Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 8


Проснулась Вета все в той же темноте.
«Интересно, сколько времени я спала, а еще интереснее, как я должна увидеть, где находится эта древняя рухлядь».
Сориентировавшись и найдя выход из спальни, девушка уселась в кресло, в котором недавно сидел ее муж, и задумалась, глядя на потрескивающий в камине огонь.
«Стрелы, Книга — полный бре…»
Перед глазами у нее вдруг все поплыло, и в огне стал проступать какой-то силуэт. Вета сморгнула и протерла глаза, потом опять посмотрела на огонь — силуэт никуда не пропал, а стал только четче, и, казалось, все приближался к ней. Девушка попыталась отшатнуться от него, но не смогла шевельнуть даже пальцем, а в следующую секунду она уже была окружена ревущей стихией, стало невыносимо жарко, дышать было нечем. Она еще раз попыталась вскочить с кресла, но мышцы отказывались подчиняться, и Вета упала с кресла на колени. Последнее, что запомнилось девушке до того, как от нехватки воздуха она потеряла сознание — это герб, так хорошо знакомый ей, ведь два года она видела его буквально везде…

* * *

— Значит Дурмстранг, — задумчиво проговорил директор, отправив в рот очередную лимонную дольку и глотнув чая. — Насколько я знаю, Вы в свое время там учились, Вета.
— Да, и поверьте мне, возвращаться туда не имею никакого желания.
— Дорогая ЖЕНА, я думаю, здесь нашего мнения по поводу того, что мы хотим, а чего нет, слушать не собираются, — надменно прокомментировал реплику Веты Драко Малфой и, сняв ногу с каминной решетки, уселся в стоявшее рядом кресло, не занятое на этот раз Северусом Снейпом. — Но я думаю, что мое замечание им придется принять к сведению — я не знаю русского, а, насколько мне известно, там все общаются на этом языке.
Северус? — Дамблдор посмотрел на хмурого зельевара, расположившегося на этот раз на подоконнике.
— С этим проблем возникнуть не должно — сварю зелье, готово будет как раз к твоему отъезду Драко.
— Спасибо, утешил.
— Ну что ж, дети мои, значит, никаких препятствий для поездки не существует, — удовлетворенно кивнул головой волшебник.
— Альбус, я бы посоветовал леди и лорду Малфою ехать порознь. Чем меньше их будут видеть вместе, тем меньше вызовет подозрение их действия.
— Хм, сдается мне, ты прав, Северус. По идее вы двое друг друга не знаете и теплых чувств друг к другу не испытываете.
— Последнее замечание очень верно, директор, — фыркнул парень.
— Драко!
Вета встала с дивана и прошлась по комнате.
— Не знаю, на что вы там все рассчитывали, может, что мы теперь будем хотя бы друзьями, но ваши расчеты не сбылись.
— Но, вам придется сотрудничать. Как я понял, Вета, Вы видели только место, где находятся артефакты, но не конкретное их местоположение. Дурмстранг — огромный замок с множеством потайных комнат, даже Хогвартс более изученное место, — за этими расстроенным словами девушка уловила явное неудовольствие, и даже больше — приказ работать в команде.
Глянув на Драко, она поняла, что он тоже не остался в заблуждении от сказанного, вот только по сжатым губам и упрямому наклону голову Вета решила, что поддерживать хотя бы видимость командного духа придется ей одной.
«С другой стороны, тебе это нужно больше, чем ему. Уж не знаю, что он там должен своему Доброму дедушке, но у меня выбора нет вообще. Однако, Малфой, не надейся, что при удобном случае я тебе по мелочи да не сделаю пакость. Это будет моя маленькая месть тебе за твой несдержанный язык».
— Что ж, раз мы все выяснили, думаю, можно расходиться, — тем временем продолжал старый волшебник, — и, надеюсь, никому из вас не стоит напоминать, что сказанное в этой комнате должно остаться между нами четверыми. Не обязательно посвящать друзей в то, куда вы направляетесь, — и волшебник многозначительно посмотрел на Вету.
Фыркнув, девушка развернулась спиной к мужчинам, и первая покинула кабинет директора.

* * *

— Ты так и не скажешь, куда уезжаешь? — Гарри доверительно сжал ладонь новой подруге.
— Извини, но…, — усмехнулась девушка.
— А как у тебя общение с… мужем? — Гермиона оторвалась от укладывания в чемодан книг, которые, по ее мнению, могут понадобиться Вете.
—Если обмен «любезностями» или презрительно-высокомерные взгляды при встречах, которых, замечу, за две недели было штуки четыре, можно назвать общением, то мы, безусловно, общаемся, — раздраженно повела плечами Вета и продолжила складывать мантии во второй чемодан.
— А он сегодня уехал, утром, — пробубнил Рон, жуя яблоко.
Вета на секунду замерла, но потом продолжила складывать мантию со шнуровкой на спине — подарок из Франции от «любящего деда».
«Да, если он просто приличия в общении между мужем и женой не хочет соблюдать, то о каком сотрудничестве может идти речь. Похоже, будет еще тяжелее, чем я думала. Придется на время затолкнуть подальше свою гордость».
— А разве по аристократическим традициям он не должен был пожелать тебе счастливого ожидания, а ты ему доброго пути? Что это Малфой нарушил этикет? Раньше трясся над всеми этими приколами как…, — недоуменно приподнял брови Гарри.
— Гарри! — Вета усмехнулась, ей не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, как Гермиона по-матерински отвешивает легкий подзатыльник «надежде магического мира»
— Ну, а что? — обиженно проговорил тот.
— Иногда у тебя ума и такта, как у Рона!
— Да я вообще молчал, Герми.
— О, Великий Мерлин!
Вета покачала головой — подобные диалоги за те две недели, что она провела в Хограртсе в компании этих разных, но удивительно подходящих друг другу ребят, были частым явлением, и это трио, похоже, по-своему наслаждалось подобным общением.
— Ну вот и все, — проговорила девушка и, застегнув чемодан, повернулась к друзьям. — Мне пора.
Гермиона кивнула и положила рядом с чемоданом Веты свой, набитый книгами:
— Я надеюсь, книги тебе помогут — это редкие экземпляры, я сняла копии с личной библиотеки Снейпа, МакГонагалл и директора. Конечно, это незаконно, но…, — и девушка шмыгнула носом. — Ты там будь поосторожнее, на этого Малфоя не надейся, и особо не доверяй ему, ладно?
— Жаль, что я не могу с тобой поехать, — грустно покачал головой Гарри. — Ты особенно не рискуй, если что, я Волдеморта и так убью.
— Удачи тебе, — кивнул Рон.
— Ох, спасибо вам, ребята, — обняв по очереди каждого, проговорила Вета. — За чемоданами придут мои домовые, не ждите их, они народец боязливый, не любят на глаза попадаться. Гарри — ты тоже на рожон не лезь. Ну все. Удачи вам, друзья, — кивнула девушка молодым людям и прикоснулась к порт-ключу».
__________________
*Bubble-Head Charm* — заклинание образует воздушный шар вокруг головы волшебника. (ГП)
*Rego Orum Shakari Orus — создает волну горячего воздуха, сопровождающуюся ослепительным сиянием. Достигнув цели, сжигает ее Первоначальным Пламенем (инет).
*Windo — создает легкий ветерок, зачастую используется в быту как способ очищения от разного рода порошков (мое).
*Beltane – один из восьми колдовских праздников. Считается, на ряду с Halloween, самым главным. Празднуется ночью тридцатого апреля, так как после него начинается пик восхождения к летнему солнцестоянию, после которого «день начинает умирать». (Р. Брэг «Учебник черной и белой магии. Практическое руководство» — СПб, ТОО «Лань». 1993 г.)
*Nihil semper suo statu manet — ничто не остается постоянно в своем состоянии (лат.)
*Sint ut sunt! — пусть будет так (лат.)

