Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.11.


Глава 32. Квиддич, перо и повязка.

После уроков все школьники собрались на трибунах квиддичного поля. Гарри сидел рядом с Гермионой, спиной ощущая сочувствующие взгляды гриффиндорцев. Многие возмущенно перешептывались, ругая Амбридж.

От подлости и несправедливости новой директрисы хотелось запустить в неё чем-нибудь… распотрошенным на уроке зелий. Гарри бросил злой взгляд на преподавательскую трибуну. Зеленое твидовое пальто четко выделялось на фоне остальных темных теплых мантий.

Матч начался. Гарри с отвращением увидел, что Драко Малфой летает на его метле. (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.10.


Во время ужина в Большой Зал неожиданно влетели совы.

– Блин, неужели опять этот «Голос»?! – возмутился Рон.

Гарри настороженно смотрел за летающими совами.

– Нет, как ни странно, это «Ежедневный пророк», – проговорила Гермиона, раскрывая газету.

– Но я его не выписываю, – удивился Рон, когда одна из сов бросила ему сверток. (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.9.


Рона он встретил уже возле Общего Зала.

– Как я вижу, тебя помиловали, – легонько укусила Рона Гермиона. – Чтение моей книги отложилось на неопределенный срок?

– Нет, первую главу я уже прочитал, – принялся оправдываться Рон. – Здорово пишешь, Гермиона! Тебе нужно быть писателем.

– Правда? – обрадовалась девушка. – Но видишь ли, для издания моей брошюрки нужны средства… (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.8.


Когда Гарри утром увидел Рона, то сразу насторожился: Рон был очень зол. За что? – Гари прислушался. Упс! Ну этот Добби – не эльф, а наказание какое-то! Ещё не хватало из-за него ссориться с лучшим другом!

Гарри посмотрел на Рона осторожно, а на Гермиону – вопросительно. Гермиона, покачав головой, вздохнула. Рон решил поругаться с Гарри после матча с Гаффелпафом.

Трибуны на квидддичном поле были полны. Гаффелпаффцы и гриффиндорцы запаслись плакатами. Слизерин неожиданно развернул два плаката: ПОБЕДУ – ГАФФЕЛПАФУ! И ГРИФФИНДОР – САПОЖНИКИ! – Очень остроумно! Могли бы придумать чего-нибудь поновее! – язвительно хмыкнула Гермиона. – Удачи тебе, Гарри! – девушка приподнялась на носках и поцеловала его, заботливо поправив форму на плечах. (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.7.


Гарри помчался по коридорам Хогвартса к выходу. По пути к полю для квиддича он забежал за своей метлой и едва поборол искушение прилететь на тренировку в прямом, а не в переносном смысле. Но мысль о том, что Рон все равно будет ругать за опоздание, а команда будет смеяться, если увидит, каким именно образом их ловец спешит на тренировку, заставила Гарри отказаться от этой затеи.

Задыхаясь, Гарри подбежал к гриффиндорской сборной, которая стояла возле трибун и мирно жмурилась под осенним солнышком.

– О, Гарри, вот и ты, – отозвался один из охотников – парень с 6 курса. – А где наш капитан? (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.6.


Несколько последующих дней в Хогвартс прилетел не один десяток сов с письмами или посылками для Тонкс. Читатели «Волшебного голоса правды», глубоко возмущенные несправедливым увольнением молодой волшебницы с высокооплачиваемой работы, выражали своё сочувствие и поддержку. Некоторые даже предлагали подать на Министра Магии и Начальника Авроров в Верховный волшебный суд. Было несколько писем, в которых высказывались ханжеские замечания по поводу безотцовщины и порочной связи с беглым преступником, но их было настолько мало, что их количеством можно было пренебречь. В основном совы приносили посылки с волшебными и маггловскими подгузниками, вязанными и сшитыми вещами для ребенка, игрушками, а также пирожками, пирожными, волшебным сухим детским питанием и даже с шоколадными лягушками и конфетами «Берти Ботс».

– Я на грани того, чтобы застрелиться, – произнесла Тонкс, когда Гарри и Гермиона вновь пришли к ней. – Гарри, бедный (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.5.


– Пока я ещё не твой учитель, а Джинни ушла, расскажу, – Тонкс заговорщицки подмигнула Гермионе. Девушка подсела ближе.

– Эти волки, кто бы мог подумать! – Тонкс округлила глаза.

– Перед полнолунием у Ремуса должна очень повыситься сексуальность, – ответила Гермиона, – после полнолуния резко понизиться.

– У-у-у, – огорченно надула губы Тонкс. (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.4.


Глава 9. Боггарты.

Несмотря на пятачок малыша Сириуса, урок прошел относительно мирно. Снейп проверил усвоенные знания, дал необходимые разъяснения, заставил выполнить несколько упражнений, задал читать следующий раздел и удалился.

Ночью Гарри проснулся от знакомо-сладкого ощущения в теле. Но уже через несколько мгновений он понял, что это удовольствие не его – он просто считывает чужую информацию. Чью? Может, это Гермионе снится эротический сон? Нет, ей снится, что она гуляет с маленьким Сириусом на поводке, а он на всех весело лает. Так чье же это удовольствие? Неужели Ремус внял советам Гарри? Гарри сосредоточился. Точно, Ремус и Тонкс! Вот это наслаждение! Глаза Гарри расширились – так вот как можно использовать свои знания по блокологии! Повышенная чувствительность позволяет не только страдать за других, но и настраиваться на чужие приятные ощущения! Нужно только немного сноровки, чтобы «муравьи в штанах» превращались в удовольствие. А может, немаловажно и то, как партнеры относятся друг к другу? Конечно, важно! Вместе с угасающим возбуждением Гарри чувствовал легкость от того, что отношения выяснены, признание состоялось. Хотя, наверное, это не совсем хорошо – получать удовольствие за других. Гарри смущенно потер щеки. Интересно, а Снейп промышляет таким? Или благодаря его стараниям в Хогвартсе уже не осталось юных Ромео и Джульетт?

Утром Гарри увидел на лице Тонкс следы Люпина, а сквозь лицо Ремуса виднелись черты Тонкс. Гарри им одобряюще улыбнулся. Гермиона радостно подмигнула молодой женщине и сразу после еды убежала с ней обсуждать произошедшее. Гарри, которому теперь приходилось много читать, слышал их разговор, сидя над книгой в соседней комнате.

– Ты молодец! – Гермиона довольно потерла кулачками. – Я же говорила, что все получится! Ребенку нужен отец, а тебе – муж.

– Мне показалось, что Ремус был готов к этому разговору, – удовлетворенно вздохнула Тонкс.

– Да он только и ждал этого! – воскликнула Гермиона.

– В постели он не хуже Сириуса, – Тонкс состроила заговорщицкую гримаску.

– О, это замечательно. Я, признаться, переживала, что с этим будут проблемы. Ведь до тебя у бедного Ремуса никого не было.

– Серьёзно!? – недоверчиво протянула Тонкс.

– Да, хотя я не знаю, стоило ли говорить тебе… наверное, стоило… Ремус не хотел обманывать женщин.

– Ну что ж, – Тонкс забавно вытянула лицо. – Для первого раза неплохо!

– Я читала, что оборотни очень сексуальны, – многозначительно проговорила Гермиона.

– О да-а-а! – протянула Тонкс. – И это хорошо! Кстати, Герми, а как ты относишься к сексу?

– Положительно, – весело кивнула девушка.

– Я знаю, что Гарри твой муж, поэтому и спросила. Видишь ли, – голос Тонкс сделался загадочным, – когда я училась на седьмом курсе, то нарушила заветное правило школьного целибата с когтевранским ловцом. Сничи он ловил неплохо, и в том, и в другом смысле, – Тонкс хихикнула, – а вот сделать так, чтобы мячик поймала и я…. Слабо было! Если честно, ему нравилось больше, как я меняла форму грудей. Предпочитал большие и круглые. Магглы в такие силикон закачивают (ужас!). Словом, мне не нравилось. А потом я столкнулась с тем, что метаморфомагов не очень любят, считают их почти волшебными существами. Так что с мужчинами у меня была напряженка, – Тонкс наигранно страдальчески скривилась. – Правда, с другой стороны, пока я училась на аврора, у меня как-то и времени не было… А дедушке Муди я понравилась! – Тонкс неожиданно закатилась от смеха.

Гермиона улыбалась, глядя, как хохочет Тонкс.

– Злые языки шутят, – сквозь смех проговорила молодая женщина, – что его орудие в таком же виде, что и нос!

Гермиона грохнулась от смеха. Гарри закрыл себе руками рот, чтобы не выдать своего присутствия. Он уже пытался несколько раз уйти, но любопытство заставляло его продолжать попытки читать.

– Так что разбудить во мне женщину удалось только Сириусу, – продолжила свой рассказ Тонкс. – Он любил шутить, что сошлись два предателя рода Блеков.

– Чтобы продолжить его, а лучше сказать, основать заново, – произнесла Гермиона. – Ваш сын просто душка, маленький веселый сорванец!

– Представляю, что он будет вытворять, когда вырастет! Если через 10 лет Снейп все ещё будет работать в Хогвартсе, то придётся отдать пацана в Бобатон!

***
В этот же день на площади Гриммо 12 появился Рон. В магазине волшебных выкрутасов был выходной, и Рон решил провести его со своими друзьями. Увидев на руках Гермионы ребенка, Рон засыпал девушку подколами. В ответ Сириус превратил свой черненький пух на голове в рыжий.

– Прикольный пацан, – отдал ему должное Рон.

– Он всех передразнивает, – подтвердил Гарри. – А ну, Сириус, сделай Добби, Добби, – обратился он к малышу.

