среди задержанных оказалось десять оборотней, — затягиваясь сигареткой и щуря глаза от солнечного света, ответил работник министерства.
— Сколько я вам должен?
— 250 галеонов.
— Можете пересчитать, — Рон протянул мешочек с деньгами.
— Мы с вами уже достаточно долго работаем, и я могу вам доверять в плане оплаты, — ответил Гамильтон и протянул собеседнику пару только что вырванных собственных волос. — У вас 50 минут, мистер Рейд, — позвякивая полученным золотом, проговорил охранник. – Держите мой пропуск, а я пока тут посижу, кофейку попью.
Рон, как уже делал не в первый раз, воспользовался для превращения туалетом этого же кафе. В полдень здесь было всегда достаточно народа, чтобы никто не обратил внимание на то, что в туалет вошел низенький полный человек, а вышел рослый и накаченный.
Воспользовавшись будкой, которая по-прежнему служила проходом в министерство, Рон оказался в атриуме. Палочку его никто не проверял, ведь у него был пропуск сотрудника министерства. Никаких проблем. Проникнуть в одно из самых охраняемых зданий Великобритании было элементарно. Направляясь быстрым шагом к лифтам, ведущим глубоко вниз, Рон с удовлетворением заметил, что так непонравившийся Гермионе, а потом и ему, фонтан так и не был восстановлен. Сейчас на его месте находился небольшой высохший бассейн, как памятник нападению на министерство. Памятник гибели многих дорогих Рону людей.
— Кретины! – ухмыльнулся про себя Рон, кивая в ответ какому-то незнакомому служащему министерства, — да вас даже группка старшекурсников способна захватить!

Счастье по-своему. Глава 4. Жизнь и немного нервно. Часть 5


Пока ученики школы, еще не очень нагруженные занятиями, гуляли по территории школы, играли в квиддич и просто наслаждались последними теплыми днями осени, абитуриенты же оккупировали библиотеку. Будущие студенты с завидным упорством штудировали тома по трансфигурции, защите от темной магии, заклинаниям. Они, казалось, возвращались к обычному течению жизни только в большом зале. И то только для того, чтобы понять что ешь, задать интересующие вопросы по подготовке преподавателю и одолжить у кого-нибудь книгу или конспект. Частенько кто-нибудь из студентов заглядывал в вотчину мадам Помфри за успокоительным зельем.
Неделя, отведенная на сдачу основных предметов, пролетела незаметно.

***

Рон хотел пойти на курс вампирологии, для чего ему необходимо было сдать теорию и практику темной магии. Экзамен на практику применения темной магии, на котором Уизли показал себя с хорошей стороны, был уже позади. Оставалась теория. Именно с ней дела обстояли намного хуже.
После сражения при Хогсмиде троица поняла, что если бы не присутствие слизиринцев, они бы столько времени не продержались. Студенты зеленого факультета, пока все остальные просто старались оглушить и связать Упивающихся, умело использовали очень сложные заклинания и проклятия темной магии, быстро и надолго (а местами и навсегда) выводящие противника из строя.
«Своего противника надо знать в лицо» — сказала после сражения Гермиона, и они вместе уселись за книжки по темной магии, которые смогли найти в библиотеке на площади Гриммо.
Ребята не стали спрашивать разрешения у Дамблдора или ставить кого-либо в известность о своем решении. Знания по темной магии им были нужны. Они должны были знать, как противостоять врагу, они хотели победить и помочь другим выжить в этой войне. И никто не мог им в этом помешать. Объем времени у них был очень ограничен. Вследствие этого троица обращала внимание на более распространенные проклятия и способы их защиты, мало уделяя внимания общей теории. Сейчас Рону нужно было восполнить пробел в своих знаниях. Уизли провел за учебниками все выходные, не отвлекаясь на приглашения погулять уже освободившихся от экзаменов друзей, и прерываясь только на прием пищи и сон. С воскресения на понедельник парень решил совсем не ложиться спать, боясь, что иначе не все успеет прочитать.
В 4 часа утра понедельника Рон понял, что больше не способен читать учебник. Глаза слипались, строки расплывались, смысл прочитанного терялся. Организм требовал хотя бы трехчасового сна. Рон отлеветировал учебник на свой рабочий стол, забрался под одеяло и палочкой погасил еще горящие свечи. Едва коснувшись подушки, он заснул.

***

Самая обыкновенная неприметная сова стучала клювом в окно комнаты Рона. Молодой человек, который успел крепко заснуть, нехотя откинул одеяло. Еще минут пять искал тапки, но так их не найдя, пошлепал босыми ногами к окну. Если бы создаваемый совой звук не был столь неприятен, Рон и не встал бы. В открытое окно вместе с птицей ворвался ветер с каплями дождя. Уизли зябко поежился.
-Ну что ты мне принесла? – отвязывая письмо, спросил Рон. Сова только в ответ ухнула, слегка клюнула юношу в палец и улетела.
«Завтра. 12 часов. Как обычно» — быстро прочитал высокий рыжеволосый парень и кинул записку в камин.

Счастье по-своему. Глава 4. Жизнь и немного нервно. Часть 4


За окном лил дождь, ветер бродил по нежилым коридорам Хогвардса, создавая леденящие душу звуки при игре со старыми доспехами. Открыв глаза Рон еще несколько минут осматривался, вспоминая почему он здесь оказался и, стараясь восстановить хронологию вчерашних событий. Он с удивлением для себя обнаружил, что заснул прямо в кресле, от чего затекли ноги и неприятно покалывало в шее. Уизли встал, потянулся и на негнущихся ногах, держась за поручень, спустился со второго яруса. Внизу сидели заспанная Софи и бодрая Гермиона, которая с явным удовольствием изучала список предметов на предстоящий год обучения. Гермиона, которая привыкла рано вставать, уже успела покинуть теплую постель своего любимого, зайти за списком предметов к профессору МакГонагалл и вернуться за своими уже протрезвевшими друзьями.
— Водички не найдется? – подал признаки жизни Рон.
— Головка болит?- с некоторой долей издевки, отрываясь от списка предметов, спросила Гермиона.
-Да, представь, болит, а ты могла бы хоть сейчас не строить из себя всезнайку и образец для подражания! – рыжеволосый парень поморщился. Звонкий голос Гермионы неприятно отзывался колокольным боем в голове у Рона.
— Вон на столе бутылка с водой, — приоткрывая глаза, дала ценные указания Блэк, — поищи, там пару таблеток от головы должны лежать. Антипохмельного зелья у нас, к сожалению, нет.
-Угу, — буркнул Рон и, слегка пошатываясь, направился к столу, стоящему рядом с окном.
Софи, по-прежнему пребывая в полусознательном состоянии, лениво глотала горячий чай из стакана. Сириус и Вероника, прижатая к самой стенке удобно развалившемся Блэком, мирно спали. Рон, слегка обернувшись, кинул взгляд на Гермиону. Та буравила его спину взглядом, от которого хотелось каяться во всех грехах, которые совершил, которые еще не успел совершить и даже о существовании которых и не представлял. Так что Уизли пришел к самому логичному и правильному выводу, он пошел досыпать в свою комнату. Тем самым, разрешив назревающий конфликт.
— Доброе утро, девушки! Как спалось? – со второго этажа спускался свеженький как огурчик Гарри, — что изучаем? – глядя из-за плеча Гермионы на пергамент, поинтересовался Поттер.
— Это расписания наших экзаменов, — Гермиона протянула Гарри его расписание.
— Вот дают, как расстарались – то, — удивился Гарри, рассматривая обширный список новых предметов.

Список предметов для студентов Высшей Международной Школы Магии:

1. Окклюменция
2. Трасфигурация
3. Беспалочковая магия
4. Любовная магия в странах востока и южной Европы
5. Мифы и реальность волшебного мира в скандинавских приданиях
6. Искусство войны и магии
7. Языки человекообразных существ
8. Основы анимагии
9. Особенности магии Восточной Европы: — природная магия
— особенности живых существ
10. Травы магловского мира в жизни волшебника
11. Этимология параллельных миров
12. Спецсеминар по классической литературе
13. Основы владения волшебным посохом (практика применения в
целях колдовства)
14. Основы кинематографа спец. Курс под руководство призрака
Мастера Феллини
15. Магия природы
19. Культурология волшебного мира
20. Зельеварение: Западная и Восточные школы
21. Способы предсказания будущего в культурах волшебных стран
мира
22. Магия цвета (семинары ведет призраки ведущих художников
прошедшего тысячелетия)
23. Особенности черной магии: — некромантия
-демонология
-смертельные проклятия
24. Вампирология

Для того чтобы стать студентом Высшей Международной Школы Магии (ВМШМ) студент должен успешно сдать:
Трансфигурацию
Зельеварение
Заклинания
Теорию магии
Основы темной магии ( защита от темной магии)
Для прохождения некоторых факультативов вам потребуется:
Сдать базовый курс теории и практики темной магии и пройти психологический тест для обучения по курсу «Особенности черной магии» и «Вампирология»
Магловедение среднего уровня для курса «Травы магловского мира в жизни волшебника» и «Основ кинематографа»
Тесты на уровень магической силы и потенциала для курса окклюменции,
анимагии, беспалочковой магии, особенностей черной магии и этимологии параллельных миров.
Для поступления в ВМШМ все экзамены должны быть сданы на отметку не ниже «Выше ожидаемого». Для изучения Зельеварения: Западная и Восточная школа по зельям нужно получить «Превосходно», для Особенностей черной магии – Превосходно по основам темной магии (защита от темной магии).