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 7


Дождавшись отбоя, когда все корабельные светильники приглушали свой свет, и наступал полумрак, а кое-где и темнота, Вета выскользнула из каюты. Спустившись на палубу мальчиков, девушка, стараясь быть в тени, стала искать каюту своего «напарника»:
— Да где же, а, вот, — девушка постучалась:
— Малфой, открой — это Вета, у меня к тебе серьезный разговор, — ответа не последовало. — Драко, открывай — за дверью послышалось приглушенное фырканье. — Открывай, или я тебе дверь высажу, — зашипела Вета и опасливо оглянулась по сторонам — коридор был пуст.
— Что, Крам не остался на ночь, решила попытать счастья здесь? — юноша приоткрыл дверь. Он оказался одет в черные шелковые пижамные брюки, волосы были взлохмачены, красные уставшие глаза, сузившись, недобро смотрели на нее.
— Впусти меня, Малфой, это правда серьезно, — Вета попыталась протиснуться в образовавшуюся щель между парнем и дверью.
— Да ты что? — Малфой даже не пошевелился, — а твой любовник не может тебя выслушать? Но учти, он любитель грязнокровок, так что рискуешь быть брошенной ради мугродья.
— Сколько слов и все не по адресу, можешь не плеваться своим ядом в меня, на ваши заморочки с чистотой крови мне глубоко начихать, — с этими словами девушка сильно пихнула Драко в грудь, затолкав в комнату, влетела в нее сама и быстро закрыла дверь.
— Да что ты себе позволяешь! — восстановив равновесие, больно схватил Вету за руку парень.
Вета поморщилась:
— Отпусти, и так уже изувечил.
— А сейчас изувечу еще больше, если не уберешься отсюда. Мне казалось, мы вчера все выяснили — не суйся ко мне, ни с вопросами, ни с разговорами!
— Да нет, мы только начали. Если забыл, напомню — ни ты, ни я не найдем по одиночке артефакты, «только став единым целым, Берегиня и Воин обретут наследие».
Маг сжал кулаки и скрипнул зубами, но быстро взял себя в руки и, скрестив их на голой груди, холодно спросил:
— И как ты себе представляешь это наше единство?
— Исключительно в кошмарном сне, но иногда обстоятельства сильнее наших желаний. Я надеюсь, даже со всей твоей избалованностью и испорченностью, ты все же сможешь это понять…со временем, — проговорила Веда и, спихнув лежащие на кресле свитки на пол, уселась в него, закинула ногу на ногу и стала покачивать носком туфли.
— Явилась оскорблять? Думал, ты умнее, — Малфой прислонился спиной к стене и стал лениво и презрительно разглядывать сидящую перед ним девушку, — и Хэллоуин через два месяца, если ты не знаешь, — юноша скривился от ее прически.
Вета вздохнула.
«Пора переходить к делу, а то пререкаться мы можем часами».
— Малфой, я на счет Крама.
— Тебе нужно мое благословение? Вперед, Вилени, я разрешаю, — парень кивнул на дверь.
«Ах ты! Ладно, я тебе потом это припомню, если бы ты не был мне нужен, сейчас бы уже корчился под Crucio».
— Крам что-то знает или подозревает, — Вета внимательно посмотрела в глаза Драко, в них на секунду мелькнуло беспокойство, тут же скрытое за маской безразличия:
— Не бойся, тебе и твоему любовнику я мешать не буду.
— Драко! Ты же прекрасно понял, что я не о нас, то есть не в том смысле. Он, кажется, знает что, по крайней мере, я здесь не просто так. Причем, знал он это еще до того момента, как мы познакомились. Именно он подвозил меня до места отправления, когда мой порт-ключ ошибся местом.
— Если кажется — поплюй через плечо. Порт-ключ не мог ошибиться, его настраивал директор Дамблдор при нас, и заменить его тоже не могли, если ты хотела это сказать, — перебил начавшую говорить Вету Малфой. — Может, ты сама с ним что-то сделала по глу…
— Ой, только вот не надо опять, начал же нормально разговаривать. Кстати, то, что я рассказала, тебя тоже обеспокоило, я заметила и не отпирайся.
— Хорошо, согласен, мне это не нравится: совпадений в таком деле, как наше, и правда не бывает, но что прикажешь мне теперь делать, защищать тебя, не выходить из каюты, шарахаться от любой тени? — презрительно усмехнулся Драко.
— Не думаю, что инстинкт самосохранения у тебя присутствует, но как лицу заинтересованному, я решила тебе рассказать о своих подозрениях, но раз для тебя это не повод вести себя осторожнее, что ж, за сим, как говориться, откланиваюсь, пишите письма мелким почерком, — Вета поднялась из кресла и шагнула к двери.

Внезапно перед ее носом мелькнула рука Малфоя, и, упершись ею в косяк двери, он загородил проход:
— Держись подальше от Крама, он опасный человек.
— Как ты, что ли? — спросила Вета, скосив глаза на левое предплечье парня, на котором была вытатуирован череп, изо рта которого выползала, извиваясь кольцами, змея.
— Возможно, — серьезно посмотрев на девушку, произнес Малфой.
— Ты же не веришь, что он один из слуг Волдеморта — Упивающихся смертью.
— Никогда не произноси его имени при мне! — парень скривился, а метка на секунду окрасилась багряным светом.
Вета испуганно вздрогнула и посмотрела на Драко, который, справившись с вспышкой боли и гнева, продолжил:
— Я этого не подтверждаю, но и не отрицаю. Я оперирую фактами, а не придумываю себе проблемы и врагов, я же не Трелони.
Вета приподняла брови — кто такая эта Трелони, она не знала:
— Факты говоришь… А если будут факты, то что?
Малфой фыркнул:
— Ну, ты же у нас здесь великая отравительница, вот тебе и карты в руки, а мне он не мешает.
Вета внимательно посмотрела в глаза парню, но они были холодно-безразличные.
«Хм, они у него обычно не такие прозрачно-голубые».
— Что ж, значит, разберусь сама, раз уж мне разрешили, — Вета картинно склонила голову в покорном поклоне вассала перед феодалом и вопросительно посмотрела на руку Малфоя. Тот, открыв дверь, посторонился:
— Захочешь поговорить со мной в школе, не врывайся в мою комнату, найди более безопасный способ.
— И тебе удачи.
Добравшись без приключений до своей каюты, Вета быстро разделась и юркнула под одеяло.
«Забыла его спросить, кто же его топил?»
«— Вилени, давай покончим с этим как можно быстрее, я устал, а завтра много дел, — кинул через плечо Драко, наливающий себе вино, растерянно стоявшей в дверях и нервно переминающейся с ноги на ногу девушке.
— Будешь? — юноша повернулся и кивнул на свой бокал.
— Огневиски нет? — не своим голосом произнесла Вета, стремительно шагнув к парню. — И можешь звать меня Вета.
— Ооо, какие серьезные вкусы, прошу! — юноша поставил на стол бутылку и уселся в кресло, никак не отреагировав на последние слова девушки.
Вета откупорила бутылку, сделала большой глоток прямо из горлышка, закашлялась и совсем по-детски шмыгнула носом.
— Что уставился? — бросила она усмехнувшемуся мужу.
«Да, именно мужу, теперь у меня есть муж. Дикость какая! Мама, я хочу домой, забиться в свою кровать, свернуться клубочком и забыть обо всех своих и чужих проблемах.
Дааа, а где же моя смелость? Кончилась смелость после того, как жизнь сделала такой крутой вираж за последние семьдесят два часа — явление Завулона, поездка в Англию, «приятные новости», замужество — причем обязательно надо было для полного счастья выйти за человека, который меня презирает и ни в грош не ставит.
Кто он такой, этот Малфой, чтобы так со мной разговаривать, я ж не какая–нибудь там…
Черта с два меня это волнует! Мне же наплевать на мнение других! И трушу я из-за другого — надо было закрутить роман хотя бы на время каникул, раз повезло учиться в закрытой школе для девочек, набраться опыта, чтобы потом дурой не выглядеть, а я: «У меня будет только один мужчина и только после свадьбы». Вот теперь «единственный», которого врагу не пожелаешь и на всю жизнь, без права развода».
— О чем задумалась, Вилени? Как бы сбежать? — Малфой насмешливо сверкнул глазами поверх бокала. — Боишься? Ну надо же, а я думал ты вся такая смелая, а ты секса испугалась. Ну, спасибо Дамблдору: мало того, что на ребенке заставил жениться, так еще и девственницу подкинул, — уже откровенно потешался парень.
— Ах ты! Кто тебе позволил надо мной смеяться! Я тебе не какая-нибудь там, я — княгиня Вилени, мой Род один из известнейших и могущественнейших черно-магических семейств в мире. Я никому не позволю себя оскорблять! — парень скептически приподнял бровь и ухмыльнулся, как бы говоря — уже позволяешь
— Да если бы не ситуация! — продолжала бушевать Вета. — И я твоя ровесница, и с чего ты взял, что я девица, и меня никто не подкидывал. И у тебя никто у горла с ножом не стоял, мог бы не жениться, вот бы я расстроилась, — уперла руки в бока девушка и гневно нависла над Драко.
Малфой поджал губы и зло сверкнул глазами:
— Все, хватит трепаться, давай к делу, — резко вскинув руки, Драко схватил девушку, буквально опрокинув ее на себя. Подхватил под ноги, он перекинул ее через плечо и пошел в спальню.
Войдя, он кинул Вету на кровать и стал быстро раздеваться, пользуясь тем, что девушка пребывала в легком ступоре от его действий. Раздевшись, парень забрался на кровать, левой рукой обхватил запястья Веты и завел за голову, а правой начал снимать с девушки одежду:
— Черт, вечно с вами возиться надо, — пробормотал парень, спустив лиф платья до талии.
В это время Вета очнулась от напавшего на нее ступора и попыталась столкнуть Драко с себя, резонно решив, что разговорами остановить его не получится, но не тут-то было, парень сжал бедрами ее ноги:
— Но-но, без выкрутасов. Расслабься, ДОРОГАЯ, я тебя надолго не задержу, — хищно усмехнулся Малфой в лицо Вете.
Девушка предприняла еще одну попытку вырваться, лягнув парня в голень, но тот только сильнее сжал ее ноги и впился поцелуем в губы…
«Великолепно, Завулон будет у меня по гроб жизни в долгу. Быть изнасилованной собственным мужем в свою брачную ночь — блеск».
Вета почувствовала, как правая рука мужа ползет по ее бедру все выше и выше. Малфой оторвался от губ девушки и припал ртом к ее груди. Девушка еще раз попыталась вырваться, но вдруг в голове зашумело, в глазах потемнело, и девушка обмякла.
Остальное Вета видела через какую-то дымку: Драко закидывает ее ногу себе на талию, придавив девушку так сильно, что ей покажется, что ее кости не выдержат, его руки блуждают по ее телу: гладя, лаская, возбуждая, тело выгибается дугой от наслаждения. Драко кусает ее шею, тянет зубами за мочку уха, посасывает то один, то другой сосок, прокладывает влажную дорожку поцелуев вниз, его сильные пальцы гладят ее там, возбуждая до того, что с губ срывается хриплый стон. Резкая боль — что-то горячее и твердое, оно двигается и ее тело ловит ритм, жаркая волна прокатывается по всему телу, ее руки уже никто не держит, она сама впивается ногтями в мускулистую спину, обхватывает ногами его торс, при каждом толчке подталкивая его ближе, глубже, вот особенно мощный толчок… В нее течет что-то теплое, по телу проходит горячая истома, девушка выгибается, и с губ срывается крик, приглушенный яростным поцелуем.
Темнота.
Очнулась Вета в кромешной темноте, все тело ломило так, будто по ней пробежалось стадо мустангов, внизу саднило.
«Ох, и как люди после этого вообще двигаются».
Девушка с трудом привстала, опираясь на локти. Пошарив рукой справа от себя, куда, если ей не изменяет память, перекатился после Драко, девушка никого не нашла, а простыня была холодной.
«Смылся!»
Почему-то эта мысль больно кольнула девушку в районе сердца.
«Ну и фиг с ним, больно надо, я даже не хотела его. Или хотела?»
Потом мысли перепрыгнули на другое.
«Чего это я так вырубилась? Добрый дедушка подмешал что-то в чай? Огневиски? Впрочем, дедушка может и недобрый, но умный, так бы я своему муженьку чего доброго оторвала кое-что, и не было бы у нас детей, а так…
Признай, тебе даже понравилось. Вон, никаких сожалений, кроме того, что любовник по-тихому смотался.
Да, по-видимому, я за несколько мгновений превратилась в мазохистку. Не пойти бы тебе с такими предположениями куда-нибудь подальше?
Не ругайся, на правду не обижаются, признай, муж твой – классный любовник, и ты бы не прочь еще.
Да я его! Ненавижу, вот!
Ха, ха, себе-то не ври».
Вета упала обратно в кровать и завернулась в одеяло.
«Да, себе не соврешь, но главное даже не то, что я не жалею, а даже наоборот, главное, что осталось – найти место и разыскать артефакты. Времени до января».
Сладко зевнув, девушка погрузилась в сон…