– Он что, соображает, что ли? – недоверчиво и насмешливо протянул Рон.

– Ну, наверное, что-то уже соображает, – предположил Гарри. – Давай, Сириус, сделай Добби!

Сириус сделал нос Добби. Все ему зааплодировали, ребенок заулыбался и добавил к носу, как у эльфа, уши.

– Хорошо, что мои братья не метаморфомаги, – загоготал Рон, – от их приколов и без этого нет спасенья! Они продолжают мне подкладывать всякие свои дурацкие конфеты, батончики или ириски, от которых вырастают то уши, как у слона, то хвост, как у кота!

– Не смейся так громко, ты его напугал, – строго сказала Гермиона, прижимая к себе мальчика.

Рон смерил девушку выразительным взглядом.

– Ты и Гарри так строишь? – ухмыльнулся он.

– Я никого не строю, – обиделась Гермиона.

Сириус кинул в Рона погремушкой.

– Ладно, – сказала Гермиона, поднимаясь, – вы, наверное, хотите пообщаться. Мы с малышом пойдем.

– Ага, – кивнул Рон.

Едва за Гермионой закрылась дверь, как лицо Рона скривилось.

– Ужас, Гарри, как ты тут живешь! Я терпеть не могу возиться с мелюзгой!

– Ну, сидеть с Сириусом по-своему забавно. Если только не очень долго, – пожал плечами Гарри.

– На тебя Гермиона плохо действует, – махнул на него рукой Рон. – Ведет себя так, словно вы уже женаты лет 10!

– А, по-моему, она очень тактичная, – возразил Гарри, – оставила нас поговорить, хотя сейчас моя очередь сидеть с малым.

Рон сочувственно посмотрел на друга:

– Сынок, ты безнадежен!

Он достал волшебные шахматы и провозгласил:

– Курс лечения. Давай сыграем партию, как в старые добрые времена.

– На выпускном предложи профессору Макгонагал, – Гарри согласно уселся напротив Рона. Тот начал расставлять фигурки.

Шахматная партия была в самом разгаре, когда в комнату влетел Добби. Давно Гарри не видел эльфа таким напуганным. Из его зеленых глаз-мячиков лились слёзы, тощее тельце под маггловской детской футболкой и шортами не тряслось, а вибрировало.

– Хозяин! Х-хозяин, – лапки Добби тыкали в потолок.

– Что случилось? – спросил у него Гарри.

– Там…. Там, – Добби зарыдал, – там в шкафу мистер Малфой…. Спрятался! – эльф зажмурился и затрясся ещё сильнее, хотя казалось, что это уже невозможно.

– Какой мистер Малфой? – вскочил Гарри.

– Прежний хозяин Добби! – провыл эльф и попытался натянуть свою вязаную летнюю шапочку до пяток.

– Что он несет? – недоверчиво скривился Рон.

– Нужно проверить, – проговорил Гарри, доставая из-за пояса джинсов волшебную палочку. – Вдруг Малфои выпытали у Кричера, как попасть в этот дом.

– А, давай, – испугался Рон и тоже вынул палочку.

– Пойдем, Добби, покажешь, – сказал Гарри.

– НЕТ! – заорал Добби и снова рванул шапочку на себя.

– Что значит «нет»? Если Малфой пробрался сюда, мы должны его поймать! – возразил Гарри.

– Добби боится, – заскулил эльф.

– Идем, Добби, – приказал Гарри и указал на дверь.

Эльф вздохнул и побрел к выходу из комнаты. Вслед за ним Гарри и Рон поднялись на этаж выше и осторожно вошли в бывшую спальню миссис Блек. Здесь мало что напоминало о том, что когда-то в этой комнате Сириус прятал Бакбика. Очевидно, Добби убрал здесь, но вид у спальни по-прежнему был унылый и нежилой. Эльф, прячась за ноги Гарри, указал дрожащей лапкой на старинный шкаф красного дерева.

Гарри, выставив волшебную палочку вперед, распахнул дверцы. На пол, крича от боли, упала Гермиона. От неожиданности Гарри и Рон закричали тоже. Девушка продолжала стонать и кричать, её ноги покрывались ранами. Но откуда здесь Гермиона?! Она же уходила с ребенком в комнату Джинни!

– Это боггарт! – догадался Гарри.

– Д-да, точно, – жалобно покивал Рон.

– Ридикулюс! – выкрикнул Гарри.

Хлопок, и Гермиона перестала кричать. Перед Гарри и Роном лежало её растерзанное тело. В легких Гарри закончился воздух. Тогда, в кабинете защиты от темных искусств, когда Дамблдор не выпускал его… Гарри знал, что Гермиону заставляют читать «Книгу пыток»! Думай о чем-нибудь веселом и смешном! – приказывал он себе. Но куда уж тут веселиться, если видишь такое!

– Ридикулюс! Ридикулюс! – выкрикивал он. Но в ответ на теле Гермионы только менялись раны.

– Гарри! Что случилось! – настоящая Гермиона вбежала в комнату и замерла, увидев своё изувеченное тело.

– О Боже! – выдохнула девушка.

– Это боггарт, – дрожа, произнес Рон, – вот… теперь он у Гарри вот такой!..

– Гарри… – испуганно сжалась Гермиона.

Хлопок и перед ними появилось тело Гарри. На нем не было ран, но пустые застывшие глаза ясно давали понять, что парень мертв. Гермиона жалобно пискнула и заплакала.

– Ладно, – Рон глотнул, – давайте я попробую…

Он вышел вперед, и вместо тела Гарри появился огромный страшный паук.

– РИДИКУЛЮС! – взревел Рон так, что в окне едва не треснуло стекло.
Паук распался на куски и исчез.

– Вот, – выдохнул Рон и повернулся к Гарри и Гермионе. Девушка вытирала слезы. Гарри был очень бледен.

– Ну вы, блин, даете, – покачал головой Рон, – ну у вас и страхи! – он передернул плечами и помотал головой. – Б-р-р!

В дверях появилась Джинни с Сириусом на руках.

– Что случилось? – встревожено спросила она.

Гермиона, все ещё вытирая слезы, рассказала ей про боггарта.

– У тебя же раньше был дементор, Гарри, – сказал Рон.

– Видимо, дементоров я уже не боюсь, – Гарри вытер со лба холодный пот.

– Как же так, – недоуменно пожал плечами Рон, – мы боггартов научились одолевать ещё в третьем классе!

– Просто у некоторых людей, когда они взрослеют, страхи становятся серьёзнее крыс и пауков, – ответила Джинни.

Рон обиженно глянул на сестру и даже открыл рот, чтобы огрызнуться.

– О, Рон, я завидую тебе за боггарта, – жалобно отозвалась Гермиона. – Лучше бы я боялась четверки за экзамен…

Гарри вышел из комнаты и, уже спускаясь по лестнице, ощутил, что в груди слева неприятно покалывает. Неужели будет как тогда, в классе, в котором его запер Дамблдор? Нет, ощущения вогнанной в сердце иглы не такое сильное. Дыхание восстанавливается.

Гарри вернулся в свою комнату и лег на кровать.

– Гарри, старина, ты чего? – рядом с ним присел Рон.

– Все нормально… Сейчас… я просто сильно испугался…

К нему подбежала Гермиона.

– Вот, пей, — обеспокоено приказала девушка, поднося ко рту Гарри стакан.

– Что это? – спросил он.

– Надо что! – девушка заставила его выпить содержимое стакана. Тяжесть в груди исчезла.

Откуда ты узнала, что у меня болит сердце? – Гарри вопросительно посмотрел на Гермиону.

Во-первых, почувствовала, а во-вторых, профессор Дамблдор предупредил меня, что такое может случиться, и дал лекарство, – ответила ему девушка выразительным взглядом.

Рон кисло посмотрел на лежащего Гарри.

– Со мной уже все в порядке, – успокоил его Гарри.

– Не знал, что с тобой такая фигня… ну с сердцем, – голос Рона прозвучал сочувствующе.

– Это после исчезновения Гермионы началось, – ответил Гарри.

– В волшебном мире это не страшно, – девушка успокаивающе погладила его руку. – Нужно носить с собой лечебную настойку, чтобы можно было принять её в случае чего… Она очень помогает и намного лучше маггловских лекарств. Теперь просто полежи, отдохни, и все будет хорошо, – Гермиона перевела взгляд с Гарри на Рона. – Пойдем, я и Джинни покажем, что умеет делать маленький Сириус.

Гермиона увела Рона, за что Гарри был ей очень благодарен. Ему действительно хотелось побыть самому. Почему-то за прихватившее сердце было неловко. Тем более, у Рона завидное здоровье, и его недоуменное лицо заставляет испытывать нечто вроде стыда.

Гарри закрыл глаза, пытаясь успокоить себя тем, что Рону не довелось испытать того, что выпало на его долю.

***
– Теперь поживем здесь, – сказал Джеймс.

Он стоял посреди беспорядка, который обычно царит в доме, где давно никто не жил.

– Милое местечко, – кисло заметил Сириус. – Придется много раз произносить Эскуро.

– Мое любое заклинание, – улыбнулась Лили. Она стояла рядом с Люпином, держа на руках маленького Гарри. – Пожалуй, начну. Кто хочет поиграть с маленьким?

– Можно мне? – охотно откликнулся Ремус.

Лили снова улыбнулась и вручила ребенка Люпину, лицо которого просияло.

– Ну что, малой, ты попался, – подмигнул Джеймс сыну, – сейчас мы с тобой поиграем.

Гарри растянулся в очаровательной улыбке, радостно треснув Ремуса по плечу.