— Нам хроновороты выдавать будут? – Гермиона чуть вздрогнула от замечания только что проснувшегося, но уже получившего расписание Сириуса.
До обеда ребята еще обсуждали расписание, убирались в комнате, а потом разошлись по своим комнатам. Суббота подходила к концу. В понедельник уже был первый экзамен.

Счастье по-своему. Глава 4. Жизнь и немного нервно. Часть 3


Гермиона же на вечеринке откровенно скучала: она не любила танцевать, выпить больше двух бокалов мартини с соком она считала преступлением (она не любила алкоголь), а вести с ней трезвый разговор из всех присутствующих не мог уже никто. Однако уйти, не дождавшись Сириуса, она не могла. Ища чем бы себя занять, Грейнджер сначала внимательно рассмотрела шкафчик со всевозможными ингредиентами для зелий, который принадлежал Веронике, потом отловила относительно трезвую хозяйку этого колдовского хозяйства и поинтересовалась о происхождении столь необычного кольца у нее на руке.
— Мы не пользуемся палочками, у нас их заменяют кольца, которые носятся на указательном пальце правой или левой руки. Они всегда у всех разные: во-первых, это изображение твоего защитника, твоей анимагической формы, во-вторых, материал из которого сделано кольцо – у меня, например, серебро, — продекламировала Вероника. — В-третьих, как и у ваших палочек, у наших колец также есть некое внутренне магическое составляющее. – Девушке, которой уже наскучило рассказывать об особенностях их колец, кому-то махнула рукой, и, сославшись на необходимость поговорить с этим человеком, испарилась. Гермиона проследила за пробирающуюся через толпу ребят Веронику. Она спешила к появившемуся Сириусу. Молодой человек выглядел странно. Всегда аккуратный, с вечной немного презрительной улыбкой, сейчас он был испачкан и казался даже испуганным. Однако долго наблюдать за ним не получилось, он исчез в ванной комнате. Зато появилось новое лицо, Драко, которого она не ожидала здесь увидеть. Гермиона, окинув помещение взглядом, присмотрела для себя более — менее спокойное местечко, откуда можно понаблюдать за происходящим.
« Куда ушло то, что казалось незыблемым? – вглядываясь в царящую за окном темноту, задалась вопросом Гермиона. – Почему так на нее кидается Рон? Почему Гарри, специально показавший ей Сириуса, нисколько им больше не интересуется».
— И где все твои друзья? Где твои золотые спутники? – из раздумий Гермиону, сидящую на подоконнике, вывел равнодушно-спокойный голос.
— Здравствуй, Драко Малфой, — делая акцент на фамилии, произнесла девушка с короткими каштановыми волосами, — я смотрю, ты тоже не в гуще событий.
— Иногда, наблюдая издалека, можно увидеть самое главное, — ответил Драко, смотря на веселящихся сокурсников.
Гермионы прекрасно поняла смысл его слов, отчего стало еще неприятнее. Трио умерло, это стало очевидным.
— Видимо смотреть на жизнь других у тебя получается значительно лучше, чем жить самому, — весьма едко парировала Грейнджер. Драко промолчал и взмахнул палочкой.
— Может немного выпьем? – Гермиона удивленно посмотрела на Драко, который разливал по бокалам вино из вызванной бутылки. Поведение бывшего врага поражало, но любопытство взяло верх. Гермиона не отказалась от бокала вина. — Ты решил меня отравить? – делая маленький глоток, предположила Гермиона.
— Я действую более осторожно, когда желаю кого-нибудь уничтожить,- по-прежнему холодным голосом ответил высокий блондин.
— И что же ты такое заметил, наблюдая со стороны, — неожиданно меняя тему, задала вопрос Гермиона. Правая бровь Малфоя поползла вверх, от чего Гермиону передернуло. Эта мимическая особенность была очень присуща ее бывшему преподавателю по зельям, к которому она не питала никаких положительных эмоций.
— А что для тебя дружба, Грейнджер? – с заинтересованным видом спросил Драко. Гермиона не любила, когда на вопрос отвечали вопросом, но начала обдумывать ответ.
— То, что люди обыкновенно называют дружбой, в сущности, только союз, цель которого — обоюдное сохранение выгод и обмен добрыми услугами; самая бескорыстная дружба не что иное, как сделка, при которой наше самолюбие всегда рассчитывает что-нибудь выиграть, — продолжил говорить Драко, — я убежден, что именно это ты ожидала услышать из моих уст, неправда ли, Грейнджер.
-Да, — Гермиона была несколько сбита с толку. — И считаю это неправильным.
Драко только ухмыльнулся.
— А ты знаешь, почему мы с Поттером поздоровались в коридоре? – продолжая неприятно улыбаться и еще больше сбивая с толку Гермиону, спросил Драко.
Девушка уже пожалела, что вступила со слизиринцем в разговор.
– Что, неужели у вас появились секреты и недоговоренности? – продолжал издеваться Драко, уловив растерянность девушки.
— Как ты можешь говорить о том, чего не знаешь? – смотря прямо в стальные глаза Драко, говорила Гермиона, — в любых отношениях бывают моменты непонимания, каких- то проблем и взаимных претензий. Однако это всегда можно преодолеть, постараться понять другого, пойти на уступки. И так ты поступаешь не ради своей выгоды, а ради общей дружбы, ради другого человека. И чего я с тобой разговариваю, ты ведь не имеешь представления обо всем этом. Тебе наплевать…
Пока в районе подоконника разгоралась словесная дуэль, утопленные отдыхом учащиеся расползались по своим комнатам. В три часа ночи у оставшихся веселящихся протрезвела совесть и решила дать возможность хоть немного поспать соседям. Гарри и Рон решили сыграть на прощание в шахматы, предварительно заменив фигуры наполненными стопками. Рон играл белыми (у него была налита водка), Гарри – янтарной жидкостью (огневиски). Однако партия так и не была доиграна. Габриель попросила Гарри проводить ее до гостиной Гриффиндора, на что молодой человек не мог отказать.
— Что с ним делать будем? – смотря на заснувшего в кресле рядом со столом с шахматами Рона, сказала Софи.
-Давай здесь и оставим, будить безнравственно, перетаскивать – тяжело. Когда сам проснется, тогда и уйдет, — справедливо рассудила Вероника. – А где Гарри и Сириус?
-Что? – испуганно огляделась Софи, нашла Сириуса спящим на кровати Вероники и успокоилась, — А почему ты спрашивала?
-Да, он и Гарри куда-то выходили минут двадцать назад, — заставив возмущенно мычащего Сириуса подвинуться, устраивалась спать хозяйка постели. — Спокойно ночи. Учти, если он меня ночью спихнет – приду к тебе, — предупредила подругу Вероничка.
Софи поднялась на свой неполный второй этаж. Когда появилась в Хогвардсе Вероника, отдельных комнат уже не было, создавать дополнительно было крайне сложно, так что пришлось в комнате Софи достраивать второй этаж, где сейчас располагались письменный стол, небольшой шкаф, висели две большие черно-белые колдографии и находилась кровать.
-Черт!- обессилено выругалась Софи. На ее кровати, оживленно о чем-то беседуя, сидели Гермиона и Драко.- Извините, но вам не пора ли уже о чем-нибудь договориться? – разнимая спорщиков и освобождая себе спальное место поинтересовалась Софи.
-Извини, мне действительно пора, — галантно встав с кровати, сказа Драко. — Софи, Гермиона, спасибо за приятный вечер, — слегка кивая каждой из них, проговорил Драко. – Я пошел в свою комнату. Спокойной вам ночи, – смотря Гарри, ввалившегося в комнату, сказал Драко, тихо прикрывая за собой дверь.
— А где Рон? Я с ним не доиграл в шахматы, — громко поинтересовался взъерошенный и очень чем-то довольный герой волшебного мира.
Гермиона чуть растерянно смотрела на поднимающего по лестнице Гарри. Затем девушка окинула взглядом всю комнату. Внизу крепко спали Вероника и Сириус, на неполном втором этаже, широко раскинув руки, лежал на кровати Софи только что пришедший Гарри. Рон заснул прямо в кресле.
— Будить их бесполезно, пусть здесь пока спят. Проснутся тогда и пойдут к себе. Оставайся, а то вдруг засекут и наказание назначат, — предложила Софи, которая решила не сгонять со своей кровати Поттера, а наколдовать себе спальник.
— Нет, спасибо. Я лучше все же пойду к себе. Загляну к вам утром, — пришла к решению Гермиона. – Спасибо за вечер.
-Ну, как хочешь. Спокойной ночи. – Улыбнулась Софи, – приятно было познакомиться поближе.
Гермиона кивнула и вышла из комнаты. Однако она, стараясь идти как можно тише, направилась в противоположную сторону от своей комнаты. Несколько минут и вот Гермиона стоит около желаемой двери под номером 35. Сначала скромное и негромкое постукивание. Через минуту оглушительный грохот. Казалось, легче было взорвать дверь, но девушка не сдавалась. Она била кулаком с непоколебимой решимостью разбудить хозяина комнаты. Даже не смотря на то, что, на главных часах старого замка было уже 4 часа ночи. Пару раз даже высовывались соседи с просьбой не шуметь. Однако просьбы не действовали на девушку, отчего студенты решили просто ставить звукоизоляционные заклинания и спать дальше.
Хозяин комнаты, известный как Виктор Крам, наконец-то проснулся. Его сон всегда был глубоким, и разбудить мог только залп пушки. Однако было ещё кое-что, а точнее кое-кто, кто мог его вытащить из царства Морфея, даже если бы Крам выпил всё снотворное Хогвартса. Этой особой была никто иная как Гермиона Грейнджер. Его девушка, которая будила его подобным стуком несколько раз в месяц стабильно. Особенно громким и требовательным он становился после громкого скандала со швырянием об стену (а порой и в Виктора) всего, что попадалось под руку.
И вот сейчас, ещё довольно сонный, Крам пошёл открывать несчастную дверь, которая казалось скоро слетит с петель. Замок щёлкнул, и на него вихрем накинулась Гермиона. Но не с кулаками, а с поцелуем. Она буквально впилась в губы парня. От этого с Крама слетел весь сон. Он сильно прижал её к себе и ответил на поцелуй не менее страстно. Герм обхватила его талию ногами, а руками зацепилась за шею. Мужчина оказался в мёртвом кольце.
Их близость была похожа на войну. Как говорилось на войне и в любви все средства хороши. Так было и у этой пары. В ход шло всё: ногти, зубы, ремень от брюк, даже шнурки от ботинок. Но в этой войне не было проигравших. Только победители. Расцарапанная спина и громкий стон, переходящий в крик стали сигналом завершения битвы. Два тела тяжело дыша без сил падают на постель, и через несколько минут засыпают.
Уже почти провалившись в сон, в голове Герм промелькнула мысль, что утром нужно будет приготовить зелье от синяков и залечить Виктору царапины.

