Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода. Глава 58 часть 2


Проснулся словно от толчка, открыл глаза и сразу увидел Гермиону. Она сидела возле камина, собрав возле себя зажженные свечи, читала тяжелый том. Когда Гарри посмотрел на неё, она подняла глаза от книги, встретилась с ним взглядом. Растрепанная книга из библиотеки на её коленях, небрежно подхваченные волосы, халат с котятами – все было таким знакомым и родным, что Гарри на мгновение ощутил липкий ужас от мысли, что всего этого могло больше не быть.
Он рывком сел.
– С пробуждением, — улыбнулась Гермиона. – Спрятался от заслуженной славы? Все ходят за мной и спрашивают, что Волдеморт с нами делал?
Она отложила книгу, подошла, села на край кровати. Гарри обнял её худенькое тело, зарылся в волосы лицом. «Неужели Дамблдор полагал, что я смогу без неё?»
Девушка обняла его в ответ, он почувствовал, что её пальцы ласково ерошат волосы на затылке, гладят шею. Закрыл глаза, нашел губами её губы, целовал, наслаждаясь её вкусом и ощущением шелковистых волос под своими пальцами, отпускал ненадолго, чтобы вдохнуть, и снова прижимался ртом к её податливым и нежным губам.
Когда он в очередной раз прервал поцелуй, Гермиона тихонько засмеялась.
– Ты что?
– Ты здорово целуешься, Гарри, — прошептала она, обнимая его под рубашкой (когда только успела расстегнуть!). – Правда, здорово!
Он тоже тихо рассмеялся, вспомнив свой первый неуклюже-слюнявый поцелуй, затем нашарил палочку – может, теперь и раздевающее заклинание классно получится? А, ну его.
Гарри развязал пояс халата, легко стянул его, открыв длинную сорочку, скрывающую тело девушки от самой шеи. Гермиона сняла её одним движением своей палочки, другим аккуратной стопкой сложила одежду Гарри. Прижалась к нему всем телом, обняла, принялась целовать в шею, за ухом. Он замер от этих сладких ощущений, погладил её спину, потом чуть отстранил девушку от себя, чтобы удобнее было ласкать её.
Неужели они когда-то стеснялись друг друга? Не умели толком целоваться, зарывшись в одеяло, возились под ним, боясь лишний раз друг друга потрогать, но при этом делая главное?! Она стыдилась на него смотреть, хотя при этом сгорала от любопытства, он переживал, не одному ли ему так «обалденно», при этом одаривая её более чем скромными ласками. Как это все кажется забавным сейчас, когда многие запреты остались в далеком и недавнем прошлом.
– Я не услала Добби, — спохватилась вдруг Гермиона, приподнимая голову с подушки и машинально потянув за растрепанные волосы – исчезло сладкое ощущение на груди.
– Он сам знает, когда нужно уходить, — ответил Гарри, оглянулся – бесполезно, без очков в полумраке мало что увидишь, даже если этот чокнутый эльф, умильно сложив лапки, любуется на своих хозяев.
Гарри вернулся к прерванному занятию.
Гермиона почувствовала, что поцелуи сменились нежными поглаживаниями – значит сейчас можно, просто наслаждаться ощущениями на коже. И у неё, и у Гарри это одна из самых любимых составляющих любовной игры. О, как он падок на ласку – девушка это заметила едва ли не с первой ночи. Она ощутила нежные прикосновения к ногам. Господи, как больно было, когда тот ужасный крысовидный человек заставил читать её «Книгу пыток». Нет, об этом нельзя вспоминать, Гарри наверняка не держит блок! Ну вот, уже ухватил её мысль – все хорошо, любимый, эта боль давно прошла. Гарри присмотрелся – не осталось ли следов. Нет, кожа нежная и гладкая, словно не было никогда этого кошмара. Лучшее средство забыть об этом окончательно – ласка, ласка и еще раз ласка. Гермиона взвизгнула от ощущений, балансирующих между острым наслаждением и щекоткой. Нет, нет, если можно ещё!
Теперь следующий этап игры. Гермиона прекрасно помнила, когда это произошло впервые. Она зашла в комнату и увидела решительное выражение на лице Гарри, какое обычно бывало у неё, когда ей выдавали реферат или контрольную с исправленными ошибками. Гермиона тогда ещё подумала, а не нашёл ли он её маггловскую суперкнигу, которую она прятала под матрасом. Нет, всего лишь шуточная памятка девственнику-мародеру, написанная в юности отцом Гарри и Сириусом. Памятка никак не хотела открываться Гермионе, поэтому об её содержании девушка только догадывалась. Судя по всему, парни были продвинутые. Острое удовольствие, которое она испытала тогда впервые в жизни, Гермиона помнила до сих пор. В том маггловском фильме красавица актриса все-таки правильно себя вела, это не художественный вымысел и не преувеличение. Ну как можно удержаться, если стоны сами вырываются наружу, иногда вместе со слезами. Теперь его законное удовольствие.
Все-таки хорошо, что Гарри не нашел эту дурацкую маггловскую книжку с картинно зажатой парочкой на обложке. Меньше знаешь, лучше спишь, вернее занимаешься любовью. Ну ведь как все замечательно прошло. И не обязательно знать все 153 условия, при которых не получится или получится плохо. Ведь мы – пара.