– А твоя Лили неплохо откормила этого Бэмби, – Сириус ласково потрепал детские пухлые щечки.

– Ну, не обижай пацана, – возразил Джеймс, – ты просто не видел сыночка Петунии – это сестра Лили. Вот такая ряшка, не влезла в фотографию, честное слово! Когда Гарри подрастет, мы будем пугать его кузеном, чтобы он был в такой же форме, как и я!

Веселый разговор бывших одноклассников был неожиданно прерван криком Лили.

Джеймс помчался на крик. Сириус бросился за ним.

– Лили! ЛИЛИ! Что случилось?! – Джеймс влетел в одну из комнат.

Молодая женщина громко рыдала, глядя на … тело маленького Гарри.

– Джеймс! Нет, только не это! – бросилась она на шею мужу.

– Лили, это боггарт, успокойся, – сильно бледнея, ответил Джеймс и крепко обнял её. – Все хорошо, ты же сама дала Гарри Люпину… Он на руках у Ремуса, живой и здоровый. Погоди, – он мягко отстранил жену, – я уберу его сейчас.

Лили, всхлипывая, отошла в сторону.

– Ридикулюс! – взмахнул Джеймс волшебной палочкой.

Тело ребенка с легким хлопком превратилось в избитую Лили. Молодая женщина лежала в разодранной мантии с разбитым в кровь лицом. Не было никаких сомнений в том, что её изнасиловали.

Джеймс в ужасе отшатнулся.

– Сохатый, – Сириус сочувственно покачал головой. – Дай я.

Джеймс судорожно глотнул и покивал.

– Ридикулюс, – спокойно произнес Сириус, и побитая Лили исчезла.

– Все в порядке? – спросил появившийся Ремус.

Лили бросилась к нему, забрала Гарри и, продолжая всхлипывать, поцеловала ребенка.

– Вы столкнулись с боггартом? – догадался Люпин.

– Да, – ответил Сириус, – у Сохатого и Лили такие страхи, – он с шумом выпустил воздух изо рта.

Джеймс прислонился к стене, Лили не заметила этого, продолжая обнимать и целовать сына.

– Идем, Лили, это был всего лишь боггарт, – Ремус взял женщину за плечи. – Ну смотри, ты напугала бедного Гарри, он уже плачет с тобой за компанию.

– Да-да, – облегченно выдохнула Лили и, прижав к себе хныкающего ребенка, вышла из комнаты.

– Джеймс, ты чего? – услышал Ремус голос Сириуса и резко повернулся к друзьям.

Джеймс прерывисто дышал, опершись о стену.

– Сохатый! – Сириус растерянно схватил друга за плечо.

Джеймс достал из внутреннего кармана мантии флакончик и выпил его содержимое.

– Все… все нормально, – проговорил он, сползая на пол. – Уже все хорошо.

Ремус, широко раскрыв глаза, смотрел на него.

– Сохатый, – Сириус сел рядом, проверил пульс и покачал головой, – совсем ты плохой стал.

– Джеймс, – потрясенно выдохнул Люпин.

– Бродяга прав, я сдаю позиции, – Джеймс слабо улыбнулся. – Это со мной после того случая…

– Нет, Сохатый, так дело не пойдет, ведь все обошлось! – воскликнул Сириус.

– Да, но что я пережил, – Джеймс вздохнул, но тут же снова попытался улыбнуться, – я постараюсь, чтобы впредь такого не повторялось.

Сириус ободряюще похлопал друга по плечу. Ремус наконец справился со своим изумлением и тоже сел рядом.

– Все нормально, Рем, – кивнул ему Джеймс. – У тебя по-прежнему нет боггарта? – улыбнулся он Сириусу.

– Нет, – ответил Сириус. – Ну разве что вышедшая из строя моя волшебная палочка.

Друзья засмеялись.

– Хорошо, что Хвоста не было. У него боггарт, – Сириус захихикал, – детям до 18 и нежным женщинам вроде Лили видеть не рекомендуется.

– Бродяга, да ну тебя в самом деле, – тоже рассмеялся Джеймс. – Хвост совсем рехнулся, да и было это ещё в школе.

– А что? Что такое? – не удержался от вопроса Люпин.

– О, Рем, и тебе тоже такое не надо видеть! – захохотал Сириус.

– Тогда не надо было заинтриговывать, – возразил Ремус.

– Ну, Хвост, сильно переживал, что я его соперник в борьбе за сердце этого оленя, – как можно невиннее ответил Сириус. – Мы с Сохатым тогда чуть на изнанку не вывернулись. Ну что с этого придурка возьмешь! Спасибо на том, что боггарт появился не при всем классе. В Визжащей Хижине Хвост визг и поднял!

Гарри открыл глаза. Он так и не понял – это был сон или состояние сильной задумчивости. Впрочем, неважно, главное, ему удалось узнать, какую форму имели боггарты его родителей. Значит, вот откуда взялось пошаливающее сердце! Отец очень переживал за маму. «Это со мной после того случая», – прозвучал в ушах голос Джеймса. Сердце Гарри неприятно сжалось – что такого могло случиться с мамой? В своем Дневнике Лили довольно подробно описывала события своей жизни. Быть может, отец очень переживал, что мама еле успела ускользнуть от упивающихся смертью? Ведь совершенно ясно, что делали эти негодяи, если в их руки попадала женщина. Тем более, такая красивая, как Лили. Гарри вспомнил Люциуса Малфоя и ощутил, что все его существо переполняется отвращением.

Глава 10. Начало борьбы.

Вечером в доме неожиданно собрался едва ли не весь состав Ордена Феникса. Гарри и Гермиона были допущены на заседание, которое проводил сам профессор Дамблдор. Директор показал всем номер газеты, названия которой Гарри раньше никогда не слышал, – «Волшебный голос правды».

– Нигде не указано, кто издает эту газету и где она печатается. Она появилась просто из ниоткуда, – сообщил Дамблдор, вертя её в руках. – Сами издатели пишут, что пока не могут назвать себя, предвидя преследования со стороны Министерства Магии. Газету получили сегодня днем многие волшебные семьи бесплатно.

Первую полосу «Волшебного голоса правды» украшала крайне неудачная фотография Корнелиуса Фаджа, глупо раскрывающего рот и удивленно куда-то глядящего. Гарри сразу вспомнил о снимках папарацци, которые любят ловить момент, когда какая-либо знаменитость зазевалась, почесалась или просто некрасиво повернулась. Тетя Петунья выписывала несколько таких желтых газетенок и журналов, чтобы быть в курсе всех «звездных» сплетен.

Рядом с глупо таращащимся Министром Магии красовались большие буквы

«ТАК ГДЕ ЖЕ ВОЛДЕМОРТ?»
Вот уже второй год волшебное сообщество ждет появления Того-Кого-Нельзя-Называть. Министерство Магии, вооружившись до зубов, ожидает, когда Темный Лорд во главе полка Упивающихся Смертью явится брать штурмом уютные кабинеты работников правительства. Обещанные Министром Магии Корнелиусом Фаджем массовые убийства волшебников, отстрел магглов и уничтожение волшебных тварей и существ так до сих пор и не произошли. Подождем ещё год-другой? Или правительство, наконец, признает, что никакого конца света не будет? Между тем Корнелиус Фадж и его помощники, замы и замы замов продолжают нас держать в страхе, что вот-вот грянет Тот-Кого-Боязно-Позвать, откроет беспорядочную пальбу по всем честным и добрым волшебникам и повзрывает магглов (будто они не справляются с этой задачей и без Темного Лорда!). Однако ничего не происходит, жизнь продолжается и интерес к правительству, которое нас спасет, у простых волшебников угасает. Не явилось ли это причиной ряда публикаций в «Ежедневном пророке» о пропавшей и чудесным образом вернувшейся ученице Хогвартса Гермионе Грейнджер, а также о Гарри Поттере, который якобы сразился в Тем-Кого-Он-Не-Боится-Называть. Однако только безнадежно глупый маггл не мог не заметить, что «Ежедневный пророк» – это бездарная газетенка, отражающая перепады настроения Министра Магии. А Гарри Поттер – Мальчик-Который-Только-И-Делает-Что-Выживает – борется с Темным Лордом вот уже 3 года, а если быть точным, то 17 лет (именно столько исполнилось юной звезде волшебного мира 31 июля).

Весь позапрошлый год правительство вело себя довольно мудро, сохраняя мир и спокойствие в обществе. Но война Корнелиуса Фаджа с директором Хогвартса Альбусом Дамблдором, которые в то время никак не могли поделить свои сферы влияния, что понятно, Министр Магии начал вмешиваться в дела школы чародейства и волшебства, итак, война дошла до настоящей разборки в стенах здания Министерства Магии. За частичкой своей славы туда прибыл Великолепный Гарри Поттер со своими друзьями. Никто достоверно не знает, что это был за шум. Официальная версия утверждает, что это было нападение Волдеморта. Правда это или нет, судить вам, читатели. Укажем лишь на результаты боя: Корнелиус Фадж смирился с тем, что Хогварстс – вотчина Альбуса Дамблдора, и на чужую территорию лезть не стоит. Помирившись с директором, министр испугался потери оставшейся власти. И как результат, мы уже второй год ждем нашествия Упивающихся Смертью во главе с Сами-Угадайте-Кем, от которого нас всех может спасти только политика, проводимая нынешним правительством.

Что ж, будем ждать ещё? Или может стоит просто нормально жить дальше?

Гермиона и Гарри внимательно прочитали статью. Помимо неё, в газете было ещё несколько статей о мелких и незначительных событиях в волшебном мире, пара анекдотов про Министра Магии, несколько кроссвордов, сканвордов, гороскоп на текущую неделю и программа вещания Волшебного Радио.

