Почему Я? Глава 2. Корабль и всякие разные «приятности». Часть 7


Дождавшись отбоя, когда все корабельные светильники приглушали свой свет, и наступал полумрак, а кое-где и темнота, Вета выскользнула из каюты. Спустившись на палубу мальчиков, девушка, стараясь быть в тени, стала искать каюту своего «напарника»:
— Да где же, а, вот, — девушка постучалась:
— Малфой, открой — это Вета, у меня к тебе серьезный разговор, — ответа не последовало. — Драко, открывай — за дверью послышалось приглушенное фырканье. — Открывай, или я тебе дверь высажу, — зашипела Вета и опасливо оглянулась по сторонам — коридор был пуст.
— Что, Крам не остался на ночь, решила попытать счастья здесь? — юноша приоткрыл дверь. Он оказался одет в черные шелковые пижамные брюки, волосы были взлохмачены, красные уставшие глаза, сузившись, недобро смотрели на нее.
— Впусти меня, Малфой, это правда серьезно, — Вета попыталась протиснуться в образовавшуюся щель между парнем и дверью.
— Да ты что? — Малфой даже не пошевелился, — а твой любовник не может тебя выслушать? Но учти, он любитель грязнокровок, так что рискуешь быть брошенной ради мугродья.
— Сколько слов и все не по адресу, можешь не плеваться своим ядом в меня, на ваши заморочки с чистотой крови мне глубоко начихать, — с этими словами девушка сильно пихнула Драко в грудь, затолкав в комнату, влетела в нее сама и быстро закрыла дверь.
— Да что ты себе позволяешь! — восстановив равновесие, больно схватил Вету за руку парень.
Вета поморщилась:
— Отпусти, и так уже изувечил.
— А сейчас изувечу еще больше, если не уберешься отсюда. Мне казалось, мы вчера все выяснили — не суйся ко мне, ни с вопросами, ни с разговорами!
— Да нет, мы только начали. Если забыл, напомню — ни ты, ни я не найдем по одиночке артефакты, «только став единым целым, Берегиня и Воин обретут наследие».
Маг сжал кулаки и скрипнул зубами, но быстро взял себя в руки и, скрестив их на голой груди, холодно спросил:
— И как ты себе представляешь это наше единство?
— Исключительно в кошмарном сне, но иногда обстоятельства сильнее наших желаний. Я надеюсь, даже со всей твоей избалованностью и испорченностью, ты все же сможешь это понять…со временем, — проговорила Веда и, спихнув лежащие на кресле свитки на пол, уселась в него, закинула ногу на ногу и стала покачивать носком туфли.
— Явилась оскорблять? Думал, ты умнее, — Малфой прислонился спиной к стене и стал лениво и презрительно разглядывать сидящую перед ним девушку, — и Хэллоуин через два месяца, если ты не знаешь, — юноша скривился от ее прически.
Вета вздохнула.
«Пора переходить к делу, а то пререкаться мы можем часами».
— Малфой, я на счет Крама.
— Тебе нужно мое благословение? Вперед, Вилени, я разрешаю, — парень кивнул на дверь.
«Ах ты! Ладно, я тебе потом это припомню, если бы ты не был мне нужен, сейчас бы уже корчился под Crucio».
— Крам что-то знает или подозревает, — Вета внимательно посмотрела в глаза Драко, в них на секунду мелькнуло беспокойство, тут же скрытое за маской безразличия:
— Не бойся, тебе и твоему любовнику я мешать не буду.
— Драко! Ты же прекрасно понял, что я не о нас, то есть не в том смысле. Он, кажется, знает что, по крайней мере, я здесь не просто так. Причем, знал он это еще до того момента, как мы познакомились. Именно он подвозил меня до места отправления, когда мой порт-ключ ошибся местом.
— Если кажется — поплюй через плечо. Порт-ключ не мог ошибиться, его настраивал директор Дамблдор при нас, и заменить его тоже не могли, если ты хотела это сказать, — перебил начавшую говорить Вету Малфой. — Может, ты сама с ним что-то сделала по глу…
— Ой, только вот не надо опять, начал же нормально разговаривать. Кстати, то, что я рассказала, тебя тоже обеспокоило, я заметила и не отпирайся.
— Хорошо, согласен, мне это не нравится: совпадений в таком деле, как наше, и правда не бывает, но что прикажешь мне теперь делать, защищать тебя, не выходить из каюты, шарахаться от любой тени? — презрительно усмехнулся Драко.