Счастье по-своему. Глава 4. Жизнь и немного нервно. Часть 2


Гермиона и Гарри шли по темным коридорам какого-то замка. Продвигались они медленно, постоянно оглядываясь, осторожно кутаясь в мантию — невидимку. Часто появлялись Упивающиеся, отчего они, не сговариваясь, старались вжаться в стену или спрятаться в самый темный угол. Не допусти, Великий Гриффидор, чтобы кто-нибудь из снующих по коридору волшебников не наткнулся на невидимую преграду. Они старались не думать о том, что будет, если их обнаружат. Страшно. Гермиона поджала губы и старалась смотреть только вперед, больше не оглядываясь по сторонам. Чтобы хоть немного поддержать подругу, он взял ее за руку, которая оказалась холодной как лед. Страх. Своими невидимыми щупальцами он медленно проникал в сознание ребят. В коридоре было оживленно: часто сюда аппарировали Упивающиеся в масках, некоторые просто шли по нему по своим делам, часто быстро пробегали волшебники, левитируя за собой раненых. Было понятно, что именно это здание стало штаб-квартирой, а точнее штаб-замком, по подготовке сегодняшнего наступления армии Волан-де-Морта на Хогсмид, и как стало позднее известно и на Министерство.
Гермиона, не произнося не звука, пальцем указала на темный проход. Судя по всему, именно он вел в подземелье. Ребята начали спускаться по винтовой и совершенно неосвещенной лестнице, уводящей куда-то глубоко под замок. Гарри стал вспоминать кадры из фильмов ужасов, которые так любил смотреть Дадли Дурсль. Расчаленные трупы, изуродованные тела, крики, жертвы неудачных экспериментов и море крови. Все эти картинки не вселяли надежды на удачное окончание их приключения. Безрассудно отправляясь на помощь Джинни, они ни на минуту не задумались, а готовы ли они?
Крепко держась за руки, они все спускались и спускались. Из-за царящей темноты Гарри не видел лица Гермионы, но ему казалось, что девушка уже еле идет, борясь с собой, чтобы не упасть в обморок. Лестница казалась бесконечной, уводящей прямо в ад. А страх и паника только росли. Казалось, что еще чуть-чуть и все, они не выдержат и убегут. Убегут из этого места, чтобы никогда больше здесь не оказаться, чтобы даже не вспоминать о нем. Но нельзя, здесь Джинни и они ей нужны.
Гарри и Гермиона вышли на освещенный факелом пролет. Еще десять ступенек и лестница заканчивалась, начиналось подземелье.
— Готова? – Глядя на бледную Гермиону, спросил Гарри. Девушка кивнула.
Все оказалось далеко не таким страшным, как рисовало воображение Гарри. Большое круглое помещение было слабо освещено. В центре стояли два длинных стола. На одном стояли колбочки, мензурки, котлы, всевозможные ингредиент для зелий. Хорошая лаборатория – мечта любого зельевара. Второй был абсолютно пуст. Еще здесь было несколько камер, самых обыкновенных: с крупными металлическими прутьями и замками.
— Джинни!- в одной из клеток на каменном полу, закутавшись в мантию, лежала девушка. Высбодившись из-под мантии, Гарри кинулся к пленнице. Дверь поддалась простому Alohomora. Гарри сразу же обнял Джинни, однако девушка никак не отреагировала. Надеясь, что она находится в простом обмороке из-за нервного потрясения, Поттер слегка ударил ее по щекам. Не помогло.
-Что же с тобой сделали эти выродки? – зло проговорил Гарри, развязывая узлы на ее лодыжках и запястьях.
Полностью погрузившись в проблему освобождения Джинни, Гарри не услышал спускавшихся в подземелье Упивающихся.
— Stupefy , — выкрикнула невидимая Гермиона. Упивающийся, первый спускавшийся по лестнице, легко уклонился от заклинания и пустил в ответ сразу несколько сильных проклятий. Одно из них попало в Гермиону. Девушка завизжала от боли. И тогда сразу оба колдуна пустили заклятия в то место, откуда раздался крик. Гермиона опять закричав, упала на пол, отчего с нее слетела мантия невидимка.
Stupefy! Impedimenta! — послал во врагов сразу несколько заклинаний Гарри. Упивающиеся отвлеклись от, находящейся без сознания Гермионы, и переключили все свое внимание на Поттера.
В сознании Гарри промелькнула, что это все, конец. Упивающиеся были сильными, не те, с которыми он столкнулся в магазине, и Гарри с трудом уклонялся от заклятий, только изредка успевая что-то послать в ответ. Девушки были без сознания, аппарировать сразу с обеими Гарри не мог. Оставить кого-то – значит предать, бросить умирать. Помощи было ждать не откуда. Даже если он сейчас одолеет этих двух прислужников Того-Кого-Нельзя-Называть, выбраться незамеченным не представлялось больше возможным. Все. Конец.
— Vecletum, Virtus Violatio! –два Упивающихся лежат без сознания. Позади них стоит Упивающийся, лицо которого скрыто капюшоном.
— Поттер, вы со всем с ума сошли? – холодный голос Северуса Снейпа. – Вам так не терпится совершить новый подвиг или просто жить надоело?
— Я …просто…- Гарри не мог сдержать глупой улыбки. Он впервые за долгие семь лет бесконечно рад слышать этот голос, видеть этого человека.
— Вы просто дурак, мистер Поттер, — смерив презрительным взглядом национального героя, сказал Северус Снейп. — Я сейчас наколдую портал, и вы немедленно испаряетесь отсюда, крепко держа тела мисс Грейнджер и мисс Уизли. Или будете настаивать на трагической гибели, мистер Поттер?
Тихое ликование Поттера о подоспевшей помощи уже прошло.
— Нет, профессор, мне еще хочется пожить, — пробурчал Поттер.
Через несколько секунд портал был готов. Так как руки спасителя магического мира были заняты, Снейпу ничего не оставалось, как всунуть колбу-портал Поттеру в зубы.
— Надеюсь у вас крепкие зубы, Поттер! И при приземлении попробуйте не повредиться. Не пристало герою ходить с вывихнутой челюстью. А теперь брысь отсюда!
Рывок внизу живота, несколько неприятных секунд и вот они уже втроем лежат на траве рядом с воротами любимого Хогвардса.
Им сравнительно, но всё же повезло. Они остались живы. Гермиона быстро оправилась от перенесенных круциатусов. У Джинни, после недолгого пребывания в застенках, появились некоторые проблемы со здоровьем, но она все же была цела. Она так и не рассказала Гарри, что с ней сделали. Северус Снейп остался не раскрытым. Повезло.