– Совершенно очевидно, что это и есть начало войны, – произнес Дамблдор.

– Но каким образом эта статья поможет Волдеморту прийти к власти? – спросил Артур Уизли.

– Естественно, одна эта статья не сможет изменить ситуацию, но продуманный ряд статей… – Дамблдор покачал головой. – Обратите внимание, что газета сделана довольно интересно, рассчитана на среднего волшебника.

– Это точно, – подтвердила миссис Уизли. – Гороскоп очень увлекательный.

– Все гороскопы, кроссворды и прочая ерунда – всего лишь нагрузка к самой главной статье, – произнес Люпин.

– Ещё несколько таких статей и неправильная реакция правительства – и общественное мнение может измениться, – сказал профессор Дамблдор. – Корнелиус Фадж и без того не слишком популярная личность… Особенно после того конфликта, когда он пытался подчинить себе школу. А этот позор с профессором Амбридж….

– В «Придире» такие прикольные карикатуры на неё были! – кивнул Билл.

– Я полагаю, Альбус, тебе нужно дать интервью для «Ежедневного пророка», – предложила профессор Макгонагал. – Объясни людям ситуацию с … Сам-Знаешь-Кем…

– Да, пожалуй, я так и сделаю, – профессор Дамблдор кивнул, но на его лице появилась задумчивость, которая вызвала в душе Гарри смутную тревогу.

После возвращения Волдеморта Гарри ожидал, что в газетах начнут появляться статьи с описанием загадочных несчастных случаев, массовых убийств магглов. Он представлял себе войну с Темным Лордом как настоящую войну: авроры, пытающиеся поймать Упивающихся Смертью, страх, паника, ужас среди волшебников, охота на магглов. Вместо этого затянувшееся затишье, которое не сулит ничего хорошего, кроме ощущения плавающей тревоги.

– Я думаю, что по-настоящему беспокоится ещё рано, – сказала Гермиона Гарри и Джинни, когда взрослые разошлись. – Если Министр Магии послушается профессора Дамблдора, то «Ежедневный пророк» даст достойный отпор этому «Волшебному голосу правды».

– Почему-то мое предчувствие говорит, что Фадж не будет слушаться Дамблдора, – проронил Гарри, глядя на бестолково открывающего рот Министра.

– В крайнем случае, начнем издавать свой «Голос правды», – утешила его Джинни.

– Ну, это вряд ли, – возразила Гермиона, – издательство газеты требует немалых средств. Я все же надеюсь, что Фадж испугается и будет слушаться профессора Дамблдора. Мы с тобой, Гарри, тоже можем засвидетельствовать, что видели Волдеморта, и что он едва не убил нас!

Гарри покивал, но слова Гермионы его не успокоили.

***
«Ежедневный пророк» ответил гневными призывами не читать клевету «Волшебного голоса правды», перечислениями всех необходимых мер безопасности, которые приняло правительство Корнелиуса Фаджа, чтобы не допустить прихода Волдеморта к власти, восклицаниями, что подобные статьи, показывающие Министерство Магии в самом невыгодном свете, и фотографии, достойные только самой желтой прессы, – это и есть начало войны Темного Лорда за власть.

Ответ «Волшебного голоса правды» не заставил себя долго ждать. Вскоре перед Гарри и Гермионой лежал второй номер. Почти всю первую страницу занимала карикатура на Корнелиуса Фаджа: Министр пугал народ выдутым из волшебной палочки Волдемортом, напоминающим гибрида дементора и мультяшного привидения. Статья второго номера называлась «Волдеморт стоит у ворот».

Как всполошилось Министерство Магии, прочитав правду о своей политике! Уже начались поиски редакции нашей газеты. Призывы игнорировать наш «ВГП» – не есть ли это признание правительством своей вины перед простыми волшебниками, которые живут в страхе вот уже второй год! Однако мы надеемся, что у нас хватит и дальше сил говорить людям правду. Наши специальные корреспонденты принялись за независимое расследование. Поэтому уже в ближайших номерах вы сможете прочитать правду о событиях, произошедшие в отделе тайн Министерства Магии в июне прошлого года, убийца или жертва Сириус Блек и многое другое.

Помимо гороскопа на оставшиеся дни текущей недели и нескольких неприличных анекдотов про Фаджа и его заместителей, на третьей странице под рубрикой «Голос прошлого» была статья о событиях года падения Волдеморта под названием «Победителей не судят».

Пожалуй, нет в волшебном мире ни одного мага, который бы не знал простую истину «Во всех бедах виноват Тот-Кого-Нельзя-Называть», — гласила она. Однако, так ли это? Далее статья рассказыва о судьбе Бартемиуса Кравча, осудившего и отправившего в Азкабан без суда и следствия не одного невиновного волшебника. Безусловно, тогда было смутное время. Однако именно смутное время – это свидетельство того, что правительство не способно выполнять свои функции. Так или иначе, но Волдеморт был великим магом, и многие его идеи горячо поддержали волшебники. Другое дело, что именем Волдеморта прикрывались все, от правительства, пытающегося усидеть в своем кресле, и до так называемых приспешников Темного Лорда, решивших «под шумок» в упомянутое мягкое кресло усадить кого-либо из своих. Все это однако не давало никакого морального права сажать в Азкабан невиновных людей, которые чем-либо не угодили работникам Министерства Магии, наделенным особой властью.
О трагической судьбе одного из таких волшебников читайте в одном из следующих номеров.

– Что ж, – сворачивая газету, проговорила Гермиона, – война в СМИ развязана по всем правилам. На Волдеморта явно работают профессионалы.

– Спорю на что угодно, что статьи пишет Рита Скитер на деньги Люциуса Малфоя, – мрачно проронил Гарри.

– Не исключено, – согласилась Гермиона. – Но мне не нравится то, что пишет «Ежедневный пророк». Боюсь, что Министр Магии ведет себя так, как хочет Волдеморт.

– То есть, как полный кретин! – Гарри даже вскочил с кресла. – Профессор Дамблдор говорит, что происходит то, чего он больше всего боялся: Фадж снова испугался потери своего кресла. Надеюсь, что после этого номера он разрешит дать слово директору!

***
Вечером этого же дня на собрании Ордена профессор Дамблдор сказал, что газету «Волшебный голос правды» с удовольствием и интересом читают. Где она издается, пока выяснить не удалось.

– Корнелиус очень обеспокоен, поэтому завтра я и Гарри отправляемся в Министерство. Корреспондент «Ежедневного Пророка» возьмет у нас интервью.
***
Пока Гарри и профессора Дамблдора не было, пришёл следующий номер «Волшебного голоса правды» со статьёй «НЛО, террористы и Волдеморт – главные способы удерживания власти».

Ничто так не объединяет людей, как наличие общего врага. Особенно ярко это заметно у магглов, которые на протяжении всей своей истории занимались в основном войнами. Когда врага нет, многое становится ненужным, начиная от армии и заканчивая раздутым штатом начальников отделов по борьбе с разнообразными нарушителями спокойствия. Поэтому когда пугающий образ всеобщей опасности исчезает, правительство спешно его выдумывает. Так, например, у американских магглов после падения их идеологического противника – СССР – это стали… инопланетяне. Идея, распостраняемая маггловскими СМИ, о том, что инопланетные существа хотят захватить землю, объединившись с очень влиятельными людьми, сплотила такое количество магглов, что просто удивительно, почему эту технологию в свое время не применил наш Министр Магии Корнелиус Фадж. Скорее всего, профессор Дамблдор, с которым тогда ещё боязливый и неопытный Министр советовался едва ли не по три раза в день, подсказал ему, что идея об инопланетных магах, пытающихся превратить Хогвартс в филиал своей школы «Летающая звезда», Хогсмид – в станцию вселенского сообщения, а самих волшебников в этаких домашних космических эльфов, покажется волшебному сообществу по меньшей мере глупой. Волшебники всегда были умнее магглов, поэтому и способы управлениями ими должны быть более тонкими. В конце концов, даже магглам надоело бояться пришельцев, и они перекинулись на терроризм – опасность более реальную и земную. Маггловское правительство умело использует это в своих целях, одной рукой финансируя террористические организации, а другой с ними активно борясь. Возможно, удачный опыт магглов натолкнул Министерство Магии на мысль о возвращении террориста-волшебника всех времен лорда Волдеморта и его верных Упивающихся Смертью. Во всяком случае, это объясняет совершенно неожиданный побег из Азкабана десяти УС. До сих пор обмануть дементоров и сбежать из этой тюрьмы удалось только Сириусу Блеку – волшебнику несомненно яркому и талантливому. Здравый смысл подсказывает, что после такого дерзкого побега Министерство Магии должно было усилить охрану Азкабана. Вместо этого побеги становятся массовыми. Дементоры подчиняются только Министерству Магии, значит простая логика подскажет любому здравомыслящему волшебнику, что Упивающиеся не могли покинуть стены тюрьмы без чьей-то помощи. Официальная версия свалила всю вину на Волдеморта. Но совершенно очевидно, что побег был устроен самим Министерством. Теперь Комитет магической безопасности обеспечен работой – разыскивает опасных преступников, а простые волшебники с надеждой смотрят на своего «благодетеля» Министра Магии Корнелиуса Фаджа.

К счастью, у каждого продуманного шага Министерства есть свои просчеты. После того, как нескольких «сбежавших» удалось вернуть в Азкабан после битвы под фонтаном в Министерстве Магии (как они туда попали – ведется независимое журналистское расследование «ВГП»), оставшиеся «на свободе» и лорд Волдеморт что-то «затихли». Народ скучает. Правительство спешно придумывает, как удержаться в кресле дальше. Возможно, появление нашей газеты несколько облегчит им задачу с выдумкой образа врага.
Спец. корр. Правдолюб

– Как все это… продуманно! – Гермиона возмущенно швырнула газету.