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 7


Как только за Виктором закрылась дверь, Вета вскочила с кровати.
«Нужно срочно поговорить с Малфоем».
Девушка уже, было, ринулась к двери, но замерла на пол пути.
«А что, если Крам того и ждет — подтверждения, что мы вместе. Нет, пойду ночью. Но поговорить мне с кем-то надо… Завулон!»
Подбежав к шкафу, Вета стала рыться в сумке для рукоделия (девушка презирала такое хобби, но как место для прятанья всяких нужных вещей, таскала ее с собой, к тому же, спицы были пропитаны ядом древнеегипетского скорпиона — подарок Завулона):
— Да где же это… а, вот! — Вета извлекла с самого дна колоду карт, с виду просто игральную колоду, но…
Найдя нужное изображение, остальные карты швырнула на кровать. Подтащила к зеркалу кресло, плеснула в тазик для рук воду и кинула туда карту. Как только та намокла, рисунок, изображенный на ней, появился в зеркале, только в отличие от карточного изображения это двигалось.
Грудастая загорелая блондинка оторвалась от окрашивания ногтей и посмотрела на Вету:
— Приемная мессира Завулона, чем могу помочь?
— Мне нужен Завулон, и быстро.
— Вам назначено?
— Нет, но я…
— Тогда ничем не могу помочь, — блондинка потянулась к стоявшей на столе кружке с водой.
— Ты меня не поняла, мне СРОЧНО НУЖЕН Завулон!
— Девушка, он всем всегда нужен срочно, но существует порядок очереди, могу Вас записать, — блондинка нажала алым коготком клавишу компьютера, — на тридцатое ноября.
Вета начала тихо звереть:
— Так, если ты сейчас же не доложишь обо мне МОЕМУ ДЕДУ, я нашлю на тебя такую порчу, что кикимора по сравнению с тобой будет королевой красоты, и если…, — прошипела Вета.
— Кристина, милая, делай так, как говорит моя нервная внучка, — перебил Вету насмешливый голос, и на левой стороне зеркала появилось изображение Завулона.
Блондинка пожала плечами и брызнула два раза на зеркало, стоявшее в приемной — в веденном зеркале полностью отобразился кабинет Завулона с ним самим в шикарном черном кожаном кресле за столом из черного дерева.
— Развлекаешься?
— Мне нравиться смотреть, как ты сердишься, вспоминаю свою буйную молодость, когда я вот так же мог выходить из себя. Так что там у тебя случилось? — Завулон сложил пальцы домиком и откинулся в кресле.
— А то ты не знаешь, — фыркнула Вета.
— Ну, милая, не могу же я знать все на свете, — недовольно дернул плечом Иной.
— Во-первых, этот Малфой со мной не сотрудничает.
— Без комментариев.
— Ладно, с ним я сама разберусь, — вздохнула Вета, — но мог бы что-нибудь и посоветовать.
— Я-то посоветую, но тебе не понравиться, — усмехнулся Завулон, — постель – самый верный шанс заставить мужчину захотеть тебе помочь.
— Ага, прокол вышел в прошлый раз.
— Значит, плохо старалась. Еще проблемы, кроме «семейных»?
— Мне кажется, что у нас «крот».
— Исключено, у меня их не может быть, сама понимаешь…
— Тогда у доброго дедушки Дамблдора, причем «кротяра» порядочный.
— С чего взяла?
— С того, что ходит тут вокруг одна личность — Виктор Крам зовется.
— Так, может, ты ему понравилась? — хохотнул Завулон.
— Ага, и у кладбища он меня ждал, потому что во сне меня увидел и влюбился.
— У кладбища? Вечерняя прогулка?
— Проветривалась перед долгим подводным путешествием — порт-ключ сработал криво.
— Ты уверена?
— Уверена ли я, что лазала через ограду Смоленского кладбища вечером двадцать восьмого августа? Поверь, уверена на все сто процентов — склерозом не страдаю, не тот возраст.
— Не груби. Ладно, допустим. Что ты от меня хочешь? Не думаю, что тебе нужна помощь, чтобы водить за нос этого Крама.
— В этом не нужна, но я люблю знать о противнике как можно больше. Пошли кого-нибудь из своих, кто имеет выход на магический мир Англии, пусть нароет все, что сможет. Шестое чувство подсказывает, что запашек оттуда — мертвятиной несет.
— Пронюхали, думаешь? Может, им просто приглянулись ваши родственные связи: ты отравительница, он — сын Упивающегося.
— Даже если так, мы почти не встречаемся, а когда это происходит, делаем вид, что ненавидим друг друга. Впрочем, так оно и есть,— Завулон скептически приподнял бровь и Вета покраснела — спать с мужем, не смотря ни на что, ей почему-то понравилось, и она была не прочь повторить, но…,— а моего муженька пытались утопить еще на полпути. Может, конечно, старые счеты, но одно ясно — они считают его опасным для себя. Хочу знать — связывают ли они меня с ним и если да, то насколько серьезно.
— Что ж, пошлю. Мне конкуренты не нужны, но ты у меня в долгу.
Вета отмахнулась рукой, Завулон подмигнул, усмехнулся и выплеснул кружку с водой на свое зеркало. Ветино тут же потускнело и приобрело свою первоначальную функцию — отражать.

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 7


Вета зачерпнула ложку супа и вяло вылила его обратно. Есть не хотелось. То ли оттого, что спину ей жег взгляд холодных глаз слизеринца, то ли от компании, в которой ей приходилось есть, то ли оттого, что на них глазел весь зал — как же, сам Виктор Крам обедает в общем зале, да еще с какой-то девицей с синими завитками вместо волос. Но, скорее всего, это действие проклятья, так как, в общем-то, на чужие косые и завистливые взгляды ей всегда было наплевать.
— … Малфоем?
— Прости Виктор, ты что–то спросил, — Вета перевела взгляд на Крама, тот сверкнул белозубой улыбкой, которая при его внешности больше походила на приветливую улыбку хищной птицы, если они вообще улыбаются:
— Я спросил: что у тебя с Драко Малфоем?
— Ненависть у меня с ним.
— А с чего так, вы же вроде не знакомы были до этого момента, ведь так? — Виктор расслабленно откинулся на спинку стула.
— Не знакомы, но с таким лучше и не знакомиться.
«Ага, как же, сейчас я тебе, такая простая, выложу все, попав под твое обаяние, держи карман шире».
— У вас что-то произошло? — Крам наклонился к девушке и сочувственно коснулся распухшей губы, за соседним столом послышались приглушенные вздохи.
«Мистер Крам, решили поиграть со мной в игры? Ну, давайте поиграем».
Вета обхватила запястье парня и коснулась большим пальцем его тыльной стороны:
— Ничего такого, о чем ты мог подумать. Просто вчера я гуляла по коридорам, как вдруг на меня налетает нечто мокрое, босое, с волшебной палочкой в руках, толкает меня в стену и бежит дальше, даже не обернулся и не посмотрел — что со мной, а я врезалась губой в бордюр и напоролась на шляпку гвоздя. Минусы низкого роста — вечно меня не замечают, а все травмирующие места приходятся как раз на меня несчастную. Вот и вся история: столкнулась с грубияном, расцарапала губу, да еще и волосы себе «привела в порядок», — Вета печально посмотрела на Крама, одновременно следя за его реакцией на рассказ о встрече с Драко.
Парень задержал дыхание и пару раз нервно моргнул, потом произнес, как будто пытаясь скрыть свою реакцию на слова девушки.
— Хм, ну мне ты и такая нравишься, — улыбнулся, и, перехватив кисть девушки, погладил ее пальцы.
— Ммм, мистер Крам — это намек? — игриво хлопнула ресницами Вета.
— Знаки внимания прекрасной леди.
— К сожалению, недолгие.
— Почему?
— Я еду учиться, а ты окончил школу два года назад, — вздохнула девушка.
— Это не проблема, директор Долохов попросил меня вести уроки полетов, пока они не найдут постоянного учителя.
— Постоянного учителя? Что-то случилось с учителем Королек? — теперь Вета по настоящему была расстроена — полноватая, но юркая и острая на язык учительница практически единственная, кто нравился Вете во время ее недолгого обучения в Дурмстранге.
— Несчастный случай. Она разбилась на метле на смерть две недели назад. Навещала родственников в Англии, да ты, может, об этом читала? — Крам сосредоточенно посмотрел в глаза Вете.
«Что же ты так топорно меня выспрашиваешь, или думаешь — все бабы — дуры? Спешу разуверить, все бабы — ведьмы, потому что отними у нас крылья, и мы пересядем на метлы».
— Я была в Париже с дедом, разве что о ее смерти писали в парижской прессе.
— Думаю, нет, — Вета почти физически почувствовала разочарование Крама.
«Пытался подловить меня с помощью такого глупого приема — сообщить новость, которая меня расстроит? А вот фиг тебе. В чем же ты меня подозреваешь, а? Все же не случайно ты тогда мимо проезжал… ох, как не случайно. У Дамблдора завелся «крот»? Надо поговорить с Драко и быстро, если конечно этот осел будет меня слушать».
— Печальная новость. С другой стороны, раз ты будешь вести полеты…, — Вета попыталась как можно более соблазнительно улыбнуться Краму, что при разбитой губе стало трудной задачей. Но тут же девушка напустила на себя скорбный вид и даже шмыгнула носом:
— Прости, просто мне она нравилась, такая хорошая была, заступилась за меня, когда меня обвинили, будто я пыталась отравить однокурсника, но я же на это не способна… мне было всего двенадцать лет.
— Да, я слышал об этой истории, тебя ведь исключили почти в самом начале учебного года. И я верю, что ты не могла совершить такое.
— Ох, спасибо, Виктор, ты такой милый, — Вета выдавила из себя слезу, и благодарно пожала руку Краму.
— Может, тебе лучше вернуться к себе? Похоже, вчерашние переживания и печальная новость тебя очень расстроили, — сочувственно предложил молодой человек.
— Да, думаю, я пойду прилягу, столько всего навалилось за последние месяцы, нервы ни к черту.

