Наследник Темного Лорда. Глава 9


Джинни, передашь Когтевранцам, что сегодня в восемь будет собрание сама знаешь где, — сказала Гермиона и перевернула страницу энциклопедии «Заклинания Самозащиты».
— Хорошо, — ответила Джинни и, на прощание поцеловав Дина, вышла из гостиной.
— Как же хорошо, что сегодня у нас нет первого урока, можно спокойно поваляться в кровати.
— А чего тогда так рано встал? – спросил Рон, спускаясь с лестницы.
— Привычка, — ответил Дин.
— Ах, да, — протянул Рон, — с добрым утром вас.
Гермиона резко вскинула голову, дабы удостоверится, что это действительно Рональд Уизли.
— С добрым, – выдавила она из себя.
— Что читаешь?
— Готовится к… — Дин огляделся по сторонам, и, удостоверившись, что никто не подсматривает, продолжил, — к занятиям О.Д.
— Так вы уже решили, где мы будем их проводить? — У Рона загорелись глаза, и он сел рядом с Дином.
— Да, сегодня в восемь, — ответила Гермиона, нехотя отрываясь от книги. – Дин, скажешь Пуффен-дуйцам о месте встречи, тебе же Джинни объяснила, как туда пройти.
— Нет проблем.
— Слушай, Гермиона, ты не могла бы помочь мне с эссе по зельеварению? – спросил Рон с самым невинным выражением на лице.
Гермиона подняла голову и посмотрела на своего друга.
— Списывать не дам, принеси хотя бы свои наброски, — сказала она и улыбнулась.
— Герм, ты лучшая подруга на свете, — казалось, Рон светился от счастья.
На глаза Гермионы невольно навернулись слезы. Если бы сейчас здесь был Гарри, он бы посмеялся над ней. Какая же она дурочка, что вот так вот плачет из-за каких-то пустяков. Рону просто нужно было время. Ведь ему тоже было нелегко. И вот сейчас Гермиона в это искренне поверила, ведь они вновь стали друзьями.
— Гермиона, ты чего? – спросил Дин.
— Ничего, просто в глаз что-то попало, — ответила она. – Извините, ребят, но мне срочно нужно идти, я … я забыла дописать доклад про Крапиву Кровавую. — Схватив все свои учебники, она быстро двинулась в сторону спальни для девушек.
— Что это с ней? – спросил Дин.
— А кто знает, этих девчонок, вечно плачут по пустякам, — Рон посмотрел вслед только что ушедшей Грейнджер с широкой ухмылкой. – Еще немного, и ты будешь моей, — прошептал Рон.
— Что ты сказал?
— Ничего из того, что тебе нужно было бы знать, — ответил Рон и направился к спальне мальчиков.

Гермиона резко захлопнула дверь своей спальни. Книги, которые она прижимала к груди, с грохотом упали на пол. Она прислонилась к двери и закрыла глаза. По щекам текли безмолвные слезы. Гермиона закрыла лицо руками. За что? Почему всегда, когда она думает о нем, ей хочется плакать? Что же это получается? При встрече с ним она вообще упадет в обморок? Нет, так нельзя, нужно взять себя в руки. Гарри жив, здоров, с ним совершенно ничего не случилось, и она скоро увидит его, совсем скоро. Но почему плакать хочется все больше и больше? Почему сердце сжимается, когда она думает о нем? Почему трудно дышать при мысли о том, что он ее не помнит?
— Просто он мой лучший друг, — отвечала сама себе Гермиона. – Мы с ним дружили целых 4 года, поэтому мне и страшно… нет, поэтому я и беспокоюсь за него, ведь он мне как брат. Да, точно, он мне как брат.
Гермиона тыльной стороной ладони стерла слезы с лица и, подняв с пола упавшие книги, аккуратной стопкой сложила их у себя на столе.

***
Гермиона и Рон сидели в Выручай-комнате, ожидая членов О.Д. Рон от нечего делания стал рас-хаживать по комнате, рассматривая приборы для выявления врагов. Гермиона взяла с полки «Проклятия для Проклятий», уселась на ближайшую подушку и начала читать.
Кто-то негромко постучал в дверь. Гермиона оглянулась. Прибыли Джинни, Невилл, Лаванда, Парвати и Дин.
— Стоп, — сказал Дин, пораженно оглядываясь вокруг. – Что это за место?
Гермиона начала объяснять, но прежде, чем она закончила, прибыли еще люди, и она была вы-нуждена начать сначала. К тому времени, когда наступило восемь часов вечера, все подушки уже были заняты. Джинни подошла к двери и вынула ключ из замка; раздался довольно громкий щелчок, и все затихли, смотря на нее. Гермиона отметила страницу в книге, которую читала и отложила в сторону.
— Хорошо, — сказала Джинни немного нервно. – Это место, которое мы нашли для наших занятий.
— Это фантастика! – сказала Чжоу, и несколько человек пробормотали, соглашаясь.
— Странно, — сказал Фред, хмурясь. – Мы однажды спрятались здесь от Филча, помнишь Джордж? Но тогда это была лишь кладовая для метел.