– Я думаю, что объяснения профессора Дамблдора все поставят на место, и этот «Волшебный голос правды» будут использовать для кормления корзин с мусором, – ответил вернувшийся к тому времени Гарри. – Я слышал, что говорил Дамблдор. Все правильно и логично.

– Дай Бог, – Гермиона расстроено развернула новый номер «Ежедневного пророка». – Пока что эта газета ведет себя так, как рассчитывал Волдеморт. Уже докатилась до публикации гневных читательских писем, которые, наверняка, сочиняли сами корреспонденты. Почти весь номер – ругательства в адрес «ВГП». Теперь её будут читать даже те, кому до сих пор было лень.

– А это что? – Гарри с отвращением посмотрел на фотографию лениво двигающего ртом Люциуса Малфоя. – Главный Упивающийся в официальной газете! Фадж спятил!

Гермиона пробежала глазами статью под фотографией.

– Тоже старые технологии, – девушка недовольно фыркнула. – Очередная благотворительная акция от мистера Малфоя – пожертвовал Клинике Св. Мунго мешок денег и начал финансирование проекта «Новые лечебные зелья» куда собирается привлечь молодых талантливых волшебников, закончивших Хогвартс с отличными ЖАБА по зельям. Держу пари, что туда попадет Драко!

– Ну зачем же сразу Драко, – Гарри невесело расмеялся. – Кажется, лучшим молодым зельеделом Хогвартса вот-вот стану я. Профессор Снейп так хвалил меня в прошлом году. А что? Представляешь, как будет мило, Гарри Поттер работает за деньги Люциуса Малфоя. Просто газетная сенсация!

– Ладно, – Гермиона решительно и зло посмотрела на «Волшебный голос правды», – посмотрим, кто кого.

Глава 11. Гарри Поттер и Дамблдор против Волдеморта.

– Кажется, получилось неплохо, – разглаживая свежий номер «Ежедневного пророка», удовлетворенно произнесла Гермиона. На первой полосе газеты мудро и спокойно улыбался профессор Дамблдор.

– Единственное, что вот это было совершенно неуместно, – девушка ткнула в заголовок «Альбус Дамблдор и Гарри Поттер против Волдеморта: эксклюзивное интервью с директором Хогвартса и его лучшим учеником».

– Хотел как лучше, получилось как всегда, – буркнул Гарри, – ну и название!

– Зато само интервью дельное. По-моему, профессор Дамблдор просто молодец. Послушай!

Я по-прежнему утверждаю, что Волдеморт вернулся и сейчас активно борется за власть, только делает это очень осторожно и умно. В частности, пытается при помощи газеты «Волшебный голос правды» подготовить общественное мнение к своему появлению. Если бы он с несколькими своими приспешниками попытался захватить Министерство Магии, это был бы его провал. Попытаемся себе представить, что завтра вы проснетесь и услышите по Волшебному Радио сообщение, что Волдеморт стал Министром Магии или Верховным Правителем нашего государства. Разумеется, многие не захотели бы ему подчиняться. Слишком свежи воспоминания о тех ужасах, которые происходили 16 лет назад. Волдеморт встретил бы серьёзное сопротивление со стороны всего волшебного сообщества. Поэтому мы видим, что он пошел по другому пути.

Или вот ещё, смотри, как умно объяснил профессор публикацию про ошибки Министерства Магии в прошлом!

– Осуждение невиновных – это, безусловно, страшная ошибка. Но увы, таковы законы истории. В то время на жестокость Упивающихся Смертью и Волдеморта Министерство Магии было вынуждено отвечать жестокостью. Это, разумеется, неправильно. И мы должны не допустить повторения этого ужаса. После падения Волдеморта жизнь нормализовалась, люди вновь начали доверять друг другу. Если поддаться на провокации этого мага, то темные времена могут снова вернуться.

– Что произошло в Отделе Тайн Министерства Магии в прошлом году?

– Волдеморт и Упивающиеся смертью попытались завладеть секретной информацией, которая могла бы пригодиться Волдеморту для прихода к власти.

– А что же там тогда делал Гарри Поттер и его друзья?

– Гарри давно не дает покоя Волдеморту. Что вполне объяснимо, ведь он единственный, на кого не подействовало смертельное заклинание. Поэтому хитростью Волдеморт выманил подростка из Хогватса, где Гарри был в полной безопасности, и попытался его убить.

– Кажется странным, что такой мощный маг не смог убить обыкновенного подростка.

– Во-первых, Волдеморт пытался убить Гарри не сам, дети вынуждены были вступить в схватку с Упивающимися Смертью, во-вторых, Гарри уже достаточно взрослый для того,, чтобы постоять за себя. У него хорошие баллы по защите от темных искусств. Волдеморту можно дать отпор. Просто не нужно его бояться и делать то, что он хочет вас заставить сделать. Едва в министерстве появились я и авроры, как он просто сбежал. Согласитесь, что это характеризует Волдеморта не с лучшей стороны.

– Вот так, Гарри, – Гермиона радостно блеснула глазами, – после таких слов профессора я полагаю, что у Волдеморта нет шансов! А вот послушай, что Дамблдор говорит дальше.

– Три месяца назад Гарри снова сразился с Волдемортом. Что случилось в этот раз?

– То, что Гарри удается оставаться в живых после встреч с Волдемортом, не дает покоя этому волшебнику. Похоже, он решил, что убить Гарри – это вопрос чести. При помощи своих слуг Волдеморт похитил из Хогвартса Гермиону Грейнджер, зная, что Гарри бросится спасать девушку. Так состоялась ещё одна схватка с Волдемортом.

– Эта девушка много значит для Гарри?

– Они дружат с первого класса. Все в Хогвартсе знают неразлучную троицу друзей Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и Рональд Уизли.

– По-моему интервью получилось хорошим, – подвела итог Гермиона.

– Ну, с Дамблдором да, но со мной, – Гарри недовольно покосился на третью страницу «Ежедневного пророка». Несколько особенно удачных его фотографий грустно и сосредоточенно смотрели на окружающий мир.

– Ну ты тут получился очень хорошеньким, – улыбнулась Гермиона.

– Ещё бы, – фыркнул Гарри, – корреспондентка не столько расспрашивала меня, сколько фотографировала во всех позах и ракурсах. Фадж, видите ли, дал указание, чтобы статья впечатлила!

Гермиона снова улыбнулась и принялась читать интервью. Большая его часть являла собой переделанный и отредактированный рассказ Гарри о возвращении Волдеморта, напечатанный когда-то «Придирой» и перепечатанный позже «Ежедневным пророком».

– Пусть так, – сказала Гермиона, – это сделано с целью напомнить о том, что Волдеморт действительно вернулся. Дальше тебя расспрашивают о том, что произошло в Министерстве Магии.

– Дамблдор научил меня, что нужно говорить, поэтому, в общем и целом, наши рассказы совпадают.

– Потом обо мне. Ага вот ещё… Какие заклинания против Волдеморта вы применяли? – прочитала девушка. – Протего, Патронус и Зеркальный щит.

– А дальше совершенно неуместно: «Пытаясь спасти своего друга, Гарри едва не погиб. Но к счастью чувство глубокой ответственности и нежной школьной дружбы дало юноше сил выдержать это испытание», – Гарри ткнул в соответствующие строчки.

– Я понимаю, что это выглядит несколько напыщенно, но на читателей это действует. А для нас сейчас самое главное, чтобы как можно больше волшебников поверило тебе и профессору Дамблдору, – ответила Гермиона.

– Нам вот-вот возвращаться в школу, и я не хочу повторения истории со статьями Риты Скитер на 4 курсе, – возразил Гарри.

***

Прошло два дня. «Волшебный голос правды» пока молчал, готовя обещанные публикации. Мистер Уизли приносил из Министерства, а Глэдис – из редакции «Ежедневного пророка» мешки писем для Гарри. В основном это были восторженные восклицания по поводу того, как хорошо Гарри получился на фотографиях, какое мужество проявил, спасая свою подругу, любовь, юную напуганную девушку (кто как думал) и сколько страданий выпало на долю такого молодого волшебника.

– А тут даже признания в любви, – Джинни захихикала, помахав несколькими письмами.

– Интересно, от кого? – спросила Гермиона, изо всех сил пытаясь скрыть ревность в голосе.

– Этих я не знаю, наверное, они уже давно закончили школу, о, вот от какой-то малявки, а вот… Ба, знакомые все лица! Гарри, а я и не знала, что в тебя втрескалось столько моих однокурсниц! – Джинни довольно высыпала на Гарри конверты, разрисованные сердечками. Рядом летал целый рой маленьких купидончиков, обычно сопровождающих любовные послания.

– Хоть бы одна кричалка для разнообразия, – Гарри попытался прикрыть свою смущение шуткой.

– Кричалки взрываются ещё в редакции, так что покупайся пока в славе, – весело отозвалась Джинни.

Сириус радостно кричал и рвал письма, которые протягивала ему Гермиона. Ловить купидончиков он уже устал.

Однако уже к вечеру второго дня Гарри и Гермиону ждала совершенно неожиданная и неприятная новость: Тонкс лишили должности аврора.

– Но почему? – возмущенно воскликнула Гермиона.

– Якобы не соответствую. После родов потеряла форму и навыки, – расстроено ответила молодая женщина.

– Но это ведь не настоящая причина, верно? – спросил Гарри.

– Я думаю, что да. На самом деле в Министерстве так или иначе очень настороженно относятся к людям, приближенным к Дамблдору, – вздохнула Тонкс.