-Эй, Гарри, ты тусить идешь?- раздался голос Рона и стук в дверь.
-Да, да! – Гарри торопливо потушил сигарету и слез с подоконника. — Уже иду!
Вечер воспоминаний подошел к концу. Под дверью Поттера ждал улыбающийся и разодетый Рон.
-Чего ты так долго? – сказал Уизли, пытаясь заглянуть в неосвещенную комнату Гарри.
-Извини, у меня там не прибрано, — Поттер закрыл дверь прямо перед носом обалдевшего друга.- В следующий раз обязательно приглашу войти.
-Раньше тебя беспорядок не смущал, — все же обиделся Рон.
-А теперь смущает, — грубо сказал Поттер и быстро зашагал в сторону спальни русских девушек. Удивленный Рон поспешил следом.
Из комнаты уже доносились смех и звон бокалов.
— Привет,- первой заметила ребят темноволосая хозяйка комнаты,- а мы еще незнакомы с вами, я – Вероника Нифилим, — протягивая руку представилась невысокая брюнетка.
— Тебя не было 1 сентября. Когда приехала? — не позволяя покинуть его компанию, поинтересовался наблюдательный Рон. Вероника улыбнулась и начала что-то оживленно рассказывать Рону, эмоционально жестикулируя руками. Гарри же заметил одиноко стоящую Гермиону и направился к ней.
— Ты почему одна? – поинтересовался Гарри, — Я думал, ты будешь с Виктором.
— Он не смог придти, у него тренировка допоздна, — спокойно ответила Грейнджер.
-Чего вы тут одни стоите! – из толпы вынырнула Софи, — пить что-нибудь будете?
Гермиона отрицательно покачала головой, а Гарри согласился. Поттер наполнил призванные девушкой бокалы и предложил первый тост. Вскоре они уже выпили за великую дружбу народов, за неясное, но обязательно светлое будущее. С присоединившимися к ним Вероникой и Роном было выпито за знакомство, опять за дружбу, за любовь. Подтягивались все новые и новые ребята, так что за здравие ежиков и амурских тигров пили уже почти все присутствующие здесь тридцать человек. Потом зашла речь о том, как в детстве проявлялась стихийная магия, иностранцы немного рассказали о своих школах, о том, как они там развлекаются, какие у них бывают вечеринки, кто как играет в квиддич.
-Нет, Горгулии слили этот сезон! – раздался громкий голос.
-Да у них загонщики — дерьмо, — поддержал тему Рон.
— Он просто новенький, он еще не сыгрался с Пьером, — защищала свою любимую команду француженка.
-А вот мы однажды напились, и стукнуло нам в голову на директоровской крылатой лошадке прокатиться… — рассказывал о своих похождениях другой.
Заиграла быстрая музыка. Гарри, оторвавшись от обсуждения последнего квиддичного матча с Марисой и Дином, заметил, что какая-то симпатичная девушка, никого не стесняясь, весьма откровенно танцевала в центре комнаты. Девушка почувствовала на себя взгляд зеленоглазого юноши и маняще помахала ему рукой. Гарри ей улыбнулся. Через пару минут рядом с ней крутилось еще пара представительниц женского пола, на которых тоже кто-то уже бросал недвусмысленные взгляды.
-Держи, давай выпьем за силу любви, — протягивал стопку с текилой Рон, отвлекая Гарри от созерцания плавно двигающихся юных женских тел.
-А я с вами выпью, — подскочила к ребятам Вероника.
— Давайте выпьем за великое чувство, которое делает нас слабыми и в то же самое время сильными, счастливыми и несчастными. За любовь, – с патетикой произнес Рон. Ребята чокнулись. Рон опрокинул стопку и начал искать кусочек лимона. Он нашелся дольку цитруса в зубах пристально смотрящей на него Вероники. Не задумываясь, Уизли наклонился за ней и взял кусочек, слегка дотронувшись до губ девушки.
-Не растерялся, молодец! – рассмеялась Вероника, дружески хлопнув Рона по плечу. Уизли улыбнулся.

-Я смотрю, ты не скучаешь в одиночестве, — как только Вероника и Рон вместе с бутылкой текилы куда-то исчезли, к нему подошла девушка, на которую Гарри так пристально смотрел.
— Ты меня наверное не помнишь! – белокурая девушка обольстительно улыбнулась, показывая ряд ровных зубов. – Я Габриель Делакур.
Гарри явно был удивлен. Он ее помнил маленькой одиннадцатилетняя девочкой, сейчас же перед ним стояла стройная, с красивыми пропорциями девушка. Он знал, что вейлы созревают быстрее, но такого он все равно не ожидал.
-Ты очень изменилась, — только и смог сказать Гарри. Заиграла медленная музыка, Габриель потянула Поттера за руку в центр комнаты, где находился импровизированный танцпол, — ты ведь не против потанцевать со мной?
-Нет, конечно, — Гарри обнял ее за талию, она же склонила свою головку к плечу Гарри, внимательно смотря в его глаза. – Ты даже красивее своей сестры, — неожиданно вырвалось у Гарри. Ответом на такой необычный комплемент был легкий поцелуй в щеку.

Весь вечер кто-то приходил, кто-то заглядывал только на пару минут и быстро исчезал, откуда-то появлялись все новые и новые бутылки с алкоголем. И весь вечер Габриель не отходила от Гарри, что совершенно ему не мешало. С ней легко и приятно было общаться, она не сторонилась новых знакомых и не смущалась его друзей, не отказывалась от алкоголя и так приятно перебирала своими маленькими пальчиками его волосы, ее губы оставляли сладкий вкус ванили, а легкие и порой случайные прикосновение дарили тепло.
Сириус появился только ближе к десяти часам вечера.
— Где тебя носило, Бродяга? – Вероника удивленно смотрела на растрепанного, испачканного в пыле и паутине Сириуса.
-Давай потом поговорим, а? – обольстительно улыбаясь, проговорил Блэк и направился прямо к столику с алкоголем.
— И что это с ним? – кидая недовольные взгляды на друга, который взял бутылку огневиски и пошел в ванную, поинтересовалась Софи у Вероники. Нифилим только пожала плечами.
Софи, заметив только что вошедшего Драко, направилась к новому гостю.
-Я думала, что ты не придешь. Удивлена.
— Я пришел посмотреть как раз на наиболее интересное, ведь алкоголь порой сильно меняет человека, — взглянув на страстно целующихся Гарри и Габриель, проговорил Малфой.
— Какой же ты циник, Малфой! – пристально всматриваясь в ничего не выражающие серые глаза, ответила Блэк.
— Что ты пытаешься в них увидеть? – с легкой заинтересованностью спросил Драко.
-Ищу призрак нормального молодого человека, — нисколько не смутившись ответила Софи.
-Не суди всех по себе, София Белосельская-Белозерская — немного растягивая слова и делая акцент на фамилии, произнес Драко.
-А ты не думай о себе, как о самом исключительном и особенном. Будь проще, Малфой, и цены тебе не будет, — все также улыбаясь и открыто смотря на Драко отвечала блондинка.
-А ты всех встречаешь таким великосветским разговором? – ехидно заметил Драко.
-Нет, только тебя. Нравишься ты мне, — засмеялась Софи. Драко только сейчас понял, что Софи просто шутит. Девушка не учит его жить, а просто хочет, чтобы он повеселился на ее вечеринке.
Мимо беседующих Блэк и Малфоя, прошел уже аккуратно выглядевший Сириус, который при виде последнего скорчил такое выражение лица, как будто у него одновременно заболели все 32 зуба. Драко только улыбнулся.
— Возвращаясь к вопросу о моей ценности, и сколько я сейчас стою по твоему мнению? – чуть расслабился Драко.
— Столько же, сколько серое дождливое небо, — посмотрев снова в глаза, ответила девушка. Драко никак не отреагировал на подобную оценку собственной стоимости. Он никогда не любил подобную романтическую, чисто женскую ерунду.