— Хорошо, я думала о том с чего начать и пришла к выводу, что мы должны выбрать лидера, — ска-зала Гермиона.
— Гермиона, ты единственная среди нас, у кого получаются абсолютно все заклинания с первого раза.
— Спасибо, Джинни. — Гермионе стало немного неловко. – Но я думаю, что мы должны проголосо-вать. Так будет честнее.
Руки подняли абсолютно все, хотя было видно, что многие еще не уверены.
— Э-э-э, спасибо, — пробормотала Гермиона, чувствуя, что начинает краснеть.
— Итак, название у нас уже есть, лидер есть. Осталось только окончательно утвердить наше расписание, — сказала Джинни и, взяв у Гермионы листок со списком и подписями членов О.Д., повесила его у ближайшего стеллажа.
— Это верно, — сказал Дин. – У нас же ведь есть еще и тренировки по квиддичу, собрание в разных клубах…
— Профессор Амбридж не дала разрешение на дальнейшее существование клуба – Плюй камни, — невеселым голосом отозвалась Полумна.
— А ведь мы у нее даже не брали разрешения на наше собрание! – вскричала Ханна Эббот.
— Нам его в любом случае не дадут, — спокойно сказала Гермиона. – Я понимаю, что для старост и для остальных тоже, — добавила она под злобными взглядами трех Когтевранцев, — это рискован-но, но мы не заставляем никого находится здесь и участвовать в нашем своевольном сборище. Кто хочет, может сейчас же уйти, — никто не сдвинулся с места. – Отлично. Раз никто не против, то сразу хочу предупредить, что если хоть один из вас, — она обвела взглядов всю комнату, — проболтается о нашем собрании, пусть даже обычному таракану, то мы непременно узнаем этого предателя, и он понесет должное наказание. Это не угроза, это всего лишь предупреждение.
— Мы поняли, Гермиона, — сказала Чжоу, сзади ее подруга нервно сглотнула.
— Я так и знала, что вы все поймете, — уже переходя на другой тон, сказала Грейнджер. – А теперь я хотела бы всем раздать по жетонам. — И она вытащила из сумки обычный галеон.
— Решила открыть благотворительный фонд? – усмехнулся Захария Смит.
— Нет, это не настоящие галеоны. Я их заколдовала так, чтобы мы смогли вам сообщать место встречи, не разговаривая. В смысле, я пишу на своем жетоне время и место встречи, жетон нагревается и становится красного цвета. Достав его, вы можете увидеть отправленное мною сообщение. Я думаю, это очень удобный способ, чтобы сообщать вам о следующих собраниях. Делать это с глазу на глаз слишком рискованно. Советую носить их с собой, желательно в карманах, и не терять. — Гермиона начала расхаживать по комнате, раздавая всем по фальшивому галеону.

***

Виссарион со всей силой пнул кровать. Он был зол, очень сильно зол на Волан-де-Морта. Сильвия принадлежала ему, Лорд не имел никакого права использовать ее. Из его палочки посыпались красные искры. И что же там говорила Сильвия? Отправится к ней и быстрее? Это с какого перепугу? Но он должен поговорить с Волан-де-Мортом, да и Клеопатру забрать нужно, она могла бы ему понадобиться здесь. Но сначала нужно поспать. Он даже не думал, что найдется человек, который будет способен довести его до такого состояния. У Виссариона еле хватало сил на простое написание письма, не говоря уже о том, чтобы путешествовать по окрестностям Лондона.
— Гарри, я слышала шум. У тебя что-то упало? – миссис Уизли просунула голову в его комнату.
— Да, миссис Уизли, — тихо, почти шепотом ответил он.
— С тобой что-то случилось? Гарри, тебе нехорошо? – Миссис Уизли осторожно прикрыла дверь и зашла в комнату к Виссариону. Лучше бы она этого не делала.
— Да, миссис Уизли, — так же тихо ответил Виссарион.
— Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь? – она почти вплотную подошла к Виссариону, который отвернувшись от нее, смотрел в окно.
— Сомневаюсь, что вы согласитесь, миссис Уизли, — сказал Виссарион и повернулся к ней лицом. – Миссис Уизли, вам дурно? – спросил он, смотря на искаженное от ужаса лицо матери рыжего семейства.
— Г-Гарри, твои глаза… они…
— Наполнены кровью? – спросил Виссарион, подходя к ней ближе. – А знаете, они стали такими с того самого дня как я очнулся. Вы не знаете никакого средства, которое могло бы помочь? Я уже все испробовал, но не получается.
— Может, ты переутомился? – Миссис Уизли поднесла руку ко лбу Поттера, но резко ее отдернула. Кожа Гарри была холоднее льда. Прямо как у мертвецов.
— Пожалуй, вы правы, миссис Уизли, мне срочно нужно отдохнуть. Но знаете, тут такая проблема…
— Какая? – миссис Уизли вытянула шею, чтобы получше рассмотреть лицо Виссариона.
— Вы меня бесите, — ответил он, его черты лица по мере того как он говорил, заострялись и цвет лица становился белее.
— Что такое ты говоришь? Гарри, дорогой, — миссис Уизли от возмущения даже не обратила внимания на преображения Поттера.