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 6


Северус, ленты, — Дамблдор протянул руку за кусочками материи. — Этими лентами я скрепляю союз стоящих передо мной мужчины и женщины на веки вечные — да не разрушит его ничто и никто. И пусть счастье, благоденствие и любовь царят в их семье, — с этими словами старый маг оплел соединенные руки стоящих на коленях перед ним молодых людей:
— Серебряный как символ вашего благородства, красный как символ вашей любви, храбрости и крови, проливающейся в борьбе, зеленый как символ надежды, свободы и радости и черный как символ осторожности, мудрости и постоянства в испытаниях! Дети мои, объявляю вас мужем и женой, будьте поддержкой друг другу в испытаниях и радостью в мире. Sint ut sunt!*
— А теперь встаньте и, отпив из Чаши Гименея, скрепите свой союз поцелуем, — сказала Минерва МакГонагалл, протягивая поднявшимся молодым людям кубок с красным вином.
Драко взял Чашу и, сделав большой глоток, передал ее Вете, та чуть пригубила, потом обернулась к своему мужу. В глазах парня она увидела холодную ярость и презрение. С каменным лицом юноша склонился к своей жене и запечатлел быстрый поцелуй на ее побелевших от напряжения губах.
— Ну вот и все, теперь прошу в замок, праздничный ужин ждет нас, — провозгласил Дамблдор и бодрой походкой пошел к школе. За ним потянулись и остальные, присутствовавшие на странном бракосочетании, на котором ни невеста, ни жених, ни гости не излучали присущую для такого случая радость — все были сосредоточенны и серьезны.
— Северус, подожди, я хотел у тебя спросить…, — Драко наконец распутал ленты и в два шага догнав своего крестного (как выяснила накануне Вета), пошел рядом, о чем-то с ним переговариваясь.
К Вете подошла Гермиона:
— Тебе идет черный цвет, — попыталась как-то подбодрить она бледную девушку.
Вета скептически хмыкнула.
— Нет, правда. А что, у всех черномагических семей принято выходить замуж в черном платье? — не удержалась от вопроса Гермиона.
— Традиции.
— А вот Джинни мечтает о белом платье, — вставил идущий рядом Рон и хлопнул по плечу Гарри.
— О, Рон, кончай смущать Гарри, надоело, — Гермиона закатила глаза и обернулась к Вете, — а что теперь?
— Гермиона, ты чего-то не знаешь? — весело сверкнул зелеными глазами Гарри.
— Поттер, где Ваши манеры?! — шутливо возмутилась девушка.
Все засмеялись.
Вета нервно вздохнула:
— Как у всех, Гермиона — брачная ночь.
— А, ммм, но вы же не знаете друг друга, — пораженно воскликнула Гермиона, — вас же не будут заставлять именно сегодня? Может потом, когда вы пообщаетесь, привыкнете?
— Да нет, ритуал требуется закончить в ночь после бракосочетания, обязательно до восхода солнца, так что… Узнавать мы друг друга будем потом, наверное, если захотим.
— А как на это смотрит Малфой? — спросил Гарри, сочувственно сжав руку Веты.
— Да ему не смотреть надо, а…
— РОН!
— А что я? Ну, муж и жена же не смотрят друг на друга в брачную ночь, а…
— РОН УИЗЛИ! — прошипела Гермиона, ударив парня кулачком в плечо, — прекрати молоть чушь!
— Малфой на это и правда никак не смотрит. Как же, принц и чудовище, — усмехнулась Вета.
— Ты не чудовище, Вета, — покачал головой Гарри.
— Ну да, бледная моль и темный принц — потрясающее сочетание.
— Знаешь, я бы на твоем месте так не говорила. Ты сильная, умная и чистокровная ведьма, причем далеко не уродина. Да Малфой должен прыгать от радости, отец хотел его женить на Панси Паркинсон — вот это действительно чудовище, причем с одной извилиной. Помнишь, я тебе рассказывала? Да он должен влюбиться в тебя до потери сознания только за то, что ты не будешь звать его Дракопупсиком, — проговорила Гермиона.
Вета засмеялась:
— Да, за одно это мне можно простить все недостатки. Ладно, ребята, вот мы и на месте, — за разговорами молодые люди вошли в замок, прошли через Главный зал и подошли к двери в Малый Чайный зал, который в дни учебы использовался как учительская, — и глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, Вета открыла дверь и вошла в комнату».[/i]
Проснулась она, как и в прошлый раз, резко, без приятного перехода ото сна к бодрствованию, но вскакивать с кровати не стала, а только повернула голову к иллюминатору посмотреть, какое время суток сейчас по корабельному времени. Судя по яркому искусственному свету — день.
— Великолепно, скоро еще не только бледная буду, но и прозрачная, — потянувшись, Вета нехотя выползла из теплой постели и побрела к кувшину умываться.
Взглянув в висящее рядом зеркало, девушка сокрушенно покачала головой и осторожно потрогала опухшую и покрасневшую нижнюю губу:
— Да чтоб тебя буки замучили!
Уныло оглядев комнату, Вета припомнила дом и завтраки в постель от домовых.
— Нда, и никто не подаст бедной раненой девушке даже кружку воды, печально, и это при живом-то…, — в дверь постучали:
— Кто там?
— Вета Вилени?
— Может быть, кто это? — Вета тихо подошла к двери и нащупала в рукаве мантии палочку.
— Это Виктор Крам, помнишь, я подвозил тебя позавчера…
«Крам? Какого лешего ему от меня надо?».
— Да, сейчас, подожди минутку, я не одета, — подбежав к зеркалу, Вета заклинанием попыталась привести свои волосы в более или менее приличный вид, отчего они равномерно окрасились в темно-синий цвет и завились мелкими кольцами.
— Да что за…! — кинув еще один взгляд на себя в зеркало, девушка пришла к выводу, что ей уже не поможет никакая магия и решила оставить все как есть: — Ты, чудовище, — показала она язык отражению и пошла открывать дверь, в которую опять деликатно стучались:
— Прости, я приводила себя… в порядок.
Крам обвел глазами девушку и фыркнул, зрелище было еще то: мятая мантия, синие барашковидные волосы, опухшая губа, и все это на фоне бледного лица и кругов под глазами от усталости:
— Готовишься к Хэллоуину заранее?
— Нет, сейчас так модно, — оценила шутку Вета и жестом пригласила парня войти.
— Забавная мода, подскажи стилиста.
— Малфой и моя неспособность к бытовой магии, — болгарин быстро уселся в единственное кресло в каюте, но от Веты не ускользнул тот факт, что при упоминании фамилии Малфой Крам вздрогнул и потер левую руку.
«Хм?»
Люциус Малфой? — как можно безразличнее задал вопрос молодой маг, окидывая взглядом каюту.
— Люциус? Отец Драко? Мне казалось, что он погиб. Я имела ввиду самого Драко, — Вета отошла к шкафу, чтобы сменить мантию, но краем глаза продолжала следить за реакцией парня на ее слова.
И опять тот вздрогнул, но на этот раз еще слегка и побледнел:
— Да, значит у меня не верные сведения, я думал как раз наоборот.
— А ты был знаком с Малфоем-старшим? — Вета подошла к Краму: — Помоги, пожалуйста, со шнуровкой. Привезла эту мантию из Парижа этим летом, а одеть самостоятельно не могу.
— Красивая, — Крам зашел за спину Вете и стал зашнуровывать корсаж.
— Так ты не ответил, ты знал этого Люциуса? — девушка почувствовала, как руки болгарина дрогнули и затянули шнуровку сильнее, чем надо.
— Нет, я был знаком, то есть я знаком с Драко. Два года назад в Хогвартсе проходил Тремудрый турнир, мы тогда много общались со слизеринцами, жили у них в подземельях.
— Значит, и ты участвовал в Турнире? Здорово. Говорят, у этих слизеринцев декан просто жуть, — сзади на секунду воцарилась тишина, а потом Крам повернул девушку к себе лицом:
— Вот и все, и, правда, проблемный наряд. Кстати, скоро обед, ты не была на завтраке, я решил за тобой зайти и предложить себя в качестве сопровождающего, — болгарин галантно поклонился и подставил локоть, — если ты готова, — кивнул он на ее синие волосы.
— С этим ничего не поделаешь, придется ходить так неделю, потом само спадет, — Вета положила руку ему на локоть, — так что вперед, мой рыцарь.
«А на вопрос ты мне так и не ответил…»
— Моя леди, — Виктор пропустил девушку вперед себя и закрыл дверь в каюту.