– Как так! – вскрикнула Гермиона. – Мне казалось, что профессор Дамблдор сейчас популярен!

– В общем да, и Фаджа это пугает. Он боится и … Сами-Знаете-Кого, и Дамблдора, потому что, по его мнению, и тот и другой могут отобрать у Министра его мягкое уютное кресло.

– Как это глупо! – всплеснула руками Гермиона. – Ведь это только на руку Волдеморту.

– Да, это в его стиле, – отозвался Ремус – он стоял возле Гарри, держа на руках Сириуса. – Волдеморт – мастер сеять недоверие и вражду. Корнелиус Фадж – один из самых серых и посредственных политиков. Многие будут рады его отставке, и уж Волдеморт воспользуется ситуацией, чтобы этот пост занял нужный ему человек. Самой мудрой позицией для Фаджа в сложившихся обстоятельствах было бы прислушиваться к советам профессора Дамблдора, но именно это он и боится делать.

Гарри тихо выругался в адрес Министра, и Гермиона не посмотрела на него с укоризной.

***
Гермиона и Гарри очень переживали, что теперь будет с Тонкс и Ремусом, которые остались без работы. Неопределенность их будущего давила на молодых людей. К счастью, переживания были недолгими. Профессор Дамблдор, появившийся в доме на площади Гриммо 12, предложил Тонкс занять должность учителя по защите от темных искусств.

– Соглашайся, Тонкс, – обрадовано вскочила Гермиона, – у нас наконец-то будет нормальный преподаватель!

– Первый после Ремуса, – поддакнул Гарри.

– Ну, я, конечно, согласна, – немного смутилась молодая волшебница, – но только предупреждаю, что я буду очень… как бы это сказать … веселым и продвинутым учителем.

– Я помню, ты была сорвиголова в школе, – улыбнулся профессор Дамблдор, – но ведь та веселая хулиганка уже остепенилась и стала мамой.

– Да, пожалуй, да, – кивнула Тонкс, – но от себя не убежишь, профессор Дамблдор… Одним словом, не обижайтесь, если я не буду вести себя так же достойно, как профессор Макгонагал.

– Немного веселья среди преподавателей нам не повредит, – добродушно качнулись очки-полумесяцы. – За маленьким Сириусом будет присматривать Добби. И Ремус сможет навещать тебя, когда пожелает. Все условия, Нимфадора, только соглашайся.

– А разве я собиралась говорить нет? – приподняла брови Тонкс.

Предложение профессора Дамблдора подняло настроение и Тонкс, и Гермионе, а особенно Гарри, который до сих пор вспоминал двух последних учителей по защите от темных искусств с отвращением.

– Если честно, у меня даже от сердца отлегло, – довольно говорил он Гермионе, когда они уже собрались лечь спать. – Тонкс очень хорошая, добрая, веселая. И я жду с нетерпением, как она отбреет Малфоя, если тот высунет свой острый нос, чтобы подколоть её.

– О да-а! – протянула Гермиона. – А сколько она анекдотов знает! Правда, большинство из них пикантного характера, но все равно смешно.

– А ещё я загадал, что если у нас будет нормальный учитель по ЗОТИ, то год пройдет хорошо, – произнес Гарри, удобнее устраиваясь возле Гермионы.

– Завтра мы отправимся на Диагон-аллею, купим учебники и новые мантии, – девушка деловито дернула носом, – старые уже малы на тебя. В списке указано, что нужна будет парадная мантия для праздников, которые проводятся для старшекурсников. Постараюсь присмотреть тебе получше и подороже, чем та, что была на 4 курсе. Мантию для выпускного купим весной, ведь вечер вручения дипломов будет через неделю после последнего экзамена. Ещё нужно будет попросить Добби перестирать нашу одежду. Надеюсь, что без Рона и близнецов мы соберемся в школу спокойно.

– Ага, – согласился Гарри, и мысленно добродушно добавил «Под твоим четким и правильным руководством».

– Я очень люблю и уважаю семью Уизлей, но согласись, что они шумные и суетливые, особенно миссис Уизли, – ответила Гермиона и посмотрела на Гарри.

Тот загадочно улыбался.

– Что случилось? – спросила девушка.

– Жду, пока ты закончишь с планированием скучных вещей и перейдешь к главному и самому интересному, – ответил он.

Девушка тихо рассмеялась, догадавшись, куда он клонит.

– Интересно, как там поживает наш любимый чокнутый рыцарь Кэдоган? – спросила она.

– Ужасно по нему соскучился, – Гарри придвинул девушку к себе.

Глава 12. Диагон-аллея.

На следующий день Гарри, Гермиона, Джинни и Тонкс отправились на Диагон-аллею.

– Должна же я хотя бы немного походить на учителя, – Тонкс примеряла разные мантии, меняя под них цвет волос.

Гермиона держала на руках маленького Сириуса, вся одежда которого, как обычно, была украшена вывязанными сничами и «Молниями». Гарри, заваленный сумками с покупками, терпеливо стоял рядом с девушкой.

– Нет, так я похожа на профессора Макгонагал, – Тонкс состроила строгое лицо, удивительно похожее на лицо Минервы. – Зеленый мне не идет. Попробуем черный.

Гарри хихикнул, увидев, как Нимфадора перекривляет Снейпа.

– Нет-нет, грязные волосы мне тоже не идут. Как думаешь, Герми, может, взять вот эту милую малиновую мантию в сердечках? Нет, возьму жгуче-красную с золотом, в поддержку Гриффиндора.

Повеселившись вдоволь, Тонкс остановила свой выбор на нескольких довольно модных, но относительно скромных мантиях. Гермиона и Гарри вышли из магазина следом за ней и с удивлением пронаблюдали, как молодая волшебница вынула из сумочки крошечную коляску и увеличила её до размеров, необходимых для Сириуса.

– Этот барсук уже наел себе приличные щеки, долго нести его на руках тяжело, – весело сообщила им Тонкс, усаживая мальчика в коляску и наколдовывая ему разноцветных игрушек. – Какие у нас планы дальше? – спросила она.

– Нужно купить Гарри парадную мантию, – сообщила Гермиона.

– О’кей, идем покупать парадную мантию. Я знаю, где это можно сделать. К мадам Малкин не советую, у неё мантии, действительно, на все случаи жизни, кроме торжественных, – Тонкс покатила перед собой коляску. Гарри и Гермиона последовали за ней.

Проходя мимо магазина «Все для квиддича», Гермиона посмотрела на витрину: не придумали что-нибудь круче «Молнии»? Например, метлу со сверхзвуковой скоростью «Конкорд»? Вроде бы нет.

В магазине «Парадные мантии» у Гарри зарябило в глазах от обилия разноцветной одежды для волшебников. Все мантии и в самом деле были очень красивыми и дорогими. «Наверное, здесь одевается профессор Дамблдор», – подумал Гарри.

– Боже мой, какая безвкусица и столько стоит! – услышал он возмущенный шепот Гермионы.

– Что? – спросил Гарри, нагнувшись к её уху.

– Как тебе этот кошмар? – девушка указала на мантию, висящую прямо посередине витрины. Она была ярко-оранжевого цвета, а её пижонскому покрою могли позавидовать наряды самого Гилдероя Локхарта, когда он мелькал на первой странице «Ежедневного пророка».

По мнению Гарри, если бы не цвет, то мантия была бы красивой, хотя, пожалуй, даже слишком красивой. Если у волшебников проводятся церемонии, похожие на маггловское вручение Оскара, то это самый подходящий наряд. Гарри тут же вспомнил, что идя по Диагон-аллее, замечал, как многие на него смотрят и тычут пальцем, говоря про интервью в газете, а несколько человек даже хотели взять автографы, но, к счастью, им что-то помешало это сделать. Вырядиться в такую мантию, чтобы уж точно заметили все?!

– Посмотри вот на эту, – Гермиона указала на зеленую мантию из дорогой ткани, – по-моему, очень мило.

Гарри согласно кивнул и терпеливо выдержал примерку, которая сопровождалась кружением вокруг него Гермионы и продавца. После того, как мантия была упакована, Гарри напомнил, что хотел бы заглянуть к близнецам.

– Да, конечно, – согласилась Гермиона. – Тем более, уверена, что Рон застрял там, не в силах оторваться от выгодного бизнеса. Поэтому в Хогвартс-экспресс ему придется садиться с прошлогодними вещами.

– Вот и оторвем его, – заметил Гарри.

– Обожаю этот магазин, Фред и Джордж – очень талантливые шутники. Как думаешь, Герми, не купить ли мне там эротический плащ-невидимку? – захихикала Тонкс.

– А как он действует? – повернулись к ней Гарри и Гермиона.

– Ну, – Нимфадора заговорщицки подняла брови, – когда его надеваешь, то одежда на тебе становится невидимой.

Гарри и Гермиона рассмеялись.

– О, совсем забыла, мне нужно купить ещё одну книгу, – спохватилась Тонкс, когда они проходили мимо «Флориш и Блотс». – Покараульте моего барсучонка, я быстро.

– Так значит ты барсучок? – спросил Гарри, присаживаясь рядом с Сириусом.

Малыш заулыбался ему и захлопал по движущимся на веревочке игрушкам.

– На самом деле, это очень остроумно, – отозвалась Гермиона. – У Тонкс анимагическое животное – барсук.

– Она тоже анимаг? – ахнул Гарри.

– Нет, она не училась преобразовываться. Но животное на всякий случай рассчитала, – улыбнулась Гермиона.

– А мою птичку Снейп так до сих пор и не вычислил, – заметил Гарри.