— Вот скажите мне, миссис Уизли, вам дорога ваша жизнь?
— Гарри! Не смотри на меня так!
— Вы никогда не думали о смерти? – Виссарион, не обращая внимания на ее протесты, подходил к ней все ближе и ближе, пока она под его натиском не упала на кровать, которая блестела под лунным светом и, казалось, манила к себе бедную женщину. – О том, что когда-то вы умрете? Что ваши дети, если конечно они выживут, будут плакать у вашей надгробной плиты? Или может быть о том, как вы умрете?
— Гарри! Что за чушь ты несешь? Я сейчас же иду к Сириусу! Ты не в себе, Гарри! Говорила я им, что нельзя оставлять тебя одного с Грюмом. И, Гарри, пожалуйста, сними с себя эту маску, она меня пугает. — Миссис Уизли попыталась встать, но Поттер крепко схватил ее за локоть.
— Вы никуда не пойдете, миссис Уизли. Вы же ведь предложили мне свою помощь, так вот, она мне сейчас требуется. Знаете, мне срочно нужно кого-нибудь убить, иначе я сойду с ума. А на вас я уже давно положил глаз.
— Гарри, прошу тебя, оставь эти свои шуточки, мне совсем не смешно! – вскричала миссис Уизли и сделала новую попытку вырваться из крепкого захвата Виссариона.
— Я не шучу, миссис Уизли, — ответил Виссарион, смотря на нее снизу верх. Его лицо еще больше заострилось.
Миссис Уизли с широко раскрытыми глазами смотрела на нависшего над ней Гарри Поттера. Красные глаза Гарри светились нехорошим блеском, смотря на нее совершенно безумным взглядом. Рука Поттера, охватившая ее запястье, причиняла боль и была очень холодной. Казалось, к ней приложили лед. Только у мертвецов может быть такая температура тела и такой мраморный цвет кожи.
— Флагрум, — так же тихо произнес Гарри, наведя палочку на перепуганную и застывшую в шоке миссис Уизли.
Десятки мелких порезов появились на ее теле. Возможно, от болевого шока, но миссис Уизли не произнесла ни звука. Хотя, кричи она хоть как сирена – это не имело бы никакого значения, Вис-сарион уже давно успел положить на комнату звуконепроницаемый барьер.
Миссис Уизли все так же стояла в двух шагах от кровати с глубокими порезами по всему телу. Под ней уже начала образовываться большая темно красная лужа жидкость, в свете луны похожая на расплавленную сталь.
— Флагрум или же кнут — пыточное заклинание. Модифицированный вариант «Секо», наносит раны глубиной до десяти сантиметров, миссис Уизли. — Виссарион стоял напротив нее и, по мере того как говорил и смотрел на стекающую по ее телу багровую жидкость, понемногу остывал. – Вы ведь не знали этого, верно? А может, вы не знаете и того, что сейчас вы умрете от обильной потери крови? Нет? Может, вы бы хотели, чтобы я вам помог? Ну, например, я могу произнести два спасительных слова, и тогда мои уши, наконец, отдохнут, а вы обретете вечный покой где-нибудь на небесах.
Миссис Уизли не смогла дослушать до конца пламенной речи Виссариона, у нее подкосились ноги, и она рухнула на пол. А Виссарион, скользя взглядом по ее раскинутым рукам и увеличивающейся луже вокруг тела, обдумывал, что же ему делать дальше.

***
Виссаион открыл глаза при первых же лучах солнца, проскочивших в его комнату. Он устало про-тер глаза, потянулся и встал с постели. Не привыкший к изматывающим физическим нагрузкам, Виссарион поначалу и руку поднять не мог после тренировок с Аластором Грюмом, но через не-делю таких тренировок он уже почти привык к боли во всем теле. И вот сейчас он, сделав не-сколько утренних упражнений, оделся к завтраку и, бесшумно открыв дверь, начал спускаться по лестнице.
— С добрым утром, Гарри, — поприветствовал его Сириус, как только Виссарион зашел на кухню.
— И тебе того же, — ответил Поттер, усаживаясь на свое обычное место.
— Ты не знаешь, куда подевалась миссис Уизли? Никак не могу ее найти, — обеспокоенно сказал Сириус, ставя перед Гарри тарелку с яичницей и беконом.
— Понятия не имею. Я не нанимался к ней в телохранители, — огрызнулся Поттер.
— Извини, — сказал Сириус. – Просто я думал, может она заходила к тебе…
— Заходила. Почти в полночь. Не понимаю, чего ей так не спится по ночам. Ходит по дому как ста-рая… Хм, проехали.
— Она заходила к тебе так поздно? – спросил Сириус, с любопытством глядя на ковыряющего в тарелке крестника.
— Не беспокойся, обесчестить она меня не успела. — Сириус подавился чаем. – Она спросила, не случилось ли со мной чего, я ответил, что да, и отправил ее за спиртным.
— Она тебе не возразила? Не верю, быть такого не может. Чтобы Молли Уизли добровольно отправилась в амбар за спиртным. Ты шутишь?