Счастье по-своему. Глава 4. Жизнь и немного нервно. Часть 1


Все очень просто. Сказки — обман.
Солнечный остров скрылся в туман.
Замков воздушных не носит Земля.
Кто-то ошибся — ты, или я

Все очень просто — нет гор золотых.
Падают звезды в руки других.
Нет райской птицы среди воронья.
Кто-то ошибся — ты, или я
Лишь только весною тают снега.
И даже у моря есть берега.

Машина времени «Ты или я»

Гарри сидел на подоконнике в своей комнате и, не спеша, затягивался сигаретой. Из открытого окна дул свежий, уже прохладный осенний ветер. Иногда особо сильный порыв заносил в комнату начинавшие желтеть листья деревьев. Гарри помнил об обещании, данном Рону, но идти к русским, веселиться, улыбаться, да к тому же видеть сомнительного Сириуса совсем не хотелось. Джинни… Он видел ее с другим. А ведь все могло быть иначе, если бы он успел, если бы он был внимательней. Воспоминания о том дне не давали Гарри покоя. Джинни… Курить он начал в тот день, когда пропало его рыжеволосое счастье. Это было их седьмая совместная вылазка в Хогсмид. Да, Гарри всегда считал дни, проведенные с Джинни, дни искреннего счастья и дикого страха. С самого первого их поцелуя страх за нее больше никогда не отпускал его. И однажды это случилось, он не уберег, он потерял свое огненное солнце…

— Гарри, постой здесь, я на минутку. Только загляну в магазин, — Джинни высвободила свою руку из теплой ладони Гарри и пристально посмотрела в его глаза.- Не волнуйся так за меня, глупенький! Или ты хочешь пойти покупать со мной нижнее белье? – игриво сказала девушка, поцеловала чуть покрасневшего парня в губы и зашла в магазин. Гарри облокотился на стоящее дерево, пристально наблюдая за входом в магазин «Колдовская мода».
То воскресение выдалось на удивление теплым. Светило солнце, щебетали птицы, беззаботно улыбались прохожие, галдящие группки учеников расползались по магазинам и различным кафе. Вдруг в шум повседневной жизни маленькой деревеньки ворвались многочисленные хлопки, раздался пронзительный женский крик. Оказалось, что в Хогсмид перенеслись десятки Пожирателей Смерти. Началась паника, люди метались, не зная куда бежать, где укрыться. Кто-то аппарировал, кто-то пытался укрыться где-то со своими детьми. Многие остались, чтобы дать отпор приспешникам Темного Лорда. И все же первыми в этой неразберихе сориентировались бывшие члены ОД. Ребята старались прикрыть, бегущих в сторону Хогвардса, учащихся младших курсов. Вскоре к ним присоединились и другие старшекурсники. Гарри же, как только началось нападение на волшебную деревню, побежал в магазин, в котором должна была делать покупки Джинни.

— Смотри- ка! Это же девка Поттера, — Гарри не успел даже произнести заклинание, как неприятно ухмыляющийся пожиратель исчез вместе с телом младшей Уизли.
Гарри замер на пороге магазина. Он не успел! От чувства собственного бессилия он запустил разбивающим заклинанием в один из горшков с цветами, стоящих на подоконнике. Трое пожирателя смерти, еще находившихся где-то в глубине магазина, услышав шум, выскочили в торговое помещение.
— Поттер! – выкрикнул упивающийся, первым показавшийся в торговом зале, — Его не убивать, он нужен Лорду живым! – отдал один из них приказ и сразу же пошел в наступление, — Incarcerous!
Гарри уклонился от летящего в него заклинания и кинул Expelliarmus в ответ. Завязалось небольшое сражение. Упивающиеся смертью, видимо, были еще молодыми и неопытными, так что Гарри удавалось выстоять сразу против трех. Возможно, он бы и победил, но неожиданно раздался детский крик. Гарри кинул очередной Stupefy в одного из противников и выбежал из магазина. Слепое чувство мести отступило, освобождая сознание и возвращая трезвость мысли. В магазине больше делать было нечего, придти на помощь к Джинни в данный момент он уже не мог.
Гарри осмотрелся по сторонам. Было непонятно, откуда раздался крик, который он услышал.
— Аааа! Помогите! – послышался вопль откуда-то слева из-за домов. Гарри бросился бежать по узкому переулку. За первым же поворотом он обнаружил заплаканного ребенка, а возле него труп молодой женщины. В нескольких шагах от них стоял Упивающийся Смертью в серебряной маске, полностью скрывающей лицо.
— Слышишь, щенок, твоя мать выбрала не ту сторону. Она была неправа и поплатилась за это. Теперь твоя очередь, — Упивающийся направил палочку на испуганного ребенка.
Petrificus Totalus! – Гарри кинул проклятие в не заметившего его УПСа. Тот сначала кинул удивленный взгляд на Поттера, а через секунду уже лежал обездвиженный.
Бежим! – приказал Гарри, подойдя к мальчишке, но тот никак не отреагировал. Мальчик продолжал раскачиваться и тихо шептать «мама!» «мама!». Тогда Гарри решил взять его на руки, но ребенок начал вырываться и громко кричать.
-Тише. Не надо кричать, — как можно спокойнее произнес Поттер, — нам надо уходить. Твоя мама хотела тебя защитить, она хотела, чтобы ты пошел со мной. Пойдем. Присев на корточки, уговаривал ребенка юноша. Спокойные, уверенные слова Гарри заставили мальчика прекратить истерику и подняться с колен.
-А как же мама? почему она не встает? – синие заплаканные глаза внимательно смотрели на Гарри. Поттер растерялся, он не знал что ответить. Знал ли ребенок, что такое смерть? И стоило ли сейчас ему об этом говорить?
— Мы обязательно вернемся за твоей мамой, но потом. Сейчас нам надо позвать доктора для нее. — Гарри солгал человечку, который полностью доверял ему, от этого на душе было очень неприятно. Следующей мыслью Гарри было то, что никогда нельзя никому слепо доверять. Сейчас он лгал ради спасения, ради блага, но ведь все же обманул. Сколько раз так же его обманывали самого? Может пора было взрослеть?
— А потом мы вернемся за ней? Мы же ей поможем? – переставая плакать и, вытирая лицо рукавом курточки, спросил мальчик. Гарри грустно улыбнулся, глядя на испуганного четырехлетнего мальчугана.
— Конечно, поможем, – чуть взъерошил волосы ребенка Поттер, — а теперь пойдем. Мальчик кинул еще один грустный взгляд на маму и схватил протянутую руку Гарри и побежал за ним. Двигаться к центру деревни было опрометчиво, там шло сражение. Опасно. Поэтому Гарри на следующем повороте повернул налево. Они шли боковыми улицами, так было дольше, но безопаснее.
— Стойте! – крикнула девочка прежде, чем ее заметил Гарри. Она стояла на крыльце небольшого очень красивого на вид дома.
-Ты ведь Гарри Поттер, да?- пристально смотря на шрам подошедшего Гарри, спросила она, — можно я пойду с тобой? Мама давно ушла в магазин и не вернулась. Все куда-то исчезли. Мне страшно одной.
Так они и бежали уже втроем. Поттер часто оборачивался, но их никто не преследовал. Только один раз Гарри заметил пожирателя, но тот так был занят мародерством, что просто не заметил бегущих. Однако расслабляться было рано. Самое сложное было впереди. Как доставить детей на территорию Хогвардса невредимыми?
Чем ближе они подбирались к дороге, ведущей к школе волшебства, тем отчетливее слышались голоса. Старшекурсники смело удерживали ворота, но все же Упивающиеся Смертью наступали. Вот упала какая-то светловолосая девушка, Гарри не помнил ни ее имени, ни принадлежности к факультету. Погибла ли она или просто потеряла сознание, Гарри тоже было неизвестно. Он с детьми осторожно перебегал от дерева к дереву, стараясь не оставаться на открытом пространстве, и все ближе и ближе подкрадывались к месту битвы
— Crucio! – из палочки высокого блондина, подбежавшего к только что упавшей девушке, вылетел красный луч. Упивающийся, в которого попало заклятие, изогнулся дугой и закричал.
. « Кто же это мог быть?» — мучился потрясенный случайно увиденным Гарри, — «кто из учеников способен на такое». И только подобравшись совсем близко, он узнал в этом блондине Драко Малфоя. Это означало, что слизиринцы дрались наравне с другими студентами. Однако, удивляться и строить предположения такому поведению у Гарри не было времени.
Рон! – окрикнул Гарри друга, который сражался немного в стороне. Тот, чудом увернувшись от заклятия, попал оглушителем в Упивающегося Смертью.
— Где ты был? Где Джинни,- накинулся рыжеволосый парень на укрывшегося за деревом друга. – И не делай так больше, в меня же этот козел чуть не попал!
— Извини. Нам надо как-то этих малышей в Хогвардс переправить, — объяснил проблему Гарри, указывая на затаившихся в соседних кустах детей. – И чего тут слизеренцы делают? — Гарри, понимал, что сейчас не время для подобного вопроса, но не удержался и всё же спросил об удивившем его явлении.
— Задницы свои спасают. Ведь когда появился отряд Упивающихся, они стали убивать всех, не различая слизиринец перед ними или нет, — пояснил Рон, внимательно оглядываясь по сторонам и посылая в кого-то заклятие. – Давай, Гарри, иди вперед, а то я выдохся немного. За тобой дети, а я вас прикрою. Как только подберемся ближе к воротам, нам помогут.
— Хорошо. Только ты, Рон, прикрывай защитными заклинаниями детей и только в самый крайний случай вступай в бой.- Уизли кивнул в знак согласия.
Гарри, полный силы и злости, волной поднимавшихся в нем, рванул вперед. Многие Упивающиеся обратили на него внимание и стали сыпать заклятия одно за другим. Но и Гарри, уворачиваясь от летевших в него проклятий, не оставался в долгу перед нападавшими. Пару раз в очень подходящий момент Рон закрывал его щитом.