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 5.


— И… и что теперь делать, как найти этого человека? — Гарри вскочил с места и заметался по комнате, растерянно переводя взгляд от Дамблдора к Завулону
— А искать никого не надо, — усмехнулся Иной, — человек уже здесь.
— И кто же это? — не выдержала ведьма в зеленом, которая тоже все это время беспокойно поглядывала на Поттера
Лорд Драко Малфой. Если я не ошибаюсь, Вас ведь так зовут, молодой человек? — и Глава Дневного Дозора хитро подмигнул светловолосому парню, хмуро разглядывающему носки своих дорогих, но почему-то не лучшего вида, ботинок.
— И? — оторвав глаза от обуви, произнес парень и нагло посмотрел в глаза Завулону.
— Даже так? Смело, молодой человек, очень, но у Вас все равно нет других вариантов, так что соглашайтесь, — через несколько мгновений молчаливого разговора произнес Темный Иной.
— Нет.
— О, да.
— Нет!
— Подумай хорошо, мальчик.
— Да иди ты к гиппогрифу в…! — Вета подозрительно посмотрела на пожимающего плечами Завулона и Драко Малфоя, который, круто развернувшись на каблуках, выбежал из кабинета директора, оставив недовольно шипящую ведьму в зеленом, недоуменно выгнувшего бровь черноглазого мага, презрительно кривящегося Гарри Поттера и сочувственно качающего головой Дамблдора гадать, о чем же говорили на самом деле эти двое.
Завулон внимательно посмотрел на Вету, блеснул зубами в хищной улыбке и, отвернувшись от внучки, обратился к директору:
— Засим откланиваюсь, дела, дела. Оставляю Вам на попечение мою единственную и любимую внучку, берегите ее. Я воспользуюсь Вашим камином, Альбус?
— Конечно, Завулон, — директор Хогвартса указал палочкой в камин и прошептал что–то на латыни.
Завулон театрально поклонился присутствующим и, бросив в камин летучий порох, шагнул в зеленый огонь. Как только Темный Иной исчез, камин потух и старый волшебник снова что-то прошептал, указывая волшебной палочкой в потухшую «пасть» камина.
Вета растерянно села обратно в кресло и схватила кружку с уже остывшим чаем:
— И что дальше? — вопрос повис в воздухе, никто не знал, а директор молчал и хитро поглядывал на всех поверх своих очков полумесяцев:
— Я думаю, что все мы сегодня устали, и, как говорят в России: утро вечера мудренее. Так что, спокойной ночи, господа, — люди молча стали подниматься и один за другим покидать кабинет директора.
— Сэр, я…, — Гарри подошел к насесту и усадил на него Фоукса.
— Иди, Гарри, здесь ты помочь не сможешь ничем. Иногда нужно оставлять решение проблем тем, кто это действительно может сделать.
— Хорошо, директор, спокойной ночи, — и грустно улыбнувшись Вете, мальчик вышел.
Вета тоже поднялась, но директор жестом остановил ее.
— Вета, я могу Вас так называть? — девушка кивнула. — Давайте прогуляемся на сон грядущий, и я Вам кое-что объясню, — старый маг протянул руку, и когда Вета приняла ее, ловко «сцапал» ее и повел за собой по винтовой лестнице и дальше, к выходу из школы.
Дойдя до озера, старый волшебник остановился у поваленного дерева:
— Сядем? Все же я уже не так молод, иногда ноги требуют отдыха, — улыбнулся глазами поверх очков Дамблдор.— Посмотрите, Вета, какая ночь: звезды, запах ночных цветов, тихая гладь озера…
— К чему Вы говорите мне это, директор Дамблдор? — Вета подозрительно посмотрела в лицо волшебнику.
— Во всем ищете подвох, да, Вета? — покачал головой тот.
— А разве не во всем он есть? — отвернувшись от директора, девушка посмотрела на спокойную гладь озера, — К примеру, сейчас озеро спокойно и ничто не говорит о том, что в глубине живет огромный кальмар, я ведь не ошибаюсь, что он там? — Вета скосила глаза на волшебника, тот покачал головой. — Так и во всем остальном есть свои минусы — друзья предают, любимые бросают, получая желаемое — человек все равно неизбежно чем-то жертвует. Даже в самом светлом моменте жизни — рождении, есть существенный подвох — неизбежность смерти.
— Взрослые мысли для девушки Вашего возраста.
— Всего лишь разумные, без розовых очков.
— Что ж, Вета, тогда, может быть, Вам будет легче понять и принять то, что я хочу сказать, — волшебник снял очки и, протерев, снова водрузил их себе на кончик носа, — Видите ли, наличие просто Берегини и просто Воина недостаточно, по преданию, они должны стать единым целым, чтобы обрести наследие. А так как из источников доподлинно известно, что Берегинями были женщины, а Воинами соответственно — мужчины, я думаю, как взрослый человек, Вы понимаете ЧТО это значит. Но, дорогая моя, если Вы откажетесь нам помогать, я, безусловно, пойму и принуждать Вас никто ни к чему не будет.
Вета усмехнулась:
— Знаете, чем отличается Свет от Тьмы, по мнению моего деда? Тьма всегда напрямую говорит, что ей надо, и обычно сразу же лишает выбора, а Свет всегда недоговаривает и убирает препятствия с чужой помощью. Но, в конце концов, и те и другие приходят к желаемому результату, — на последнем слове Вета взглянула в лицо старому волшебнику и увидела там то, что, в общем-то, и рассчитывала увидеть — прищуренные голубые глаза могущественного волшебника, который в свое время одолел одного из сильнейших Темных магов столетия.
— Ваш дед весьма откровенный человек.
— Навряд ли он человек, но, безусловно, в каких-то вещах правдолюб, поэтому выбора мне уже не оставил, сделав работу за Вас.
— Что ж, значит, мы поняли друг друга, и Вы согласитесь на наши условия, — с утвердительной интонацией проговорил директор Хогвартса.
— Мы с Вами поняли, но вот понял ли нервный мальчик по имени Драко, с ним у Вас могут возникнуть некоторые проблемы, похоже, он не такой понятливый, как я, — усмехнулась не без злорадства Вета.
— Ну что Вы, лорд Малфой весьма смышленый молодой человек, правда, упрямый, но, слава Мерлину, с обостренным чувством долга.
— К тому же он в долгу перед вами, как удобно!… Когда экзекуция?
— Чем скорее, тем лучше. У нас есть Берегиня и Воин, но нет сведений, где находятся артефакты. Поэтому надо торопиться, Том Реддл ждать не будет. Пойдемте, уже середина ночи, пора спать, — волшебник поднялся с дерева.
— Благодарю, но я еще подышу свежим воздухом.
— Не засиживайтесь. Ваша комната в подземелье: войдете с Главного входа и слева от лестницы увидите дверь, она ведет к спуску в Подземелье. Дверь в гостиную факультета Слизерина спрятана в каменной стене, рядом стоят доспехи Кровавого Барона, они красные, так что не ошибетесь, назовете им пароль «Белена», Ваша спальня будет слева по коридору, десятая дверь. Думаю, там Вам будет удобнее, чем у гриффиндорцев. Мне показалось, Вы не сторонница шумных посиделок. Да и с Драко вам надо видеться.
— Благодарю. Спокойной Вам ночи, директор.
«А лучше Вашей совести, а то в Вашем возрасте бессонница вредна».
— Не беспокойтесь за меня, я высыпаюсь, — усмехнулся в бороду волшебник, сверкнул очками и ушел.
— Ндааа, тяжелые предстоят месяцы. Иногда мне хочется, чтобы Свет и Тьма загрызли друг друга до смерти, и наступило блаженное Ничто, — Вета размахнулась и швырнула в озеро найденный под ногами камень. По водной глади побежали круги:
— И оно уже никогда не будет прежним. Nihil semper suo statu manet.*

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 4.