— Нет, — ответил Гарри, стальным взглядом посмотрев на Сириуса. – Просто нужно уметь хорошо врать. Я ей сказал, — на лице Поттера появилась злобная ухмылка, — что у меня болят кости от не-выносимых тренировок и что моя милая тетушка в таких случаях всегда натирала Дадли спиртом. До чего же глупая женщина.
— И почему ты решил мне рассказать, что употребляешь спиртные напитки? – Сириус с непрони-цаемым лицом посмотрел на крестника, в тайне надеясь, что он наконец-то решил быть более откровенным с ним.
— Я просто хотел отправить ее куда подальше от моей комнаты и сказал первое, что пришло в голову. Похоже, что эта курица до сих пор рыщет по дому в поисках кладовки. — Гарри с широкой ухмылкой на лице встал со стола. – Я бы попросил тебя не заходить ко мне в комнату, даже если я оттуда не буду выходить целый день. Найдется миссис Уизли или ее сожрали оборотни, меня это не волнует, даже если наступит конец света, не беспокоить! – Сириус в оцепенении уставился на Поттера. – Я собираюсь хотя бы один день за долгое время отдохнуть по-человечески. И никто не имеет права мне мешать. Я понятно выразился?
— Да, Гарри, — ответил Сириус, не отводя глаз от грозного лица Поттера и размышляя о том, что же с ним сделал этот француз.
Виссарион, выйдя из кухни, первым делом посмотрел в зеркало, дабы удостоверится в том, что с его лицом все в порядке. Уж слишком долго на него смотрел Сириус.
Поднявшись в свою комнату, он закрыл дверь на ключ и на всякий случай закрепил это парочкой заклинаний. Затем, создав двусторонний портал, исчез с Гримвайлд плэйс 12.
Портал перенес его прямо в его собственную комнату. Судя по тишине, в этом доме никто просыпаться не собирался. Что ж, тогда придется самому всех будить. Не ждать же, в конце концов, пока хотя бы один из обитателей штаба Пожирателей Смерти соизволит проснуться. Первой в очереди на пробуждение стояла Сильвия, что последовало незамедлительно. Она лежала на кровати, крепко охватив руками подушку.
Виссарион подошел к кровати. Минуту он всматривался в это мирно спящее лицо. Вчерашний пыл до сих пор не прошел до конца, даже после того, что он сделал с Молли Уизли. А сейчас перед ним лежала девушка, которую он мог без всякой на то ответственности зарезать, разорвать, одним словом, убить, чего ему сейчас безудержно хотелось. Он еле сдерживался перед Сириусом, буквально сбежав из его дома. И вообще, что на него нашло? Он жаждал крови каждой клеточкой своего тела, прямо как дикий зверь перед долгожданной охотой.
— Вставай, — коротко произнес Виссарион, подавляя рвущуюся наружу агрессию.
— Что? Мой Лорд? – Сильвия приоткрыла глаза и с трудом подняла голову. Возможно, сообразив, что перед ней, может быть, стоит сам Темный Лорд, она быстро вскочила с постели и, даже не смотря на Виссариона, в одном нижнем белье опустилась перед ним на колени. — Милорд, про-шу…
— Ты ослушалась меня Сильвия, — почти в Волан-де-Мортовой манере сказал Виссарион. – За это ты должна понести наказание.
— Милорд, прошу вас, я …
— Круцио! – дикий крик озвучил стены тонувшего в тишине замка. – Я говорил тебе, Сильвия, слу-шаться только меня. А теперь, как я понимаю, ты прислуживала и Темному Лорду?
— Гарри! – Сильвия, не веря своим глазам, посмотрела на стоящего над ней Виссариона. – Я со-вершила ошибку, просто я боюсь его… и… — по ее щекам начали течь слезы.
— Ты хотела мне о чем-то рассказать, — напомнил ей Поттер, усаживаясь в кресло.
— Ах да! – Похоже, что Сильвию обрадовала такая резкая перемена в Виссарионе, и она непременно решила ею воспользоваться. – Темный Лорд увидел магла и, возможно, вспомнил его. Он спросил меня, зачем я его держу в камере и до сих пор не убила. Я ответила, что ты хотел провести над ним опыты, а какие, мне не сказал. Ну, в общем, он убил этого магла, – закончила Сильвия и осторожно присела на краешек кровати.
— Черт! – прорычал Поттер и черты его лица вновь начали заостряться, а глаза постепенно менять цвет. – Ты успела просмотреть его воспоминания?
— Лучше. Я сохранила их, — голос Сильвии буквально сочился самодовольством.
— Отлично. Все-таки в тебе есть хоть какой-то толк.
Сильвия лучезарно улыбнулась Поттеру и достала из-под подушки маленький флакон с серебря-ной жидкостью. Она осторожно протянула его Виссариону. Он взял флакон и, наколдовав сосуд из стоящей на тумбочке у Сильвии вазы, перелил содержимое флакона туда, затем наклонился и при первом же прикосновении с жидкостью втянулся в воспоминания маггла.
«-Папа! – звонкий детский голос чуть ли не оглушил Виссариона, — мячик упал, я уронила его. Ты же достанешь? – Большие черные глазки с надеждой посмотрели на Поттера. Сам же Поттер в шоке смотрел на маленькую девочку, с двумя торчащими в разные стороны наподобие ушей у собак, хвостиками.