Погрузившийся в свои воспоминания Гарри совершенно забыл о медленно тлеющей сигарете, поэтому от неожиданности выронил окурок, который слегка обжог ему палец, прямо на ковер.
— Accio окурок! Evanesco, — пепельница была снова чиста.
Гарри использовал магию только тогда, когда не мог чего-то сделать обычным путем. Даже если ему приходилось мыть посуду или помогать Джинни с приготовлением угощений для многочисленных друзей, он делал все сам, не прибегая к волшебству. Гарри считал, что иначе волшебники вообще разучатся что-либо делать. Сейчас же он не имел желания совершать хоть малейшее движение.
Пододвинув поближе к себе пепельницу, Гарри достал из пачки новую сигарету.

— Мистер Уизли, где ваша сестра? – строго спросил Дамблдор, остановив спешившего в компании Гарри и Гермионы Рона, — мне нужно сообщить вам нечто важное.
— Мы сейчас сбегаем и быстро найдем Джинни, — выпалил Гарри.
— Может быть вы скажете только мне, пока Гарри и Гермиона ищут ее? – предложил удивленный Рон.
Гарри схватил за руку Гермиону и быстро потащил ее вверх по лестнице.
-Гарри, куда ты меня тащишь? – проговорила уставшая и грязная Гермиона, усаживаясь на ступеньку.
— Джинни похитили Упивающиеся смертью! – не задумываясь о том, что может быть услышан, громко проговорил Гарри. – У нас нет времени. Ее надо немедленно спасать.
— Но почему ты ничего не рассказал Дамблдору? Как мог утаить такое от Рона? – смотря прямо в глаза спросила пораженная девушка.
— Рон…, — Гарри замялся. С одной стороны Рон был доволен, что его сестра встречается с Гарри, был уверен в чувствах своего друга, но с другой стороны он считал, что тем самым она подвергает себя большей опасности. Гарри прекрасно знал об этих переживаниях и всегда старался быть внимательным, как учил их Грюм. — Я не успел ему сказать. Ее похитили в первые минуты нападения на Хогсмид, когда она была в магазине одна, – обхватив руками голову, рассказывал Поттер. – Я хотел рассказать все, как только доберемся до места, где нас не услышат, и выработать план. Посвящать в случившееся ни директора, ни авроров нельзя. Пока они будут взвешивать все за и против, Джинни уже успеют сильно навредить.
Гермиона утирала навернувшиеся на глаза слезы.
-Гермиона, — Гарри сел рядом с подругой и приобнял ее за плечи, — я понимаю, ты устала, испугалась, но сейчас не время для слез. Нам нужно быстро придумать, как поступать и уже начинать действовать.
-Извини, Гарри, ты абсолютно прав, — продолжая тихонько всхлипывать, проговорила Гермиона. – Ты иди в комнату по желанию, а я пока сбегаю за твоей мантией невидимкой и немного успокоюсь.
— И еще, Гермиона, попроси у кого-нибудь палочки. Наши могут сломать или отобрать, на такой случай лучше иметь запасные. – Гарри заметил, что иногда авроры, палочки которых были повреждены в ходе сражения, тут же начинали пользоваться другими, и сейчас решил использовать их опыт на практике.
Только минут через пятнадцать Гермиона смогла появиться в Выручай-комнате.. Гарри безумно надеялся, что сможет проникнуть в сознание Волан-де-Морта, и увидеть то, что видел Том в тот момент. Это был единственный вариант узнать, где могла быть Джинни. Гарри сел на какой-то стул и начал очищать свое сознание, как его учил ненавистный Северус Снейп. Он старался представить себя находящимся в теле Тома Риддла, полностью уходя от собственных ощущений. И это ему удалось. Несколько секунд и нечеткая картинка темного коридора, а потом он был грубо выкинут из сознания своего врага. Гарри никак не мог придти в себя: голова раскалывалась, в глазах расплывались круги.
-Я узнал, где находится Джинни, — еле слышно проговорил Гарри.
-Что случилось? Где она? – кинулась к другу девушка. Все лицо Поттера было в крови. Небольшие красные капли катились по шеи к вороту белой рубашки.
-Ничего страшного, просто сосуды полопались от напряжения, — гнусавя из-за кровоточащего носа, ответил Гарри, — наколдуй мне пару кусочков льда, пожалуйста.
Гермиона умело взмахнула палочкой неслышно пробормотав что-то себе под нос. Гарри откинул голову и приложил лед к переносице. Он был рад, легко отделался. Волан-де-Морт был способен на многое, но сейчас он то ли не ожидал проникновения, то ли был очень занят чем-то другим.
-Гарри, — тихий голос Гермионы отвлек парня из размышлений о своей возможной участи. – Как мы доберемся до увиденного тобой места. Вряд ли туда можно аппарировать.
Проблема казалась неразрешимой. Гермиона копалась в какой-то очередной книге, Гарри нервно ходил по комнате. Дорогие минуты уходили.
— Я не могу ничего найти подходящего для нашего случая, — через час сказала Гермиона.
« Кто-нибудь, помогите» — обреченно проговорил про себя Гарри. Как ни странно, на помощь пришел Фоукс. Крупный золотой феникс, появившийся не откуда, сделав круг по комнате, сел на плечо к Гарри. Юноша нежно погладил его по красивому оперенью. Гермиона заворожено смотрела на птицу.
-А вот и наш помощник, — проговорил Гарри. – Он может проникать в мысли. Я представлю помещение, а Фоукс нас перенесет.
«Поттер, а тебе везет, Мерлин тебя побери» — Гарри криво улыбнулся своим мыслям.

Счастье по-своему. Глава 3. Добро пожаловать, или посторонним вход запрещен. Часть 4


В половину пятого Сириус и Софи сидели в комнате последней. Софи еще была зла на Блэка и ждала извинений. Парень считал себя абсолютно правым, так что мириться, а тем более извиняться не спешил. Разговор не клеился, поэтому каждый решил заниматься своим делом. Сириус, абстрагируясь от показательно отвернувшейся от него Софи, обдумывал информацию, полученную от Дамблдора. Софи играла на гитаре. Вероника, как обычно, опаздывала. Только в пятнадцать минут шестого в воздухе вспыхнули и моментально погасли несколько искорок. Воронка портала начала медленно открываться.
-Привет! – из черного, как будто засасывающего пространство смерча, появилась улыбающаяся девушка, — чего такие кислые? Опять поругались?
— Да, слегка не сошлись во мнениях, — подошедший Сириус чмокнул подругу в щеку.
— Привет! Как я по тебе соскучилась, — кинулась обнимать подругу Софи.