— Ну вот, располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Хотите чаю, лимонных долек, пока мы ждем остальных? — предложил директор Хогвартса, а то, что это он, Вета уже не сомневалась, так как увешанный портретами презентабельных дедушек и бабушек кабинет, а также заваленный различными фолиантами и книгами стол, могли принадлежать, пожалуй, только ему.
Завулон, по-хозяйски развалившись в предложенном ему кресле, отрицательно покачал головой, и закинул ногу на ногу:
— Остальных. Но я бы предпочел заключать сделку с глазу на глаз, без участия посторонних, директор Дамблдор.
— О, поверьте мне, те, кого мы ждем, никак не посторонние, это напрямую касается и их. И как бы мне ни хотелось посвятить в наш уговор наименьшее количество людей, я не могу утаить это от моих, ммм, соратников.
— Дело Ваше, свое условие я уже поставил, от его выполнения зависит, получите ли вы то, что вам нужно, — с этими словами Завулон взял со столика лежавший ближе всего к нему свиток и стал со скучающим видом просматривать его.
— Ну, а Вы, дорогая, не ходите чаю? — небесно-голубые глаза посмотрели в зеленые Ветины, и девушке сразу стало так спокойно и тепло, как бывало только, когда ее обнимала мама.
«Странный волшебник, недобрый и незлой. Я бы сказала — серый».
— С лимонными дольками?
— Конечно, куда же без них, не правда ли, Минерва, — и волшебник посмотрел куда-то Вете за спину.
Девушка обернулась и увидела первого, а точнее первую входящую в кабинет «соратницу».
— Минерва МакГонагалл, моя заместительница и профессор Трансфигурации.
— Благодарю, Альбус, но без меня, — ответила женщина в зеленой мантии.
За ней последовал человек с хмурым, осунувшимся лицом, одетый во все черное: наглухо застегнутый сюртук и обвивающую ноги мантию.
— И, как Вы знаете, директор, без меня.
Северус, я рад, что ты вернулся. Северус Снейп, профессор Зельеварения, — маг кивнул и, хотя и пытался не показать этого, тяжело опустился в кресло около камина, тот тут же вспыхнул и весело затрещал, поедая сухие поленья.
Зельевар поплотнее закутался в свою, напоминающую крылья летучей мыши, мантию и устало прикрыл глаза. Женщина заняла место около Завулона, который также безразлично просматривал фолиант.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь звяканьем чашек о блюдца, треском поленьев и иногда возней сидевшего на шесте феникса. Птица заинтересовала Вету, и между глотками чая, любезно поданного ей директором Хогвартса, она стала наблюдать за ней: вот феникс взъерошил холку и переступил с ноги на ногу, усаживаясь поудобнее, вот приподнял крыло и уложил его обратно, чуть повернувшись боком к людям.
«Да, птичка, тебе тоже неуютно в этой комнате, заполненной людьми, которые при других обстоятельствах никогда бы не собрались в одном месте».
Феникс вдруг открыл левый глаз и пристально посмотрел на девушку, потом, видимо что-то решив для себя, взлетел с шеста и опустился Вете на плечо.
— Ой! — когти птицы больно впились в кожу, тонкая мантия из дорогого китайского шелка не была предусмотрена для защиты владельца от таких неожиданностей.
— Фоукс, ты что безобразничаешь? — Дамблдор нахмурился, но Вета, взглянув в глаза волшебнику, поняла, что тот, наоборот, очень доволен этим событием. — Вообще-то, Фоукс не ведет себя так вольно с незнакомыми людьми, но, похоже, Вы чем-то ему приглянулись.
— Ничего, директор, он же не понимает, — Вета посмотрела на заглядывающего ей в лицо феникса и в его глазах прочла насмешку «не понимаю?» — Хорошая птичка, — девушка погладила птицу по загривку.
В этот момент дверь в кабинет открылась и в нее с шумом влетел черноволосый парень в смешных круглых очках. Феникс, радостно вскрикнув, тут же сорвался с плеча Веты и уселся на подставленную темноволосым юношей руку.
— А вот и один из тех, кого мы ожидаем. Вета, господин Завулон, позвольте вам представить: Гарри, — темноволосый юноша улыбнулся Вете, и подозрительно посмотрел на Завулона:
— Рада познакомиться, — улыбнулась девушка растрепанному парню, гладившему птицу.
— Гарри, рассаживайся, сейчас придут остальные и мы начнем.
Мальчик с птицей на руке прошел мимо сидящего в кресле у камина мага, и как показалось Вете, специально задел того ногой, в ответ на что, маг прошипел что-то похожее на: «Поттер, где Ваши манеры, десять баллов с Гриффиндора», уселся на стул около директорского стола.
— И сколько мы будем еще ждать? При всем моем уважении к Вам, директор, я не могу надолго оставлять свой Дозор. У нас, конечно, мирное время, но всякое бывает, — вдруг подал голос Завулон, впрочем, как показалось Вете, без особого раздражения.
— Простите, это я виновата, пришлось, кхм, оформить больше бумаг, чем мы рассчитывали, — в кабинет вошла странная девушка с розовыми волосами, следом за ней с надменным видом проследовал высокий светловолосый парень с хищным лицом и взрослым взглядом стальных серых глаз, замыкал процессию русоволосый помятого вида немолодой мужчина.
— Нимфадора, Драко, Ремус, — по очереди представил вошедших директор, — а это наши гости леди Вета и господин Завулон. Итак, все в сборе. Господин Завулон, прошу.
— Мессир Завулон. Начну с представления. Я — Глава Дневного Дозора города Москвы, Россия, для тех, кто не знаком с магической не очень жизнью данной страны, поясню — это что-то вроде вашего Аврората, только наоборот, и мы не относимся к Магическому миру, существуем обособленно, по возможности.
— Как это?
— Мистер Поттер, Вам никто слова не давал. Вас пригласили сюда исключительно из вежливости, — маг у камина зашевелился, открыл глаза и зло посмотрел на покрасневшего то ли от смущения, то ли от злости парня.
— Ничего, юноша мне не мешает, — скучающим голосом произнес Темный маг.
Вета усмехнулась, но так, чтобы никто не видел.
«Еще бы тебе мешало, ты на копошащееся там, внизу, и внимания не обращаешь, но не упускаешь момента сказать или сделать в их адрес гадость просто ради развлечения».
Тем временем, Завулон продолжал:
— А моя внучка, Веталина Вилени, — кивок головы в сторону Веты, — является последним прямым потомком Рода Вилени и носит титул…
«Ну и зачем эта помпезность «носит титул и бла-бла-бла»
— … княгиня Вилени, Берегиня Перуна.
«Что?! А это еще что такое, не только княгиня, но и Берегиня? Не жирно ли мне будет, бедной?»
Вета обвела взглядом собравшихся: директор Хогвартса легко кивал головой, как бы подтверждая сказанные слова.
«Для него, по всей видимости, это не новость. И, правда, он же, похоже, вел переговоры обо всем этом с дедом».
Гарри заинтересованно, но без особых эмоций принялся рассматривать ее, дама в зеленом хмурилась и бросала взгляды на директора, Ремус и Нимфодора были скорее сосредоточенны на белобрысом парне, который безразлично окинул девушку своим высокомерным взглядом, как будто говоря: «ну и что, и не с такими общались», маг у камина с именем, похожим на имя отца Веты, только слегка побледнел и вцепился в поручни кресла, но через секунду опять закрыл глаза и отстранился от присутствующих какими-то своими думами.
— Как некоторым из вас должно быть известно, ее фамилия и титул означают, что она ведет совой род на прямую от бога Перуна-Громовержца. Не буду перечислять остальную ее родню… Для вас сейчас главное, что только моя внучка может найти одни очень интересующие и меня и Альбус артефакт. Господин Дамблдор, — Завулон склонил голову и посмотрел на старого волшебника.
— Да, артефакты. Как известно из дошедших до нас источников Доспехи, Перстень и Рог Перуна были уничтожены, а оставшиеся два утеряны в веках, однако, до меня дошли сведения, что Стрелы и Книга все же нет-нет, да мелькали в летописях. Это наводит на мысль, что артефакты сохранились до сих пор, нужно только найти их, — старый волшебник немного помолчал, обведя взглядом собравшихся, потом продолжил: — Надо сказать, что после неудачи с хоркруксами, последняя возможность победить Тома — это Стрелы Перуна.
— Директор, неужели от какого-то, по сути, маггловского оружия Волдеморт умрет окончательно? Ведь хоркруксы были его душой, а их уничтожение не только не убило его, но и сделало сильнее, — Вета обернулась к черноволосому мальчику: Гарри вскочил с кресла и теперь пристально смотрел на Альбуса Дамблдора.
Но ответил ему Завулон:
— По сути, юный Поттер, хоркруксы — ничто иное, как человеческая сущность живого существа, простите меня за тавтологию… если этот ваш Темный Лорд, — на этих словах Завулон фыркнул, — был воскрешен, то для него они остались не более, чем воспоминанием о прежней жизни. И, скорее всего, мешали своим существованием, так что вы своими действиями даже помогли ему обрести новую силу, не омраченную привязанностью к старым воспоминаниям.
— То есть что, хоркруксы ограничивали его силу после воскрешения, — Гарри недоуменно уставился на Завулона, и даже Северус слегка наклонился вперед и немигающим взглядом черных глаз смотрел на Темного.
— Тогда зачем он их вообще создавал? — подала голос девушка с розовыми волосами.
— Все элементарно, Ватсон, как проводник в мир живых. Хоркруксы помогли ему не умереть окончательно, а потом при обряде воскрешения найти путь обратно и даже получить половину силы, которой он обладал до своей смерти. После этого они стали ему мешать, так как блокировали своим существованием остальную часть силы, — пояснила Вета.
Все взгляды обратились на нее. Завулон приподнял бровь.
— Я не только «Дыбы и пытки» читаю на досуге.
— Но и книги по Высшей Некромантии. Мессир Завулон, Вы уверены, что подобные знания уместны в таком возрасте? — женщина в зеленой мантии, Минерва МакГонагалл, неодобрительно поджала губы.
— Воспитание этой юной леди — не моя обязанность. Она — глава Рода после смерти своих родных, а что они позволяли ей читать, а что нет, пока были живы — это на их совести.
Вета про себя фыркнула.
«А кто мне подарил Высшую Некромантию Древнего Египта на Beltane?*»
— Минерва, тише, моя дорогая. Главное то, что убить… Да, именно убить, и на этот раз навсегда, возможно, с помощью Стрел. Конечно, если поискать, найдется и другой способ…
— Только вот времени на поиски у нас почти не осталось, директор, — Поттер потер лоб и тяжело вздохнул.
Вета пригляделась к парню и поняла, что он, как в общем-то, и все здесь, если внимательно приглядеться, очень уставший человек, да и не ребенок уже.
— Да, Гарри — нет. Поэтому я пригласил сюда Мессира Завулона и его внучку. Княгиня Веталина, если верить легендам, а оснований не верить им пока нет, может определить место нахождения артефактов и найти их, но…, — у людей собравшихся в комнате при этом «но» вытянулись лица — только что они почти нашли способ победить Волдеморта, и тут это «но».
— Она — последний представитель Рода, и является только Берегиней. Место нахождения артефактов может открыться только ей, но этого недостаточно, нужен особый обряд, чтобы Вета смогла увидеть. Нужен человек, в чьей крови есть хотя бы капля Воинов Перуна — именно при взаимодействии Берегини и Воина первой откроется место нахождение артефактов, а второй сможет их достать и передать нам, — Вета внимательно посмотрела на Завулона.
«Вот оно, вот подвох, которого я боялась, знала же, что он будет…что ты задумал, милый дедушка?»