— Не думаю, что инстинкт самосохранения у тебя присутствует, но как лицу заинтересованному, я решила тебе рассказать о своих подозрениях, но раз для тебя это не повод вести себя осторожнее, что ж, за сим, как говориться, откланиваюсь, пишите письма мелким почерком, — Вета поднялась из кресла и шагнула к двери.

Внезапно перед ее носом мелькнула рука Малфоя, и, упершись ею в косяк двери, он загородил проход:
— Держись подальше от Крама, он опасный человек.
— Как ты, что ли? — спросила Вета, скосив глаза на левое предплечье парня, на котором была вытатуирован череп, изо рта которого выползала, извиваясь кольцами, змея.
— Возможно, — серьезно посмотрев на девушку, произнес Малфой.
— Ты же не веришь, что он один из слуг Волдеморта — Упивающихся смертью.
— Никогда не произноси его имени при мне! — парень скривился, а метка на секунду окрасилась багряным светом.
Вета испуганно вздрогнула и посмотрела на Драко, который, справившись с вспышкой боли и гнева, продолжил:
— Я этого не подтверждаю, но и не отрицаю. Я оперирую фактами, а не придумываю себе проблемы и врагов, я же не Трелони.
Вета приподняла брови — кто такая эта Трелони, она не знала:
— Факты говоришь… А если будут факты, то что?
Малфой фыркнул:
— Ну, ты же у нас здесь великая отравительница, вот тебе и карты в руки, а мне он не мешает.
Вета внимательно посмотрела в глаза парню, но они были холодно-безразличные.
«Хм, они у него обычно не такие прозрачно-голубые».
— Что ж, значит, разберусь сама, раз уж мне разрешили, — Вета картинно склонила голову в покорном поклоне вассала перед феодалом и вопросительно посмотрела на руку Малфоя. Тот, открыв дверь, посторонился:
— Захочешь поговорить со мной в школе, не врывайся в мою комнату, найди более безопасный способ.
— И тебе удачи.
Добравшись без приключений до своей каюты, Вета быстро разделась и юркнула под одеяло.
«Забыла его спросить, кто же его топил?»
«— Вилени, давай покончим с этим как можно быстрее, я устал, а завтра много дел, — кинул через плечо Драко, наливающий себе вино, растерянно стоявшей в дверях и нервно переминающейся с ноги на ногу девушке.
— Будешь? — юноша повернулся и кивнул на свой бокал.
— Огневиски нет? — не своим голосом произнесла Вета, стремительно шагнув к парню. — И можешь звать меня Вета.
— Ооо, какие серьезные вкусы, прошу! — юноша поставил на стол бутылку и уселся в кресло, никак не отреагировав на последние слова девушки.
Вета откупорила бутылку, сделала большой глоток прямо из горлышка, закашлялась и совсем по-детски шмыгнула носом.
— Что уставился? — бросила она усмехнувшемуся мужу.
«Да, именно мужу, теперь у меня есть муж. Дикость какая! Мама, я хочу домой, забиться в свою кровать, свернуться клубочком и забыть обо всех своих и чужих проблемах.
Дааа, а где же моя смелость? Кончилась смелость после того, как жизнь сделала такой крутой вираж за последние семьдесят два часа — явление Завулона, поездка в Англию, «приятные новости», замужество — причем обязательно надо было для полного счастья выйти за человека, который меня презирает и ни в грош не ставит.
Кто он такой, этот Малфой, чтобы так со мной разговаривать, я ж не какая–нибудь там…
Черта с два меня это волнует! Мне же наплевать на мнение других! И трушу я из-за другого — надо было закрутить роман хотя бы на время каникул, раз повезло учиться в закрытой школе для девочек, набраться опыта, чтобы потом дурой не выглядеть, а я: «У меня будет только один мужчина и только после свадьбы». Вот теперь «единственный», которого врагу не пожелаешь и на всю жизнь, без права развода».
— О чем задумалась, Вилени? Как бы сбежать? — Малфой насмешливо сверкнул глазами поверх бокала. — Боишься? Ну надо же, а я думал ты вся такая смелая, а ты секса испугалась. Ну, спасибо Дамблдору: мало того, что на ребенке заставил жениться, так еще и девственницу подкинул, — уже откровенно потешался парень.