— Конечно, милая, — с нежностью ответил мужской голос сзади. Виссарион обернулся и увидел идущего в сторону особняка Реддлов маггла. Не долго думая, Виссарион присоединился к идущему магглу.
На свое несчастье, он с дочерью оказался прямо над штабом Пожирателей, и, естественно, круг-лый мячик, не знающий границ, покатился в сторону дома. Подняв с земли игрушку дочери, маггл огляделся по сторонам. Пока его мысли были заняты лишь тем, как поймать игрушку дочери, он даже не заметил, что забрел туда, куда обычно не ходит ни один житель Малого Висельтона. Услышав голоса, надо сказать, довольно громкие, маггл поближе подошел к дому. По мере приближения голоса, а уже было понятно, что это крики людей слышались все четче, маггл, не сумев пересилить охватившее его любопытство, подошел вплотную к стене и нагнулся, чтобы увидеть все, что происходит в этом таинственном доме. Но к этому времени крики уже прекратились, и он смог увидеть лишь фигуры людей в длинный балахонах, медленно выходящих из комнаты, выложенной камнем. На единственном стуле, а, приглядевшись, маггл понял, что это что-то наподобие королевского трона, сидел лысый человек в такой же черной одежде, как и у только что ушедших людей, но без маски. Только маггл собирался развернуться и пойти к дочери, как в комнату вошел еще один человек. Он был без маски на лице, в обычной одежде, разве что слишком дорогой для обычного человека.
— Мой Лорд, — человек преклонил колени перед лысым. – Я безмерно счастлив вас видеть, милорд.
— Антуан, — протянул Лорд, — ты знаешь, зачем я тебя вызвал?
— Если вы изволите, милорд, то я бы хотел это узнать, — все так же, не поднимая головы, сказал Антуан.
— Как тебе известно, твоя дочь сейчас у меня, — начал Темный Лорд. – Ее позвал сюда Виссарион — мой новый союзник. Ты знаешь, кто он такой?
— Нет, мой Лорд, — ответил де Винтер. В его голосе явно слышались нетерпеливые нотки.
— Ты знаешь, каким образом я возродился?
— Вы использовали древнее заклинание Дер Теуфеля? Я слышал, что вы провели очень удачную операцию. Похитили Гарри Поттера, и даже говорят, что вы его убили, — на бесстрастном лице де Винтера проскользнула тень улыбки.
— Говорят? Нет, друг мой, я его подчинил себе. Он — теперь моя марионетка, а не Дамблдора. — Темный Лорд разразился громким непродолжительным смехом.
— Значит, Поттер жив? – в растерянности спросил де Винтер, но скорее у себя, чем у Темного Лор-да.
— Если его жалкое существование можно назвать жизнью, то да, — ответил Лорд, облокачиваясь на трон. – Он теперь ведет точно такое же существование, какое вел я все эти четырнадцать лет. Надеюсь, ты теперь догадываешься, что я с ним сделал?
— Виссарион – это Гарри Поттер? – в шоке спросил де Винтер. – Вы решили сделать своим союзником Гарри Поттера?
— Ты так наивен, Антуан, — расхохотался Лорд. – Я полагал, что ты намного умнее всех остальных Пожирателей. Ты с самого начала знал, что я не собираюсь ни с кем делить власть. В отличие от других, ты пошел за мной не за тем, чтобы получить свою долю, ты понимал, что я ни тебе, ни кому либо другому не собираюсь давать ничего больше груды костей, — сказал Лорд, подчеркивая своими словами, что он считает Пожирателей не более чем щенками. – Ты ведь понимаешь, что если хоть слово из этого помещения выйдет наружу, ты сильно пожалеешь об этом.
— Да, милорд, — ответил де Винтер, не смея взглянуть на Темного Лорда. – Так значит, вы в любом случае собираетесь избавиться от Поттера?
— Власть – это именно та вещь, которую я так долго ждал, Антуан, и я не собираюсь делить ее с этим сопляком.
— Но милорд, вы ведь могли убить мальчишку в день возрождения. Он был в ваших руках.
— Нет, Антуан, он мне еще нужен. Придет время, когда ему придется сдохнуть, а пока пусть живет.
— Что я должен сделать, мой Лорд?
— Интересно, как же мне его убить? Может сжечь? Похоже, что нет на свете лучшего заклинания, чем Авада Кедавра. — Тёмный Лорд сидел на своём троне, мечтательно смотря на свою змею, и, казалось, совсем не обращал внимания на мистера де Винтера.
— Мой Лорд, я сделаю всё, что в моих силах, — первым нарушил тишину де Винтер.
— Ты не сможешь его уничтожить.
— Ради вас я готов на всё.
— В таком случае, ты убьёшь свою дочь, — сказал Лорд, переводя взгляд на де Витера, который так и не посмел поднять глаза на Лорда. — Но не сейчас. Скоро для этого представится более удобное время, — в голосе Лорда явно читалось злорадство.