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 3.


«А вот этот коридорчик ведет к… »
Додумать она не успела, так как услышала придушенный то ли вскрик, то ли какое-то бульканье впереди, как раз за той дверью, которой и кончался коридор. Там находился бассейн, и, судя по всему, в нем кого-то топили. Задумчиво посмотрев на дверь, девушка все же решила, что иногда нужно потакать своему любопытству.
— Alohomora! — дверь как была заперта, так и осталась. — Даже так… Finite Incantatem! Alohomora! — дверь гулко стукнулась о стену.
Войдя в помещение, Вета сразу же заметила светловолосого человека посередине огромного бассейна на глубине в метра четыре. Человек был один, но явно с кем-то боролся и под водой дышать точно не умел, так как теперь уже не дрался, а пытался всплыть. Однако это у него не получалось, и движения становились все хаотичнее и медленнее, а невидимый враг тянул жертву все глубже и глубже.
— Хм, помочь, не помочь. Что бы сделал дедушка Завулон? Развернулся и ушел, так не уподобимся же всяким темным личностям! — жертва уже даже не пыталась всплыть, а вяло дрыгала конечностями…
— Как же там… Bubble-Head!*, — воздух, присутствующий в воде сгустился вокруг головы утопающего и образовал шар.
Жертва пару раз конвульсивно дернулась, вдыхая воздух, и, к облегчению Веты, опять стала активно отбиваться. Сражение человека, сражающегося с пустотой, напоминало танец спятившего осьминога.
Задумчиво повертев в руках волшебную палочку, Вета запихала ее в рукав мантии, вытянула правую руку с перстнем над водной поверхностью:
— Мой глаз узрит
Того, кто в водной толщи стоит,
И то, что закрывало зло,
Уйдет, как будто не было его!
И рядом со спасенным ею человеком начала материализоваться фигура нападающего.
— Ну вот, теперь интереснее, — Вета удобно устроилась на краю бассейна и стала наблюдать за разворачивающейся перед ней схваткой, — Жаль орешков нет, погрызла бы.
Тем временем, удары на нападающего посыпались один за другим и, видимо, были весьма ощутимы, так как скоро противники поменялись ролями:
— О, печень… селезенка, солнечное сплетение… ага, и контрольный в голову, — «спасенный» все же одолел своего противника и стал всплывать, таща того «на буксире».
Вот, наконец, над водой показалась голова. Вета встала и хотела уже помочь человеку выбраться, как вдруг…
— И не надейся на мою благодарность, я тебя не звал и в твоей помощи не нуждался, — придушенно просипел Драко Малфой, вытаскивая «трофей» из воды.
— Малфой… Какого черта? Да если б знала, что ты…
— То что? Не стала бы даже палочку вынимать? Навряд ли я тебе нужен, да? Ооочень сильно нужен, иначе ты бы со мной не пыталась заговорить после всего, что было. Ты же гордая!
— Я тебе тоже нужна. Дамблдор…
Дамблдор может идти туда же, куда и твой Завулон.
— Тогда что же ты тут делаешь, зачем согласился на все ЭТО?! Другого выбора не оставил твой добрый дедушка — любитель лимонных долек?! И ничего у нас с тобой не было, ничего, что стоило бы помнить! Запомни — ни-че-го!
— Ничего, говоришь? Напомнить? — с этими словами парень стал приближаться к Вете с нехорошей усмешкой.
— Не подходи, а то я… я…, — Вета испуганно попятилась к выходу.
— Ну что ты, что ты — убьешь меня? Сомневаюсь, — и неожиданно рванувшись на перерез девушке, он схватил ее за плечи, лишив способности двигать руками, прижал к своему мокрому телу и яростно впился поцелуем в губы.
Вета пыталась отбиваться, но Драко был сильнее, выше и злее. Оторвавшись от губ девушки, Малфой посмотрел на струйку крови, стекавшую из ее прокушенной нижней губы:
— Ты этого хотела, да? Этого?! — и парень снова наклонился к ней, намереваясь снова ее поцеловать.
— Отпусти меня сейчас же, мерзавец! — Вета сумела освободить одну руку и, размахнувшись, со всей силы ударила Драко по щеке.
Не ожидавший нападения парень сделал несколько шагов назад, потряс головой и недоуменно уставился на девушку. На его щеке медленно проступал красный след от удара.
— Ты меня ударила! Чертова ведьма, да ты…! — Вета подняла руку с зажатой в ней палочкой, и парень отступил еще на пару шагов назад, опустив поднятый для удара кулак:
— Rego Orum Shakari Orus!*— прокричала девушка, указывая на Драко.
— Рехнула…, — волна горячего воздуха пронеслась поверх плеча парня. Драко резко обернулся: стоявший за ним человек с поднятой волшебной палочкой вдруг вспыхнул ярким факелом и в то же мгновение осыпался кучкой пепла на пол, — … сь… ты его испепелила?!
— Кто это такой?! Что здесь происходит?! Почему он на тебя напал?!
— Сколько вопросов, думаешь получить на них ответы? Может, это последствия твоего идиотского поступка сегодня на завтраке, — презрительно фыркнул парень, подойдя к тому, что осталось от нападавшего:
— Windo!*, — и пепел сдуло в бассейн.
Вета повернулась лицом к Драко, ощупала свою губу. Малфой надменно приподнял бровь:
— Больно? Ничего, переживешь! И запомни: не выводи меня и не лезь в мои дела, -тебя это не касается, а теперь прочь с дороги! — оттолкнув девушку с пути, прорычал маг.
Вета недоуменно посмотрела вслед стремительно вышедшему вон Драко:
— Сумасшедший! Вот и помогай потом людям. Прав Завулон — любое добро наказуемо.
Девушка устало вздохнула и решила на этом закончить прогулку — подобного рода волшебство отнимало у нее теперь очень много сил.
«В каюту — спать до обеда!»

Сколько Вета в обед ни высматривала Драко среди гомонящей толпы из опасения нарваться на неуравновешенного парня, но так и не нашла его. В конце концов, решив, что ей это в благодарность за доброе дело, успокоилась. Охота общаться с ним после сегодняшнего случая в бассейне у девушки пропала окончательно.
«А общаться все равно придется, и ты это знаешь, только вот он, похоже, очень этого не хочет, но в одиночку мы можем искать эти артефакты до скончания веков».
От ужина и прогулок по палубам Вета решила отказаться — заклинание испепеления отняло у нее слишком много сил, да и лишний раз встречаться с Драко ей вовсе не хотелось:
«Пусть остынет».
Решив это, девушка с трудом дошла до своей каюты и, не раздеваясь, легла спать.
«— А что, нельзя было как-нибудь поближе к этому замку переместиться, или порт-ключ не сработал? — запыхавшись, просипела Вета в спину стремительно шагающего Завулона.
— Барьер, — с явной неохотой пояснил Темный, даже не обернувшись.
— Аааа, ну, это, конечно, упрощает мне дело догнать тебя! Ты можешь помедленнее?
— Нет, я могу побыстрее. Здесь не спокойно, к тому же, я о тебе забочусь, — Вете показалось, что Завулон пошел еще быстрее.
— И каким образом? Делаешь так, чтобы я умерла от разрыва легких или свернула себе шею, споткнувшись на этой, с позволения сказать, дороге? А еще говорят в России дороги — беда.
— Я забочусь, чтобы о нас никто не знал. Тебе же проще будет, если туда, куда тебя отправят, никто не догадается, что ты как-то связана с Хогвартсом.
— Иди медленнее! Я сейчас скончаюсь от переизбытка кислорода…
— И, правда, Завулон, негоже так загонять девушку. Здравствуйте, юная леди, как добрались, без приключений? — Вета вздрогнула и подняла голову.
Перед Завулоном стоял пожилой волшебник с длинной белой бородой, голубыми, как небо, глазами, в очках-полумесяцах, длинной темно-синей мантии со звездочками и такого же цвета остроконечном колпаке.
«Мило, как волшебник из сказки».
Тем временем «волшебник из сказки» внимательно осмотрел Вету, а, заметив, что девушка тоже смотрит на него, хитро подмигнул ей, улыбнувшись в бороду:
— Но господин Завулон в одном прав: не спокойно сейчас в окрестностях Хогвартса, и лучше, чтобы вас тут никто не видел, поэтому следуйте за мной, пойдем коротким путем, — с этими словами старый волшебник развернулся и исчез в ближайших зарослях волчьих ягод.
Схватив застывшую Вету за руку, Завулон последовал за ним.