***

Гарри, как мы оторвемся в этом году! Затусим! – мечтательно поглаживая бутылку из-под сливочного пива, промурлыкал Уизли.
Ребята сидели в баре мадам Розмерты. Здесь они были около года назад, а может даже и больше. Бар, пострадавший во время нападения Пожирателей на Хогсмид, был восстановлен. Хозяйка, как и в прежние времена, добродушно улыбалась своим посетителям, разносила заказанные напитки, громко стуча своими каблуками по деревянному полу, и благосклонно принимала знаки внимания уже немного захмелевших завсегдатаев.
-Рон, прекрати! Я не думала, что ты настолько изменишься! — Гермиона не смогла скрыть своих эмоций, и на лице отразилось чувство пренебрежения к человеку еще недавно бывшему ей лучшим другом.
-Герм, что касается изменений! Кто бросил разваливающуюся страну и ускакал в объятия своему известному болгарскому ловцу восстанавливать Думстранг? – недавно начавшиеся выяснения отношений набирали новую силу. Те, кто сидел за соседними столиками, повернули головы, показывая свое недовольство столь шумным поведением молодых людей. Кто-то начинал прислушиваться. Знаменитости ссорятся!
-Рон, как ты смеешь! Пойми, что та страна нуждалась в большей помощи, чем мы! И как тебе не надоело постоянно меня этим попрекать? Это мой выбор! И ни тебе судить! – не сдерживая эмоций, отбивалась от нападок Рона Гермиона.
-ЭЙ! Вы когда-нибудь перестанете препираться друг с другом? ВЫ научитесь уважать решения друг друга? – сегодня Гарри не был настроен на выслушивание криков этих двоих, да и косые взгляды, которые на них бросали, его уже порядком раздражали.
-Извини, Гарри, – смутилась Гермиона. – Что ты думаешь об этом Сириусе. Он копия твоего крестного во времена мародеров. Странно это как-то! – уже почти шепотом, чтобы слышали только двое ее собеседников, произнесла Гермиона.
-Герм, но ведь существуют очень похожие люди, даже если они и не родные! Ты же сама говорила, — напомнил ее слова Рон. Гермиона уже открыла рот, чтобы ответить, когда…
-Замолчите!- вдруг выкрикнул Гарри, — я не хочу говорить об этом.
Гарри стало неудобно за столь бурную реакцию, и он потупил взгляд. Друзья удивленно на него посмотрели.
-Ладно, Гарри, если ты хочешь, мы не будем об этом говорить, — тихо вымолвил Рон.
-Спасибо. Извините, — совсем смутился Гарри.
— Что там с этими выборами? – быстро сменила тему разговора Гермиона.
— Нет, вы не представляете! Амбридж в своем выступлении заявила, что ее программу, как претендента на должность министерства, я поддержал! Я и Амбридж, что должно случиться, чтобы я поддержал эту Жабу? И многие этому верят — вот что неприятно! – зацепился за новую тему Гарри.
— Мальчики, извините, меня ждет Виктор, — взглянув на часы, сказала Гермиона. — И еще, Рон, даже живя в Болгарии, я знаю, что несколько месяцев назад был разрушен древнейший волшебный замок. Разрушить родовой замок может только вооруженный отряд волшебников – таковых нет. Пожиратели некоторые убиты, другие посажены, а другие ведут себя максимально тихо и незаметно. И что случилось на самом деле неизвестно! Вот, я вам оставила материал на эту тему. — Грейнджер достала из сумки папку с записями и вырезками из газет, — Во-вторых, нас Софи Блэк пригласила в гости – хороший шанс побольше о них узнать, ну и о Блэке соответственно! Сегодня в семь вечера встречаемся около семнадцатой комнаты, если вы, конечно, не станете упрямиться и не придете.
Сказав это, девушка оставила на столе деньги за свой коктейль и вышла из Трех Метел.
— Мы потеряли Гермиону. Да она сама хороша: кроме этого Виктора и Болгарии уже ничего ей не надо! – проводив взглядом уходящую Гермиону, заявил Рон.
-Рон, ты неправ. Она заслужила счастье, мы все его заслужили. У нас за спиной слишком много всего, — Гарри никак не мог понять, почему же Рона так задел ее отъезд в Болгарию.
Рон не успел ничего возразить, как заметил Джинни, которая проходила мимо в обнимку с каким-то незнакомым парнем. У Гарри сжалось сердце, глядя на красивое улыбающееся лицо младшей Уизли. Рон вопросительно посмотрел на Гарри.
-Дружище, если бы ты был повнимательнее, то заметил бы, что мы уже достаточно давно не вместе. Мне было хорошо с твоей сестрой, но так уж сложились обстоятельства — правильно истолковал замешательство своего друга Поттер.
— Чертова война, — хмуро проговорил тот.
Гарри взглянул на друга, тот сидел с задумчивым видом, смотря в никуда. А в памяти Гарри услужливо всплыл один из разговоров с Джинни, который состоялся в середине седьмого курса, на день всех влюбленных поздно вечером в тайной комнате.
-Джинни, я тебя люблю! Я хочу, желаю, чтобы ты всегда была рядом, всегда моей. Чтобы у нас был свой дом, а по нему носились наши дети, — шептал Гарри на ухо Джинни, которая удобно устроилась на его груди.
А потом всплыло еще одно воспоминание. Тогда на улице стояла ранняя весна, уже теплая, с ярким солнцем, с сочными красками наслаждающейся светом природой.

-Джин, ты вернулась? Что сказали врачи? – отрываясь от книги и глядя на девушку, спросил Гарри

-К сожалению, ничего утешительного, прописали еще несколько зелий …и.. — Джинни замялась. В ее больших глазах вдруг появилось столько тоски и печали, что у Гарри сжалось сердце. Он встал и обнял свою девушку, нежно проводя рукой по ее щеке. В послевоенное время хандра накрыла и Гарри, но он боролся со своей депрессией как мог, старался всегда быть внимательнее и веселее с Джинни. Ведь ей тоже пришлось очень тяжело, и поэтому очень нуждалась в поддержке близкого человека.

— Малыш, я с тобой, все наладится, — Гарри, убрав прядь рыжих волос, нежно прошептал на ухо своей девушке.
-Гарри, я никогда не смогу иметь детей! – наконец выпалила на одном дыхании Джинни. Маленький и хрупкий мирок, который так бережно строил Гарри, рухнул. Не будет семьи, не будет того, о чем он так мечтал.
Он так не нашел что сказать, а просто сильнее прижал к себе Джинни и нежно поцеловал в лоб.

-Гарри, я тебя люблю, но…я не могу быть сейчас с тобой. Я хотела подарить тебе счастье, а не смогла, я должна тебе стать опорой, но я ели сама держусь! Я хочу уйти от воспоминаний войны, а не могу. Не могу потому что ты, Гарри, значительная часть ее..извини…Я тебя люблю, но…Я думаю, ты меня понимаешь, — сбиваясь, вытирая катившиеся по щекам слезы, пролепетала Джинни.

« Эх, Джинни, если бы ты знала на сколько ты права. Это война, это из–за меня она, из-за меня так много погибло людей, из-за меня ты сейчас не можешь по-прежнему радоваться жизни. Ты мне служишь также укором. Ведь я должен тебя был оберегать, но даже этого не смог. Ведь я тебя чуть не потерял…тогда…»- думал про себя Гарри.

-Я тебя тоже люблю. И я тебя понимаю. Так нужно поступить, просто пока расстаться — а там будет виднее, — грустно улыбнулся Гарри. Джинни разрыдалась, уткнувшись носом в шею Гарри. Ей было тяжело, она его так любила, но и не могла остаться, иначе она не справится, не сможет просто дальше жить.

Джинни тогда ушла, началась их жизнь друг без друга. Дом на площади Гриммо опять погрузился с темноту и уныние. Сначала они старались избегать друг друга, потом все же изредка встречались или переписывались. Однако у каждого была уже своя жизнь, независимая друг от друга.

-Ладно, Гарри, я не буду спорить. Это бесполезно. Давай посмотрим, что за сокровище нам оставила Гермиона, перед тем как убежать к своему сладенькому Вики! – голос Рона вернул Гарри из мира воспоминаний.

« 31 августа в 19 часов по лондонскому времени выступил главный аврор комитета по раскрытию причине разрушения Баскервиль- холла. Удивительно, но в выступлении господина Падмора не было ни одного четкого аргумента или факта. По словам этого известного волшебника, экспертиза, проведенная на месте разрушения, показала, что замок пал вследствие воздействия сильнейшей магии. Однако аврор не стал уточнять какая же магия причинила такой ущерб. Круг подозреваемых так же не был оглашен. По его словам, расследование продолжается» — гласила статья. Дальше следовало несколько фотографий с руинами замка и ходящих по ним аврорами.