— Я не могу, она всё, что у меня есть. — Де Винтер слегка дернулся. Видимо, его последние слова вылетели против воли.
— Ты забыл, с кем ты разговариваешь? — разгневался Тёмный Лорд.
— Прошу вас, пожалуйста, сжальтесь мой Лорд, — голос де Винтера дрогнул.
— И я считал тебя своим лучшим последователем, — Лорд разочарованно покачал головой. – Кру-цио!
Маггл в ужасе смотрел как красный луч, пущенный из обычной деревянной палочки, летит в сто-рону Антуана. Последовавший за этим крик вывел из временного ступора маггла и он, закричав параллельно с французом, бросился вон из этого проклятого места, но по дороге к выходу ему встретился еще один человек, облаченный в длинный черный балахон с капюшоном на голове.»
— Ты все видел? – спросила Сильвия, которая неотрывно следила за Поттером.
— Все, говоришь? – угрожающе прошипел он. Сильвия на всякий случай отползла на другой угол кровати. – Он хочет меня убить, — уже чуть спокойнее сказал Виссарион. – Значит, я не ошибся.
— Но я не понимаю, — осторожно сказала Сильвия. — Зачем он тебя создал? Отец прав, тебя было бы легче убить на кладбище. Он еще сильнее усложнил себе работу. Поражаюсь его тупости.
Виссарион удивленно посмотрел на нее.
— Его тупости? Да он придумал прекрасный план. Он знал, что в ту ночь, когда он убил Поттеров и не смог убить Гарри Поттера, его душа вновь разделилась и перешла в мальчика. При желании он может оживить все свои крестражи, но так как я был единственным из них, который обладал человеческим телом, он решил начать с меня. Ему крупно повезло, что я нахожусь в теле Гарри Поттера. Он получил идеальную возможность избавится от Дамблдора и меня. В случае удачного окончания этой миссии он подождет удобный момент и меня будто и не бывало на этом свете. В случае провала, на Гарри Поттера ополчится весь Магический мир, и Темный Лорд тоже. Он ясно дал мне это понять.
— Значит, он хочет возродить и все остальные крестражи? Это же катастрофа! – ужаснулась Силь-вия, проигнорировав все, что сказал Виссарион про директора школы.
— Нет, возможно, он уже передумал. Я – его первый эксперимент – совершенно не подчиняюсь своему создателю, имею собственное мнение и свои мозги. Я способен принимать решения независимо от мнения Темного Лорда. И представь себе картину, в которой Волан-де-Морт возрождает все свои крестражи и дает им относительную свободу, то и власть ему придется делить между крестражами. Логика Темного Лорда слишком предсказуема. Он не станет ни с кем делится властью, он просто уничтожит эту преграду и будет идти к своей цели напролом.
— Ты объявишь ему войну?
— Это было бы слишком глупо. Он меня разорвет на мелкие кусочки. Я самый молодой из его крестражей, но я и самый умный из крестражей, но мои знания и рядом не стояли со знаниями самого Лорда.
— Ты часть его, ты же должен знать все, что он знает, — недоумевала Сильвия.
— Не забывай того, что он после моего запечатления в теле Поттера скитался по миру целых четырнадцать лет.
— И что ты теперь собираешься делать? – спросила Сильвия.
— Я? Нет Сильвия – мы. Будем уничтожать крестражи, чтобы у Темного Лорда не осталось выбора. Или он убьет меня и лишится бессмертия, или он оставит меня в живых и будет делиться со мной своей победой, а взамен будет жить вечно.
— Так ты уже давно об этом подумывал?
— Нет, — ответил Гарри. – Слушай, я так сильно устал за вчерашний день. Сначала этот свихнутый на постоянной бдительности аврор, а потом и эта курица-наседка миссис Уизли. Черт побери, на нее мне пришлось потратить целых сто галеонов!
— Покупал для нее дорогие украшения? – хихикнула Сильвия.
— Если бы это был намордник, то не пожалел бы даже весь свой сейф. Мне пришлось купить слезы Феникса, — вздохнул Гарри.
— А что ты с ней такого сделал? – полюбопытствовала Сильвия.
— Ничего особенного, просто не удержался. Надеюсь ее так и не найдут, и она сдохнет от голода в этом треклятом доме, — с чувством сказал Поттер.
— Похоже, что она тебя сильно достала, — констатировала факт Сильвия, с улыбкой глядя на лицо Гарри.
— Не то слово. Давай оставим эту тему, а? – Гарри посмотрел на нее, и в его глазах появилась какая-то толика нежности. Он присел на ее кровать, наклонил голову и поцеловал ее. Сильвия обхватила руками его шею и запустила руки в его мягкие непослушные волосы, и со всей страстностью ответила на долгожданный поцелуй.

.***
Серые тучи покрывали нежно-голубое небо. Казалось, что день только начался, а на небе ни намека на присутствие солнца. Внезапно прямо из-за туч сверкнула молния, а вслед за ней грянул гром. На улице воцарилась оглушительная тишина. Даже голые деревья, которые лишились всей своей одежды по воле природы, не смели шевельнуться. Еще с минуту все было погружено в тишину, и вот уже дождь льет как из ведра.