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 2.


Войдя в столовый зал, заполненный гудящей толпой голодных детей и подростков, Вета поморщилась:
«Опять та же картина. Как хорошо было в закрытой школе у Деметриуса: тихо, просторно, светло… Но придется приспосабливаться, я же хочу жить? Хочу, так что, да здравствует толпа и общение!»
Проталкиваясь к шведскому столу, стоящему у противоположной входу стены, девушка вдруг заметила мелькнувшую белую шевелюру:
«Так, так, так, какие люди — Малфой собственной персоной. Ну, здравствуй, Дракоша».
Усмехнувшись и быстро покидав в тарелку первую попавшуюся еду, Вета устремилась за мелькающим в толпе хогвартским «принцем».
Нагнав Малфоя у самой дальней стены, девушка подождала, пока он усядется за стол, ловко скользнула к нему, толкнув по пути какого-то второкурсника, который пролил кашу на пол, и, громко звякнув тарелкой с завтраком о столешницу, уселась напротив Драко:
— Ну, здравствуй! — и обворожительно, как удав кролику, улыбнулась в раз помрачневшему парню, — Как жизнь молодая?
— Убирайся, Вилени, — Драко попытался встать, но Вета схватила его за рукав мантии и с силой дернула обратно.
— Сиди. Не понимаю, чего ты кривишься: я чистокровная, богатая, не уродина. Так что терпи. Вот я же терплю.
— А меня не волнует, что ты там терпишь, а что нет, — вскочив из-за стола, парень ринулся из зала.
— Стой, давай поговорим, — Вета тоже вскочила и попыталась остановить Малфоя, но не рассчитала и так сильно дернула его за руку, что они оба потеряли равновесие, и девушка упала вслед за парнем, то есть сверху на него.
Открыв глаза, Вета уперлась взглядом сначала в подбородок, потом в побелевшие от гнева губы, а затем взглянула в прозрачные светло-голубые глаза, выражение которых ничего хорошего ей не предвещало:
— Если ты сейчас же не слезешь с меня и не отвалишь, я тебя придушу прямо здесь. Идиотка, на нас же все пялятся! Не хватало еще, чтобы ОНИ догадались! — прошипел парень в лицо Вете, но девушка не могла оторвать взгляда от этих глаз, они как будто гипнотизировали ее.
Не дождавшись реакции на свои слова, Малфой чертыхнулся, грубо спихнул с себя Вету на пол, вскочил и, растолкав собравшихся зевак, выбежал из зала.
Вета потрясла головой, и, ойкнув, потерла ушибленный затылок:
— Грубиян! Хотя он и прав… Надо следить за своими эмоциями.
«Что, черт возьми, это было? Я как кролик перед удавом — лапками пошевелить не могла, мозгами, впрочем, тоже. Какие глаза: странные, глубокие, страшные… Такие глаза я видела только у одного человека — Северуса Снейпа: уставшие, видевшие похоже то, что врагу и в ночных кошмарах не пожелаешь. Но испытавшему много боли, много потерявшему и безумно одинокому Мастеру Зелий почти сорок, а Драко всего семнадцать или нет? Что-то я упускаю, или чего-то не знаю, поэтому картинка от этого не складывается. Ненавижу пазлы!»
С этой мыслью Вета вернулась к своему завтраку и с отвращением посмотрела на салат из морской капусты, схваченный ею впопыхах. Отодвинув тарелку, девушка решила, что без завтрака от голода не умрет, ретировалась из зала, и, чтобы как-то убить время до обеда, пошла гулять по палубам.

Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 1.


«Вета, тяжело вздохнув, опять села на диван, понимая, что сейчас будет выставлен счет за нужную ей информацию, и этот счет будет без всяких «скидок на родство»:
«Да, отец был прав, своя кровь для этого Темного не значит ровным счетом ничего, он во всем ищет выгоду исключительно для себя, не тяготея, никакими принципами».
— У тебя осталось полгода, чтобы найти убийц. Я думаю, ты чувствуешь, что время на исходе — слабость, сонливость после сотворения заклинаний, плохой аппетит… Поэтому, моя дорогая, выбора у тебя нет: или помогаешь мне и узнаешь имена убийц, или через полгода род Вилени закончится на тебе. Поверь, долго плакать не буду. Хоть ты мне и внучка, но…
— … но тебе на это откровенно с высокой колокольни.
— Я никогда не хотел детей, Марана решила за меня. Дети, видишь ли, отнимают некоторую часть силы родителей.
Вета задумчиво крутила фамильное кольцо и рассматривала свои тонкие бледные пальцы, ей вспомнились мамины слова:
«У тебя руки как у ребенка».
«Если бы я была ребенком, мама, как бы тогда все было просто».
— Итак, что ты хочешь от меня? Я не самая сильная ведьма, и с каждым днем мне становится все труднее колдовать.
— По большому счету мне твои магические силы и не нужны. Ты знаешь, что фамилия Вилени восходит к славянским друидам — ведунам? Считается, что сам Перун некогда взял в жены смертную женщину — дочь своего главного жреца — для того, чтобы создать воинов — защитников своего культа. У этой женщины родилось пять сыновей…
— И одного из них звали Вилени. Я знаю эту семейную байку. При чем тут убийцы отца и конкретно я?
— Не перебивай. Распустил тебя Деметриус! — Завулон гневно скрипнул зубами, и в комнате резко похолодало.
Вета поежилась:
«Нервишки у деда пошаливают».
— С вами не только нервишки шалить будут. Так вот, на чем я остановился?… Ах, да! Как и подобает полубогам, воины эти были наделены сверхъестественными способностями. Кроме того, у каждого из них имелось уникальное оружие. Три артефакта были уничтожены во время сражения с последователями нового Бога, а вот два до сих пор существуют, но считаются утерянными.
— Стрелы и Книга Перуна, — Вета побледнела: что это за артефакты и какую силу они в себе несут, она знала еще из рассказов отца. — Но зачем они тебе? Это же как атомная бомба магглов! Такое оружие должно быть забыто и погребено в самом недоступном месте на Земле.
— В общем-то, тебя не касается зачем. Напомню, от выполнения моей Просьбы зависит ТВОЯ жизнь, а что это по сравнению с жизнями других, не так ли?
«Да, в чем-то он прав, какая мне разница, для чего ему это все? У меня и своих проблем сейчас выше крыши, к тому же…»
— … к тому же, не согласишься ты, найду кого-нибудь другого. Мне нужна Книга, Стрелы отдашь другому, они мне за ненадобностью.
— И этого достаточно, чтобы тебя не интересовали Стрелы? А если этот второй кто-то заинтересуется и Книгой?
— Ну, дорогая, не маленькая уже, не впервые избавляться от конкурентов, не так ли? — Завулон хохотнул, — Знаю я, что случилось с той милой блондинкой, которая строила глазки тому цыганчику. Видеть-то она будет?
Вета пожала плечами.
— Вот, а ты после всего этого говоришь, что я злой и нехороший. Я в отличие от тебя творю зло для достижения глобальных целей, а ты хулиганишь…
— Отвлекаешься, — ведьма передернула плечиками: подобные разговоры о ее моральных принципах бесили ее; по крайней мере, СВОЕЙ крови она никогда не пакостила.
— Так, я почти все рассказал, что тебе необходимо знать: мне нужна Книга, тем, кто поможет ее найти — Стрелы. Обоюдовыгодная сделка.
— Слышится мне во все этом какой-то подвох…
— Дорогая, никакого подвоха, только правда и ничего кроме. За одним дополнением: мы едем в Англию. Сейчас».
Резко сев в кровати, девушка недоуменно стала озираться по сторонам:
— Я все-таки плыву в эту треклятую школу. И зачем только дала себя втравить в эти магические разборки, да еще и английские?
«Зачем, зачем? Себе-то не ври! Не было у меня выбора, потому что я не собираюсь умирать в ближайшие лет двести. Главное, чтобы Завулон сдержал слово».
— Ну нет, ну что же это такое! С такими рассуждениями пора закутываться в саван и ползти по направлению к кладбищу — вот хотя бы к Смоленскому — благо местечко уже знакомое, — Вета недобро усмехнулась своим словам и мыслям, и, спрыгнув с постели, подошла к кувшину с водой, заботливо приготовленному домовыми.
Умывшись и кое-как придав вид нормального каре своим жестким черным волосам, стоявшим после сна дыбом, девушка стала решать насущную утреннюю проблему всех девушек мира — что бы одеть. Хорошо еще, что время от времени можно было обходиться без макияжа. Родители не обделили ее ни длинными черными ресницами, ни черными же бровями, изящно изгибающимися дугой, ни яркого цвета губами. Единственное, что ни один, ни другой родитель не дал девушке — это нормальный цвет лица: в отличие от своего деда — грека Деметриуса — кожа Веты никак не воспринимала загар; даже сгорая на солнце, та только краснела, а через несколько дней опять принимала свой естественный цвет — бледный до синевы. Вета, пригладив выбившийся локон, брызнула в зеркало водой:
— Вампиры должно быть сдыхают от зависти, когда смотрят на тебя. Только глаза подкачали — зеленые, а были бы черные – все, туши свет и спи в гробу.
В это время по кораблю пронесся гул — сигнал к завтраку.

1 с 212