– И не вычислит, – ответила Гермиона, – потому что у него к тебе предвзятое отношение. Для вычисления анимагического животного нужны не только физические мерки, но и мерки характера. Профессор Снейп считает тебя заносчивым и высокомерным, поэтому не исключено, что у него получился какой-нибудь павлин, – девушка фыркнула и, посмотрев на Гарри, произнесла с теплотой в голосе, – а у меня сокол получился.

Гарри потрясенно посмотрел на улыбающуюся Гермиону.

– Ты… ты рассчитала мое анимагическое животное? – изумленно спросил он.

– Только приблизительно, Гарри. Это, правда, очень трудно, такие сложные расчеты.

– Гермиона, – потрясенно покачал головой Гарри, – ты… ты просто умница!

– Вау, Грейнджер уже родила первого Поттереныша! – раздался знакомый ленивый голос.

Гарри закатил глаза, едва сдержав стон. Гермиона страдальчески поморщилась, словно вдохнула неприятный запах.

К ним подошел Малфой в сопровождении своих верных телохранителей. Драко очень повзрослел за лето и стал ещё больше похож на своего отца. Кребб и Гойл выглядели чуть массивнее Дадли.

Гарри подавил первое желание ответить слизеринцам неприличной остротой, которая напрашивалась сама при виде этой неразлучной троицы. Но затем он посмотрел на маленького Сириуса, подумал о предстоящей драке и решил просто презрительно посмотреть на Малфоя и его свиту.

– Понимаю твое негодование и обиду, Малфой, – произнесла Гермиона, заботливо поправив шапочку на Сириусе, – в прошлом году ты лишился значка старосты факультета, и в этом году нет никакой надежды на то, что ты будешь старостой школы.

По лицу Малфоя поползли бледно-розовые пятна. Гарри с удивлением почувствовал, что слова Гермионы серьёзно задели Драко. Надо же, он до сих пор переживает, что больше не староста?! События конца прошлого учебного года вытеснили из головы Гарри понятие «староста» как таковое.

– А тебя лишили этой должности ещё раньше! – злорадно процедил Малфой.

– Вовсе нет, – спокойно улыбнулась Гермиона. – Я сама попросила, потому что у меня были более важные дела.

– Например, трахаться с Поттером? – ехидно спросил Малфой.

– Это гораздо приятнее, чем с бабушками и мопсами, – сверкнула глазами Гермиона.

– Заткнись, грязнокровка, – прошипел Драко, и его пальцы сжались в кулак.

– Заткнись ты, Малфой, – зло произнес Гарри. Может все-таки дать ему в морду усилием мысли?

Малфой перевел взгляд на Сириуса.

– Вылитый ты, Поттер! А на его распашонках твоя грязнокровка увековечила все пойманные тобой сничи и поломанные метлы?

Кребб и Гойл загоготали.

Сириус закатил глаза и скривился, подражая манере Малфоя.

– А! – Драко вскрикнул, увидев остроумную пародию на себя.

– Молодец, малыш, – Гарри довольно пожал маленькую ручку мальчика. Гермиона расхохоталась. Сириус к лицу Малфоя добавил уши Добби. Гермиона взвизгнула, а Гарри едва удержался, чтобы не упасть от смеха возле коляски. Кребб и Гойл заржали. Малфой бросил на них испепеляющий взгляд, и те заткнулись.

– Что это за маленький урод? – как можно презрительнее спросил Малфой.

– Ты так думаешь?

Драко оглянулся. Позади него стояла Тонкс.

– Это мой сын. Я ваш новый преподаватель по ЗОТИ. А ты, Драко, попал, – безмятежно произнесла молодая женщина.

– Ну, то есть я хотел сказать, – растерянно забормотал Малфой.

– Что он симпатичный, – закончила за него Тонкс. – Нет, Драко, ты совершенно прав, в таком виде мой бедный Сириус действительно тянет на уродца.

Нимфадора взяла сына на руки и щелкнула пальцами возле его уха. Сириус принял свой обычный вид.

– А вот так он – настоящий симпатяга! – Тонкс довольно повела бровями и улыбнулась.

Малфой и его свита незаметно исчезли. Тонкс вернула Сириуса в коляску и повернулась к Гарри и Гермионе.

– Ну что? Идем к близнецам Уизли?

– Идем, – согласно кивнули они.

В магазине «Волшебные выкрутасы Уизлей» была огромная очередь. Похоже, весь Хогвартс решил перед началом учебного года набрать разных шуток, чтобы не скучать во время уроков и перемен. Молодые девушки-продавщицы быстро подавали требуемые конфеты, батончики, фальшивые волшебные палочки, спецпитание для спецсачкования, жвачки-для-горячки и прочие волшебные шалости.

– Сегодня тут дурдом! – радостно крикнул Рон, пробегая мимо Гарри с ящиком в руках.

– Приходите к закрытию магазина, – помахал им рукой Фред прежде чем скрыться в подсобке.

– Ну что ж, Сириус, мой гуттаперчевый барсучок, мы лишние на этом празднике жизни, – заметила Тонкс, – зайдем попозже.

Нимфадора предложила Гарри и Гермионе посидеть на площадке кафе «Волшебное мороженое». Те с удовольствием согласились. Гарри купил себе, Гермионе и Тонкс по большому мороженому. Сириус жадно открывал рот, когда мама подносила к нему ложечку с лакомством.

– Сластёна, – прокомментировала Тонкс, когда ребенок проглотил очередную ложку. – Так он ещё и рот приноровился расширять, когда что-то вкусное ему даешь!

– Вот вы где! – к ним подбежала Джинни.

Несмотря на то, что девушка улыбалась, Гарри почувствовал, что она очень раздражена. Миссис Уизли купила ей дурацкую мантию на свой вкус и подержанные учебники. Гермиона втянула Джинни в разговор, чтобы отвлечь от неприятных мыслей.

Через некоторое время уставший Сириус начал капризничать и кривляться.

– Нам пора спать, – сообщила Тонкс. – Вы оставайтесь, поболтайте ещё.

Молодая женщина попрощалась с ними, сложила коляску до карманных размеров, прижала к себе воющего Сириуса, вынула из кармана портал в виде старой пудреницы и исчезла.

Гарри, Гермиона и Джинни посидели в кафе ещё немного, побродили по магазинчикам и отправились к близнецам.

– Сегодня мы заработали кучу галеонов, – удовлетворенно проговорил Джордж, закрывая за ними дверь.

– А где Рон? – спросил Гарри.

– Побежал за покупками на честно заработанные свои кровные. Говорит, что мама ему больше не будет указывать, какие мантии и носки покупать, – ответил Фред.

– Уже почти все магазины закрылись, – хмыкнула Гермиона.

– Ничем не можем ему помочь, – пожал плечами Джордж.

– Рон одержим идеей купить себе «Молнию» и новую парадную мантию, – хитро улыбнулся Фред.

– Его назначили старостой школы, – как бы между прочим заметил Джордж.

– ЧТО? – в один голос спросили Гарри и Гермиона.

– Да, милая семейная традиция, уже надцатый староста школы, сами понимаете, такой важной шишке нужны только самые лучшие и новые мантии. Жаль только некогда их купить! – наигранно сочувственно вздохнул Фред.

– Но ведь Рон нарушил … ну, то есть иногда нарушал школьные правила, – недоуменно произнесла Гермиона.

– Ну, староста школы вовсе не обязан быть девственником, – улыбнулся Джордж.

– К тому же, если бы директор выбирал старост среди правильных учеников, давших обет целибата до окончания Хогвартса, то тогда бы ему просто некого было назначить! – захохотал Фред.

Гермиона сжала губы, пытаясь скрыть улыбку.

Джордж отвел Гарри в сторону.

– Ну? – тихо спросил он. – Как дела на личном фронте?

– Все хорошо, – кивнул Гарри. – Ваши советы помогли.

– И ты убедился, что девушка лучше всех этих пчелок?

– Убедился, – довольно кивнул Гарри.

– Рон нам уже все уши прожужжал тобой и Гермионой. Сказал, вы даже Снейпу ни разу не попались! Это класс! Это требует специального приза!

Джордж ушел в подсобку и вскоре вернулся оттуда, держа в руках коробку.

– Это пивзофилчеотвлекалка, – провозгласил он. – Устанавливаете её на дверях темного пустого класса. Когда подходит миссис Норрис, то ей слышится лай, а когда приближается Филч, то тут же вспоминает, что забыл закрыть двери своего кабинета, а когда подлетает Пивз, то ему начинает мерещиться Кровавый барон!

– Не может быть, вы умеете накладывать такие сложные чары! – воскликнула Гермиона.

– Ну, это не совсем наша заслуга, – сознался Фред. – В одном тайничке, Гарри знает каком, мы нашли листочек с несколькими волшебными формулами от неких господ Сохатого и Бродяги. Они были настоящими гениями шкодливых дел.

– Мы готовую формулу заклинания еле-еле научились произносить, а они это придумали! Талантища! – потрясенно выдохнул Джордж.

Гарри с Гермионой переглянулись.

Входная дверь магазина открылась, и появился запыхавшийся Рон.

– Что-то ты быстро, братишка, – хмыкнул Фред.

– Блин, уже все магазины закрылись! – возмущенно воскликнул Рон.

– Просто беспредел какой-то, могли бы сегодня и до позднего вечера поработать, – поддакнул Джордж.

– Ну ничего, самое главное мне купить удалось, – довольно улыбнулся Рон.

Только сейчас Гарри и Гермиона заметили в его руках два свертка.

– Новая метла и новая парадная мантия, – гордо произнес Рон.

– Новая метла? – Гарри мигом очутился возле друга. – Какая?