— Ах ты! Кто тебе позволил надо мной смеяться! Я тебе не какая-нибудь там, я — княгиня Вилени, мой Род один из известнейших и могущественнейших черно-магических семейств в мире. Я никому не позволю себя оскорблять! — парень скептически приподнял бровь и ухмыльнулся, как бы говоря — уже позволяешь
— Да если бы не ситуация! — продолжала бушевать Вета. — И я твоя ровесница, и с чего ты взял, что я девица, и меня никто не подкидывал. И у тебя никто у горла с ножом не стоял, мог бы не жениться, вот бы я расстроилась, — уперла руки в бока девушка и гневно нависла над Драко.
Малфой поджал губы и зло сверкнул глазами:
— Все, хватит трепаться, давай к делу, — резко вскинув руки, Драко схватил девушку, буквально опрокинув ее на себя. Подхватил под ноги, он перекинул ее через плечо и пошел в спальню.
Войдя, он кинул Вету на кровать и стал быстро раздеваться, пользуясь тем, что девушка пребывала в легком ступоре от его действий. Раздевшись, парень забрался на кровать, левой рукой обхватил запястья Веты и завел за голову, а правой начал снимать с девушки одежду:
— Черт, вечно с вами возиться надо, — пробормотал парень, спустив лиф платья до талии.
В это время Вета очнулась от напавшего на нее ступора и попыталась столкнуть Драко с себя, резонно решив, что разговорами остановить его не получится, но не тут-то было, парень сжал бедрами ее ноги:
— Но-но, без выкрутасов. Расслабься, ДОРОГАЯ, я тебя надолго не задержу, — хищно усмехнулся Малфой в лицо Вете.
Девушка предприняла еще одну попытку вырваться, лягнув парня в голень, но тот только сильнее сжал ее ноги и впился поцелуем в губы…
«Великолепно, Завулон будет у меня по гроб жизни в долгу. Быть изнасилованной собственным мужем в свою брачную ночь — блеск».
Вета почувствовала, как правая рука мужа ползет по ее бедру все выше и выше. Малфой оторвался от губ девушки и припал ртом к ее груди. Девушка еще раз попыталась вырваться, но вдруг в голове зашумело, в глазах потемнело, и девушка обмякла.
Остальное Вета видела через какую-то дымку: Драко закидывает ее ногу себе на талию, придавив девушку так сильно, что ей покажется, что ее кости не выдержат, его руки блуждают по ее телу: гладя, лаская, возбуждая, тело выгибается дугой от наслаждения. Драко кусает ее шею, тянет зубами за мочку уха, посасывает то один, то другой сосок, прокладывает влажную дорожку поцелуев вниз, его сильные пальцы гладят ее там, возбуждая до того, что с губ срывается хриплый стон. Резкая боль — что-то горячее и твердое, оно двигается и ее тело ловит ритм, жаркая волна прокатывается по всему телу, ее руки уже никто не держит, она сама впивается ногтями в мускулистую спину, обхватывает ногами его торс, при каждом толчке подталкивая его ближе, глубже, вот особенно мощный толчок… В нее течет что-то теплое, по телу проходит горячая истома, девушка выгибается, и с губ срывается крик, приглушенный яростным поцелуем.
Темнота.
Очнулась Вета в кромешной темноте, все тело ломило так, будто по ней пробежалось стадо мустангов, внизу саднило.
«Ох, и как люди после этого вообще двигаются».
Девушка с трудом привстала, опираясь на локти. Пошарив рукой справа от себя, куда, если ей не изменяет память, перекатился после Драко, девушка никого не нашла, а простыня была холодной.
«Смылся!»
Почему-то эта мысль больно кольнула девушку в районе сердца.
«Ну и фиг с ним, больно надо, я даже не хотела его. Или хотела?»
Потом мысли перепрыгнули на другое.
«Чего это я так вырубилась? Добрый дедушка подмешал что-то в чай? Огневиски? Впрочем, дедушка может и недобрый, но умный, так бы я своему муженьку чего доброго оторвала кое-что, и не было бы у нас детей, а так…
Признай, тебе даже понравилось. Вон, никаких сожалений, кроме того, что любовник по-тихому смотался.
Да, по-видимому, я за несколько мгновений превратилась в мазохистку. Не пойти бы тебе с такими предположениями куда-нибудь подальше?
Не ругайся, на правду не обижаются, признай, муж твой – классный любовник, и ты бы не прочь еще.
Да я его! Ненавижу, вот!
Ха, ха, себе-то не ври».
Вета упала обратно в кровать и завернулась в одеяло.
«Да, себе не соврешь, но главное даже не то, что я не жалею, а даже наоборот, главное, что осталось – найти место и разыскать артефакты. Времени до января».
Сладко зевнув, девушка погрузилась в сон…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.