-Рон, а ты там был? – отрываясь от статьи, поинтересовался Гарри.
-В Баскервиль-холле? О да! Страшное место. Говорят, что многие века этот замок был пристанищем для многих некромантов, — Рон даже передернуло от воспоминаний.
-А кому он принадлежит сейчас? – Гарри пытался выудить побольше информации, чтобы лишний раз не рыться по пыльным книжкам.
-Сейчас государству. Это как бы волшебный заповедник. Хозяев у этого замка никогда не было. В нем так сильна магия, что для его поддержания не нужны усилия волшебников! Тем он и феноменален. Точное имя архитектора и создателя так же пока неизвестно, — Рон рассказал все, что смог вспомнить из рассказанного когда-то экскурсоводом.
— Странное место, — резюмировал Поттер, откладывая фотографии и откидываясь на стуле.
— А ты пойдешь на вечеринку к русским? – резко сменил тему Рон, — пойдем! — Предугадал отрицательный ответ своего друга Уизли, — я уверен, там будет интересно. Хватит сычом сидеть, оторвись, с народом пообщайся, расслабься, выпей.
— Я еще точно не решил: идти или нет. — Ухмыльнулся Гарри.
-Да ладно, дружище, повеселишься! Хватит хандрить! Да и с Сириусом этим инакоязычным разберемся!- старался взбодрить старого друга рыжеволосый юноша.
-Сириус, Сириус! Что ж на нем свет сошелся! Почему мне жить спокойно не дадут? – опять начал злиться Поттер.
-Ну хорошо, хорошо! Не заводи волынку! — не стал настаивать на своем Уизли. – Просто оторвемся!
-Учти, иду только ради тебя! – ответил Гарри.
-Ты сделал правильный выбор, друг! – улыбаясь, сказал рыжий.

Счастье по-своему. Глава 3. Добро пожаловать, или посторонним вход запрещен. Часть 3


Сириус доел свой завтрак и, не сказав Софи не слова, ушел. Настроение у него действительно было паршивое. Он все утро, сидя в своей комнате, придумывал слова, которые должны быть сказаны директору. Старался представить какие вопросы могут быть заданы. Думал- думал, а в итоге так ничего и не придумал. Речь не складывалась, волнение не проходило. Решив, что прогулка может помочь, Сириус пошел шататься по замку. Насладиться одиночеством он так и не успел.

-Профессор Дамблдор, здравствуйте, можно с Вами поговорить? – Сириус, случайно встретив директора в коридоре, посчитал, что это судьба, и что нельзя упустить представившуюся возможность.
-Что вы хотели, молодой человек? – внимательно глядя на студента, проговорил старый Директор.
— Я надеюсь на беседу в конфиденциальной обстановке, — настаивал студент.
— Что ж, если вы настаиваете. Пройдемте ко мне в кабинет, — легко согласился Дамблдор.
Как и четыре года назад те же горгульи – охранники, та же крутая винтовая лестница. И кабинет, с жердочкой для феникса Фоукса, с десятком любопытных портретов предыдущих директоров и директрис, с многочисленными магическими приспособлениями.
— О чем вы хотели поговорить, Сириус Блэк? — глаза за стеклами очков сверкнули любопытством.
— Вы не против того, что я присяду, — Сириус расположился в кресле около самого камина. Дамблдор сделал рукой приглашающий жест. – Я хотел бы поговорить о себе.
Сириус волновался, в голове все смешалось, но он старательно не подавал виду, что слабо готов к беседе. Он понимал, что если он не расскажет все сейчас, но это вряд ли произойдет позднее.
Директор, неслышно кряхтя, сел за свой стол и пристально наблюдал за поведением этого молодого человека. Он уже мало сомневался в том, что перед ним отпрыск древнейшего семейства Блэков. Гордая осанка, жесткая немногословная манера речи, черные прямые волосы, глаза – все выдавала в нем аристократа семейства Блэков. Но вот только как это возможно?
— У меня была странная жизнь. Я провел 12 лет в застенках Азкабана, меня считали сумасшедшим, убийцей, предателем, мне желали смерти. Я выжил, сбежал, вернул себе родных и друзей и не сошел с ума. А потом опять угроза заточения, и опять неожиданная помощь. Гарри, Гермиона и гиппогриф Клювокрыл. Через 3 года меня убила собственная кузина в Отделе Тайн. Забавно. Наверно где-то даже есть моя могила, правда, профессор? – Сириус пока говорил не отрывал взгляда от успокаивающего его огня, но тут посмотрел прямо в по-старчески прозрачные глаза директора.
— Нет, Гарри отказался тебя хоронить, Сириус, — Дамблдор, основываясь на некоторых упомянутых деталях, известным узкому кругу людей, убедился, что перед ним живой отпрыск Вальпургии Блэк.
— От смерти меня опять спас случай. Если вы вспомните тот год, год мой смерти, — Сириус слегка усмехнулся, — то сможете вспомнить одно политическое событие. В то время с неофициальным визитом в Англию прибывал министр международных дел магической России, вместе с ним приехала и его дочь. Россия долгое время являлась закрытой, она не участвовала в событиях первой Черной войны. Редкие волшебники покидали приделы собственной родины, ни одно консульство не было открыто на ее территории. Следовательно, приезд дипломата из этой страны событие необычное, даже исключительное. Остановлю свое внимание непосредственно на этом дипломате. Все члены этой семьи — одни из самых сильнейших волшебников страны, да еще и с богатой фамильной историей. У этой семьи есть еще одна особенность. Они могут воскрешать людей, но только один раз в своей жизни.
На этом портреты удивленно зашептались.
-Уважаемые коллеги, прошу сохранять тишину. Обсуждения оставим на потом, — призвал разволновавшихся портретов к тишине Дамблдор. – Извини, продолжай.
— Прошу так же заметить я не зомби, не труп, а совершенно нормальный человек, что исключает применение некромантии (Дамблдор утвердительно кивнул). Как правило, к такому акту мага долго готовят, так как это требует много магических и физических сил. Воскрешают деятелей искусства, науки и других заслуженных людей. Но здесь вышла оплошность, меня воскресила молодая девушка, затратив почти все физические силы и полностью отдав магические. Как вы понимаете, к такому колдовству она была не готова, да еще никто и не знал о совершаемом ритуале. Узнав о такой необдуманной выходке своей дочери, дипломату пришлось в спешном порядке покинуть Англию, забрав умирающих девушку и меня.
— Сириус, почему умирающих? — отправляя в рот неизменную лимону дольку, поинтересовался Альбус Дамблдор. – С девушкой понятно – затрата колоссальных сил, а ты?
— Воскрешаемый полностью зависит от воскресителя на протяжении первых двух лет его жизни. Магическая и физическая силы становятся, если так можно сказать, одни на двоих.
— Как интересно. Я слышал о подобных возможностях некоторых русских фамилий, но считал лишь легендой, — облокотившись на ручку стула, попытался подняться директор.
— Вам помочь? – моментально вскочил Сириус, помогая подняться своему учителю. Он был поражен тем, как сильно постарел директор. Альбус по-прежнему был внимателен, уникально прозорлив, умен, но от него уже не исходила былая магическая мощь.
— Ты снова молодой, Сириус. А я дряхлею, силы меня покидают. Война обошлась нам слишком дорого, — поддерживаемый сильными руками Сириуса Дамблдор встал. – Мне все сложнее бороться с наложенным на меня проклятием.
Директор аккуратно смешал жидкости из двух сосудов и залпом их выпил.
— Что ж, вернемся к нашей беседе. Почему ты стал таким молодым? – зелье подействовало. К директору вернулись силы, былая ловкость движений.
— Про молодость: человек воскрешается в возрасте младенца, но потом очень быстро растет, достигнув возраста, когда восприимчивость к магии наибольшая рост замедляется. – Сириус был доволен. Разговор прошел куда легче, чем он представлял. Он сумел заставить директора поверить ему.
— Блэк, я хотел бы тебя предупредить на случай, если ты захочешь официально признания тебя живым. Судебное дело о признании тебя невиновным в убийстве маглов и служении Волан-де-Морту было начато, но приостановлено. Потом из-за тяжелого положения страны отложено на неопределенный срок. Рассмотрение больше не возобновлялось, — директор улыбался. Он заметил как расслабился Сириус, как развалился в кресле и улыбается.
— Спасибо, Альбус. Я пока побуду гражданином России, — подмигнув портрету своего предка, сказал Блэк.
— И еще один, личный вопрос: почему она тебя воскресила?
-Я не знаю, почему она ослушалась семейной, даже государственной традиции. Она мне так и не объяснила. Любовь? Уж больно сомнительно, не думаю. – Сириус сам интересовался когда-то причинами такого опрометчивого поведения Софьи, но так и не добившись вразумительного ответа, плюнул и забыл.
Потом они еще долго разговаривали за чашкой чая. У каждого была масса вопросов друг к другу. Сириус, хоть и старался следить за событиями в Англии, но многих интересовавших подробностей он не знал. А Дамблдор впервые общался с человеком, который не только узнал что такое смерть, но и смог вырваться из ее цепких лап, не потеряв тела и своей человеческой сущности.

-Ты еще не знаешь, мой мальчик, на что способна любовь, — сказал директор в конце их продолжительного разговора. Сириус только хмыкнул в ответ.

1 с 212