Утром перед завтраком Гарри, наконец, увидел Снейпа. К счастью, профессор шел один, и в коридоре никого больше не было. Значит, поблагодарим зельеведа, и гора с плеч!
– Профессор Снейп! – окликнул его Гарри.
Показалось, или впрямь вздрогнул? Неохотно повернулся.
– Я хотел поблагодарить вас, профессор, — как можно спокойнее и доброжелательнее произнес Гарри. – Если бы не ваша помощь… — он замолчал, встретив ледяной взгляд, полный неприязни. – И за зелье тоже спасибо, — неуверенно закончил Гарри. От злости профессор с трудом удерживал блок.
– То, что ты спас девушку, — это минимум, который ты должен был сделать! – процедил Снейп.
В уши Гарри словно хлынул поток – Проклятое ваше отродье Поттеров! Ненавижу! Отец погубил Лили, сын – Гермиону! Всё вам, только вам, Поттерам!!!
Снейп схватил Гарри за грудки. Северус, склонившийся над Гермионой, Эрмион (у неё такое же имя!), Лили (как девочка на неё похожа!). Все эти картины пронеслись перед глазами Гарри за несколько секунд.
– Убирайся! – заорал профессор и оттолкнул Гарри с такой силой, что он упал на пол, больно ударившись спиной.
– Северус! – услышал он грозный голос Дамблдора. – Прекрати истерику! Ты совсем спятил!? Держи себя в руках при мальчике!
Снейп, тяжело дыша, с трудом запихивал мысли под железобетонный блок.
– Идем, Северус, — строго приказал Дамблдор. И Гарри ясно понял – профессора Снейпа ведут на ковер к директору!
– Иди завтракать, Гарри, — уже спокойно произнес Дамблдор, повернувшись к сидящему на каменном полу парню. – Надеюсь, все увиденное останется между нами. Просто у Северуса совсем сдали нервы. Думаешь, он не переживал за тебя и Гермиону?!
Как же, сэр! Разве что за Гермиону. Видимо, только из-за неё и выпустил. Но, Бог мой, — глаза Гарри расширились. – Кажется, произошло нечто ужасное. Учитель приревновал своего ученика. Своего ненавистного ученика! Только этого мне и не хватало! – Гарри поднялся и медленно поплелся в Большой Зал, хотя есть уже совсем не хотелось.