– «Молния», – гордо вымолвил Рон и победоносно посмотрел на братьев и школьных друзей.

Гарри осторожно развернул сверток и любовно осмотрел красавицу метлу. Новенькая «Молния» выглядела лучше, чем Гаррина. Впрочем заметных отличий, кроме номера, не было. Гарри пытался содержать свою «Молнию» в идеальном порядке.

– Как хочешь, Гарри, возвращайся в команду. Я буду капитаном, ты ловцом, Кубок просто обязан достаться Гриффиндору, ведь мы уходим из школы!

– Да, я поговорю с профессором Дамблдором, попрошу, чтобы он позволил мне вернуться в команду, – живо отозвался Гарри, заворожено глядя на новенькую метлу Рона.

– С двумя «Молниями» и таким ловцом кубок будет нашим, это 100 %! – Рон победно поднял метлу и потряс ею.

– А как же с остальными вещами для школы? – спросила Гермиона. – Ты купил учебники, обычные мантии, чернила, пергамент?

– Нет, не успел, – сознался Рон.

– А зачем это ему? Он целый год будет летать на «Молнии» в своей парадной мантии, – съехидничал Джордж.

– Кстати, покажи нам её, – попросил Фред.

– Ну, учебники, чернила и пергамент мама обещала купить, – ответил Рон, разворачивая второй сверток, – а школьные мантии завтра перед поездом забегу куплю.

Гарри едва сдерживался от смеха, глядя как Гермиона сверлит Рона строгим взглядом а-ля миссис Уизли.

– И ты считаешь, что успеешь? – наконец выговорила она.

– Успею, – беззаботно отозвался Рон и встряхнул перед изумленными взглядами друзей своей покупкой. Эта была та самая дорогая мантия ярко-оранжевого цвета.

– Вот, просто класс, – восхищенно протянул Рон, увидев, как вытягиваются лица Гарри и Герионы.

– Как я понял, под цвет волос, – произнес Фред.

***
Гарри помнил, что в предыдущие годы день перед отъездом в школу всегда был суетным, нервным и бестолковым. Близнецы, Рон, Джинни и миссис Уизли шумно собирали вещи, перепроверяли и в итоге что-то забывали в самую последнюю минуту. Теперь, когда из Уизлей в доме на площади Гриммо 12 осталась только Джинни, вещи собрались удивительно быстро и подозрительно легко. Добби сложил выстиранную одежду аккуратными стопками. Гермиона сложила их в чемодан, проверила, все ли взял Гарри. И оказалось, что на этом приготовления окончились.

– Пойду помогу Тонкс, – сказала девушка, закрывая чемодан Гарри.

Гарри услышал, что где-то в комнатах плачет Сириус. Он пошел следом за Гермионой. Ремус пытался угомонить воющего ребенка, Нимфадора нервно перетряхивала свои вещи.

– Попробуй ты, Гарри, – устало улыбнулся Люпин. – Наверное, общая нервозность подействовала и на него.

– Куда-то все попропадало! Ну не елки ли зеленые! – Тонкс всплеснула руками. – Я никогда не умела собирать эти чертовы вещи. И тем более, еще и вещи малого!

– Стоп, стоп, стоп, – к ней подошла Гермиона. – Успокойся, я тебе помогу. Когда собираешься и нервничаешь, все вещи только и делают, что пропадают. Давай все по порядку, – девушка деловито посмотрела на книги. – Вот с книг и начнем.

Гермиона принялась укладывать их в чемодан. Тонкс начала складывать вещи ребенка. Появившаяся Джинни радостно сообщила, что закончила со своими сборами. Гарри и Люпин вышли, чтобы им не мешать. Сириус успокоился, удобно устроившись на руках Гарри.

– Славный пацаненок, – произнес Гарри, когда они с Ремусом сели в гостиной, и рассказал ему историю с Малфоем.

Люпин послушал её с удовольствием.

– Если честно, до Сириуса мне не приходилось сидеть с ребенком, – Гарри улыбнулся мальчику и поправил его летнюю шапочку с помпончиком в виде снича. – Я даже не знал, как его держать… Он очень похож на крестного, правда?

– Да, – кивнул Люпин. – Сириус как-то показывал мне и Джеймсу свои детские фотографии. Барсучок, действительно, очень похож на него.

– Я к нему привязался, – Гарри неловко улыбнулся, – поэтому даже рад, что он поедет с нами в школу. Но это, наверное, плохо для тебя, да? – он виновато посмотрел на Ремуса.

– Я смогу видеть его, когда через камин буду приходить к Тонкс, – успокоил его Люпин.

– Тебе можно будет приходить?

– Конечно, – Ремус рассмеялся, догадавшись, о чем думает Гарри. – Все преподаватели общаются со своими семьями через каминную сеть, просто это не афишируется. Тонкс скажет мне название именно того камина, который находится в её комнате. Мы сможем дальше видеться.

– Я не знал, – сказал Гарри, – думал, что учителя безвылазно живут в Хогвартсе, кроме летних каникул.

– Ты почти угадал, – Ремус достал из кармана мантии новую игрушку для Сириуса, потому что мальчик уже начал уползать к двери, утратив интерес к старым погремушкам. – Те учителя, у которых нет семьи, а также деканы факультетов находятся в Хогвартсе почти все время. Сириус, – он погрозил пальцем мальчику, который, кряхтя от усердия, попытался сломать погремушку.

– Как у тебя с Тонкс? – понизив голос, спросил Гарри. Сириус подполз к нему и неуклюже попытался влезть на колени парня.

– Вроде бы хорошо, – осторожно ответил Ремус.

Гарри внимательно посмотрел на друга своего отца. Нет, все-таки блокология – это сила! Все, что не сказал Ремус, сказали его яркие мыслеобразы и охватившие чувства. В постели все нормально, но это пока. После полнолуния я неделю ни на что не буду годиться, зато за неделю до ей, бедняге, можно смело мне давать охлаждающее зелье. А ещё моя бедность…

– Про бедность не беспокойся. Тонкс и Сириусу есть за что жить, – произнес Гарри, беря на руки ребенка. – Ты нужен ей как муж, а барсучку как отец, – Гарри немного смутился, что произнес это едва ли не торжественно. Но что поделать, если у Гермионы такие умные слова.

Сириус вертелся в руках Гарри, потянул его за ухо, а потом схватил за нос.

– Ну что, Барсучок, попался, – Гарри вскочил с ним. Ребенок радостно завизжал.

– Ты очень хороший человек, Ремус, – Гарри, потрусив и покрутив маленького Сириуса на руках, снова сел рядом с Люпином. – Мама в дневнике писала, что ради такого, как ты, можно потерпеть некоторые неудобства.

Люпин изумленно посмотрел на Гарри. Мысли о Лили породили в нем мощную волну тепла, нежности и грусти. Гарри вспомнил о боггартах своих родителей.

– Ремус, я хотел спросить об отце… Это правда, что у него были проблемы с сердцем?

– Да, но Лили уверяла нас, что это поправимо, она заставляла Джеймса носить с собой зелье, – ответил удивленно Ремус. – Откуда ты это узнал?

– Мне иногда про родителей снятся сны…что с ними было, – произнес Гарри, – у отца был боггарт – моя мама… избитая.

– Да, я помню, – Ремус внимательно смотрел на Гарри.

– Почему он этого боялся?

– Однажды на то поселение, где жили твои мама и папа, напали упивающиеся смертью. Я точно этой истории не знаю, я тогда спал… Лили давала мне сонное зелье, чтобы я легче переносил превращение в оборотня. Когда я очнулся, страшное было позади. Сириус рассказал мне вкратце, что упивающиеся схватили Лили, но она каким-то чудом спаслась. С тех пор Джеймс очень боялся, что с ней что-нибудь случится плохое и не оставлял её одну. Я и Сириус всегда её охраняли, когда Джеймса не было дома по делам Ордена.

Сириус капризно захныкал. Гарри посмотрел на него и перевел взгляд на Люпина:

– Он хочет пить.

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.3.


Рон лег на свою кровать и вскоре сонно засопел. На улице уже почти совсем рассвело. Гарри надеялся, что усталость даст о себе знать и он тоже быстро уснет. Но сна не было. Итак, он стал, наконец-то, совершеннолетним. Значит, можно использовать магию и за пределами школы. Сдать экзамены и получить разрешение аппарировать. И самое главное, незачем больше возвращаться в дурдом на Привит-драйв, 4. А ещё он, Гарри, теперь имеет право жить как самостоятельный взрослый волшебник – со своей законной женой, с которой, кстати, не был близок лет сто. Эта мысль вызвала в Гарри острое желание перестать скрывать от Рона и всех Уизлей, что Гермиона всего лишь его девушка. В конце концов, какого черта он лежит в этой кровати один, почему не может наконец-то спать с Гермионой, как в старом добром Хогвартсе за картиной с коротышкой сэром Кэдоганом? Тем более, когда ему можно применять магию!

С тихим скрипом дверь спальни открылась и вошла Гермиона. (далее…)

Гарри Поттер и Враг Сокола. Ч.2.


Гарри закончил мыть машину и вернулся в свою комнату, надеясь, что больше Дурсли его не потревожат. Он отправил Рону сову с сообщением, что временно вынужден пожить у Дурслей, и лег на кровать читать.

Ближе к вечеру Дадли начал собираться к друзьям.

– Я буду у Полкисов, – слышал Гарри басок кузена из гостиной.

– Хорошо, Диди, и, пожалуйста, не задерживайся, – прощебетала тетя Петуния и громко чмокнула пухлую щечку сына.

После ужина Гарри попытался пристроиться посмотреть телевизор, но дядя глянул на него с таким подозрением и (далее…)

2 с 3123