— Я всегда любила ливень. Можно было спокойно поплакать, и никто бы не заметил твоих слез. Тебя греет ощущение, будто сама природа сочувствует тебе и скорбит вместе с тобой. Хотя бы что-то разделяет с тобой твои чувства, — Сильвия подошла к Виссариону, который уже полчаса стоял у окна, и еле удержалась от порыва прижаться к нему. – Говорят, что настроение человека зависит от погоды. Я в это всегда верила. Но сегодня я начала сомневаться в этом, потому что именно сегодня я счастлива. Даже зная, что это мое счастье обманчиво, покрыто слоями иллюзий, я все равно счастлива. Потому что…
— Хватит! – прервал ее Виссарион. – Ты зашла слишком далеко. И я тоже.
— Что-то случилось?
— С чего это вдруг я должен тебе рассказывать?
— Значит, случилось, — вздохнула Сильвия и после недолгой паузы продолжила. – Может, расска-жешь?
— Я похож на сумасшедшего?
— Нет, но … просто тебе бы стало легче, — неуверенно сказала Сильвия. – Я …
— Я не смог убить миссис Уизли, — резко сказал Виссарион.
— Ее не надо было убивать, так что все не так уж и плохо, – сказала Сильвия. Она совершенно не понимала, что в этом такого.
— Неплохо? – почти крикнул Виссарион и грозно посмотрел на резко подскочившую Сильвию. – Это ты называешь «неплохо»? Я ДОЛЖЕН был убить ее! Но я не смог, черт подери! Чем дальше я захожу, тем сильнееощущается влияние мальчишки!
— Ты это о ком?
— О Поттере, — раздраженно бросил Виссарион и нервно прошелся по комнате. – Я думал, что я уже смог окончательно избавится от него!
— Он до сих пор жив? – Сильвия медленно отошла к кровати. Стоять на пути у разбушевавшегося Виссариона было слишком опасно.
— Его невозможно убить. Если умрет он, то умру и я. Но его можно заточить в сознании, сделать простым зрителем, который будет смотреть на все происходящее своими глазами, но ничего не сможет поделать. – Повисла минутная тишина, после чего Виссарион, переведя дыхание, продолжил. – Его любовь к этой женщине оказалась слишком велика. Знаешь, что на свете является самым сильным чувством? Любовь к матери. К женщине, которая произвела тебя на свет. Скажешь, нет? Загляни к себе в душу глубоко, и ты найдешь ответ. У меня две души, но ни у одной из них нет матери. Я часть Волан-де-Морта и я, так же как и он, не проникся ни к кому с подобным чувством. Даже пародией. Но вот Гарри Поттер – это мальчик с чистым сердцем, который, не смотря на все трудности в своей жизни, не утратил чувства доверия и любви. Он остался человеком в отличие от Волан-де-Морта.
Волан-де-Морт ненавидел всех, кто его окружал. Я рос в нем долгие годы, я, так же как и он, не-навидел и презирал всех, даже собственных родителей. Но с того момента, как я переместился в тело мальчишки, мои взгляды на жизнь начали меняться. И я это чувствую до сих пор. Волан-де-Морт тоже это почувствовал. Но все же то, что я впитывал долгие пятьдесят лет, не сможет испа-риться в миг только из-за приоритетов Поттера, в теле которого я живу.
Волан-де-Морт считает, что нет никакой силы, которая смогла бы изгнать меня из этого тела. И он прав, такой силы не существует, единственный способ – это смерть. Но есть и другой выход. Есть такое чувство, которое позволит Гарри Поттеру навсегда заточить в себе Виссариона. И вчера я впервые понял это.
— Что это за сила? – с интересом спросила Сильвия, которая все это время заворожено, слушала речь Виссариона.
— Я тебе и так уже слишком многое сказал, — отрезал Виссарион. – А теперь, может, продолжим то, чем мы до этого занимались?
Щеки девушки тут же залила краска. Что ни говори, но она до сих пор не могла думать о сексе без стыда. Ох, как она себя за это презирала. Девочка, маленькая, глупая девочка! То есть уже женщина, конечно.
Через час двое молодых людей вышли из спальни, оставив там смятую постель и разбитую антикварную вазу, которая оказалась не в том месте и не в то время.
— Я все же одного до сих пор не понимаю, — сказала Сильвия, когда они уже спустились в подземе-лья. – Зачем Ми … то есть я хотела сказать, зачем Темный Лорд приказал моему отцу убить меня? Разве он не может сам этого сделать? Что ему мешает? – Виссарион молчал. – Я все это время была с ним одна, а он меня и пальцем не тронул. Нет, ты представляешь? Сначала я как-то на это даже внимания не обратила, но ведь это же нечто невозможное! С того самого момента, как я увидела воспоминания маггла, я думала, что единственное, что его удерживает, — это ты. И как только ты уйдешь, я отправлюсь к праотцам, будучи такой молодой и красивой, — она искоса посмотрела на Поттера. – Но этого не произошло. Я жива, здорова, и Темный Лорд меня и пальцем не тронул. Ты что, обещал не трогать его Пожирателей, если он не тронет меня? – Виссарион в ответ громко захохотал. Сильвия беспокойно огляделась вокруг, нет ли никого, но темный коридор, освещенный лишь тускло горящими свечами, был пуст. – Что я такого сказала? – спросила она, скрестив руки на груди.