Перед отъездом на каникулы Дамблдор вызвал Гарри к себе.
– Я хотел обсудить, где ты проведешь лето, Гарри, — мягко произнес директор.
– У Гермионы? – спросил тот.
– Да, мальчик. Теперь ты находишься под защитой рода твоей жены. Поэтому у Грейнджеров ты будешь в безопасности.
– А родители Гермионы знают, кто я? – спросил Гарри. Его вдруг охватило волнение. Он так мечтал, чтобы больше никогда не возвращаться к Дурслям. Но на Привит-драйв он знал, как себя вести и как к нему относятся. А как встретят его родители Гермионы?
– Не переживай, Гарри, — Дамблдор успокаивающе покачал головой. – Я отправил мистеру и миссис Грейнджер письмо, в котором все объяснил про тебя. И помимо того, что ты сирота, к которому несправедливо плохо относились дядя и тетя, я не забыл упомянуть, что ты – один из лучших учеников Хогвартса, а также происходишь из древнего богатого волшебного рода. Думаю, они не будут возражать против такого родственника. Я уверял в самых изысканных выражениях, что ты – лучшая пара для Гермионы. Остальное в твоих руках, Гарри. Веди себя хорошо, — и Дамблдор подмигнул ему.
– Спасибо, сэр, — улыбнулся Гарри.
– К твоему появлению, я надеюсь, у четы Грейнджеров пройдет первый шок.
– Профессор, – спохватился вдруг Гарри. – Я только сейчас вспомнил – у меня нет нормальной маггловской одежды. Если я покажусь родителям Гермионы в своем секонд-хенде от Дадли, они решат, что вы пошутили насчет наследника богатого рода волшебников.
– Я подумал и об этом, — Дамблдор поднялся из-за своего стола. – Считай это моим подарком на твое совершеннолетие, Гарри, — и директор указал на сложенные совершенно новые модные джинсы, футболку, рубашку и кроссовки.
– Спасибо, сэр, — искренне поблагодарил его Гарри.

Он поднимался в вагон вслед за Гермионой, когда к ним подошли Малфой, Кребб и Гойл.
– Так что, Поттер, эта грязнокровка в натуре твоя подружка? Только не говори мне, что вы трахались. Ты умеешь это делать?
Гарри проигнорировал его. Воспоминания о беременной Пенси вызывали в нем глубокое отвращение к Малфою.
– Фу, ну и вкус у тебя! – не унимался Малфой. – Тощая лохматая грязнокровка!
– Зато молодая! – резко обернулся Гарри. – Видишь ли, Малфой, я глубокий извращенец. Мне нравится молодая девушка, а не парни и бабушки.
Это был удар ниже пояса. Слухи о возрасте Элизабет Смит ползали вместе со сплетнями о том, кто она такая вообще. Малфой кисло поморщился и отстал. Рон хихикнул, вспомнив рассказ Гарри о поцелуе Малфоя и Элизабет. Гермиона улыбнулась Гарри и села напротив парней.
– Как твой роман с Эрикой? – поинтересовался Гарри у Рона.
– Она пригласила меня к себе на каникулы, — бодро ответил он. – Жаль, что она уже закончила Хогвартс. Ну ничего! Я к ней поеду. Вот увидите! Мне уже 17, так что мама не сможет мне запретить.
Спорим, у них ничего не будет? – Гермиона посмотрела на Гарри.
Тут и спорить нечего, — поднял брови в ответ Гарри.
– Ну а вы? – спросил Рон и растянулся в снисходительной улыбке, глядя на Гарри и Гермиону. – Блин, за милю видно, что вы по уши друг в друга втресканные!
Рон расхохотался. Гарри смущенно улыбнулся, Гермиона укоризненно сжала губы.
– Даже не верится, что на вокзале меня не будет встречать мой любимый дядюшка! – выдохнул Гарри и тут же внутренне напрягся: как все-таки примут его родители Гермионы?
Все будет хорошо, Гарри, это я беру на себя! – сжала его руку Гермиона.
– У вас будет такое жаркое лето! – Рон снова покатился от смеха.
Малфой и его верные телохранители вышли из Хогвартс-экспресса в числе первых. Малфой придумал изысканное оскорбление для Поттера и решил, что не может ждать до 1 сентября, чтобы высказать его. Но тот словно сквозь землю провалился. Вот и его грязнокровка, и рыжий долговязый Уизли со своей не менее рыжей сестрой. Где же Поттер? Такая острота пропадает!
Малфой уже заметил свою мать и перед тем, как быть сжатым в ее объятиях, еще раз поискал глазами Гарри Поттера. Нет, все-таки проскользнул незаметным в толпе. Посмотрев для верности в сторону Гермионы, Малфой увидел, что она обнималась со своими родителями-магглами. Рядом с ней топтался высокий смазливый парень с темными волосами – видать, кто-то из ее маггловской родни. Эх, жаль, пропала острота. Нужно постараться не забыть ее до первого сентября.

Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода. Глава 58 часть 2: 10 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.