— Темный Лорд … ха-ха… заботящийся о Пожирателях … ха-ха. — Гарри немного успокоился и, сте-рев выступившие на глаза слезы, посмотрел на Сильвию. – Я ожидал от тебя чего угодно, но чтобы ты после долгих, хм, раздумий по поводу отсрочки дня твоей кончины пришла к выводу, что Темный Лорд заключает со мной сделки… Знаешь, тебе нужно отдохнуть. Может, сходить в театр или куда-нибудь еще, одиночество на тебя влияет слишком отрицательно. В первые дни своего пребывания здесь ты была куда больше сообразительнее и сдержаннее.
— Спасибо за совет, — буркнула Сильвия. – Может, ты ответишь на мой вопрос?
— Он не может тебя тронуть, потому что ты носишь этот медальон. — Гарри указал на цепочку, которую дал Сильвии. – Я его заколдовал таким образом, чтобы он мог отражать любые проклятия. Попытавшись напасть на тебя, Темный Лорд получит свое заклинание обратно.
— Значит, ты смог изобрести щит от непростительных? – восхитилась Сильвия.
— Нет. — Гарри возвел глаза к потолку. – Понимаешь, в маггловском мире есть такие люди, которых называют фальшивомонетчиками. Из самого названия видно, что они изготавливают фальшивые монеты, купюры, одним словом деньги. Правительство, чтобы не перепутать подделку с оригиналом, делает специальные метки на деньгах. Прямо так же как Темный Лорд ставит на Пожирателях метки, дабы они отличались ото всех, и было видно, что они принадлежат Лорду Волан-де-Морту. Такие же метки есть в сердцевине каждой волшебной палочки. Палочки Темного Лорда и моя сделаны из пера одного и того же феникса, следовательно они почти одинаковы. Я запечатлел свою магию в этом медальоне, и она запомнила его исток. Если же Лорд попытается применить на тебе свою магию, то его просто расшибет. Я ему об этом уже сказал. Видимо, поэтому он попросил твоего отца убить тебя. На чужую Аваду защита медальона не сработает.
— Он не мог это приказать другому Пожирателю? – с иронией спросила Сильвия.
— Тебе так хочется умереть? У Темного Лорда очень специфическое чувство юмора. Для него ка-жется забавным смерть дочери от рук собственного отца, который добровольно ее убил.
— Ну уж нет. Я молода, красива и полна жизненных сил! – сказала Сильвия, гордо вскинув голову. В глазах у Гарри заискрились смешинки, хоть лицо и осталось серьезным.
— Есть предложения относительно места нахождения моей змеи?
— Может, посмотрим в хранилище для зелий? – предложила Сильвия, когда они завернули в сле-дующий коридор и подошли ближе к личным комнатам Северуса Снегга, который бывал здесь довольно часто и пользовался зельями, предоставляемыми ему Темным Лордом.
— Что там могла забыть эта змея? – задал риторический вопрос Виссарион и зашел в ближайший кабинет. – Ну и пополнилась же здесь коллекция ядов! – присвистнул он, рассматривая разно-цветные склянки с надписями «Яды».
— М-да, мой будущий преподаватель зелий – маньяк, – изрекла Сильвия.
— Ну и где же моя змейка? – спросил Виссарион, встав рядом со шкафом, наверху, значилась над-пись – Совершенно секретно!
— Господин, — раздался шипящий звук.
Сильвия от неожиданности подскочила на месте, и, чтобы не упасть, схватилась за плечо Поттера.
— Вот мы ее и нашли, — сказала она, с опаской рассматривая полосатую змейку, ползущую по на-правлению к ним.
— Вас долго не было, — прошипела Клеопатра, подползая ближе.
— У меня были дела, Клео. Не скучала без меня? – спросил Виссарион.
— Крысы развлекали. Эта девушка к вам пристает? Я сейчас ей покажу, что значит трогать моего хозяина! – Клеопатра направилась в сторону застывшей Сильвии. Эта девушка не выглядела аппетитно, но ей так нравилось пугать людей.
Сильвия медленно пятилась, пока не ударилась спиной о стенку стеллажа с экспериментальными зельями. Виссарион наблюдал за ней с полуулыбкой на лице. Он знал, что Клеопатра ничего не сделает де Винтер, но было так забавно наблюдать за этой сценой.
Змея уже почти вплотную подошла к Сильвии, когда она неосторожно толкнула стеллаж с экспе-риментальными зельями. Раздался скрип, и стеллаж со всем своим содержимым опрокинулся на Сильвию с Клеопатрой.

Наследник Темного Лорда. Глава 9: 5 комментариев

  1. нехочеться конечно подгонять автора, но уж очень велико желание прочитать хотябы следующую главу))

  2. Пожалуй я напишу продолжение не зависимо хочет автор этого или нет!!! Очень классно 9из 10. Зачем делать из Гаррика порно? Ему 15 какой секс? Продолжение скоро появиться.Ждите

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.