Лондонское Око — Глава 23, в которой начинается судебное разбирательство


~*~
Судьба — это оправдание безвольных душ. (Р. Роллам)

~*~
Теми мотивами, которыми оправдывается наказание преступника, можно оправдать и его преступление. (Фр. Ницше)

~*~
Это может показаться странным, Гарри, но, может быть, для власти лучше всего приспособлены те, кто никогда к ней не стремился. Такие, как ты, принимающие руководство, потому что им поручили, надевающие генеральский мундир по необходимости, а потом с удивлением обнаруживающие, что он сидит на них неплохо… – Дж. Роулинг «Гарри Поттер и Дары смерти»

~*~
Любовь, вечная присказка Дамблдора: он утверждал, что она побеждает смерть. – Дж. Роулинг «Гарри Поттер и Дары смерти»

~*~
Человек – это не свойство характера, а сделанный им выбор. – Дж. Роулинг «Гарри Поттер и тайная комната»

~*~
Идея судебного процесса заключается в том, что, если заставить двух лжецов разоблачать друг друга, правда выплывет наружу. (Бернард Шоу)

~*~
Первое условие исправления — сознание своей вины. (Сенека)

~*~
Каждый убийца, вероятно, чей-то хороший знакомый. (Агата Кристи)

Гермиона издала вздох облегчения: из-за поворота появилась Парвати. Несмотря на то, что по обе стороны от нее шагали авроры, вцепившись мертвой хваткой чуть повыше локтя, вид ее заметно улучшился: синяков практически не было видно, одежда выглядела чище и опрятнее. Авроры нехотя отпустили ее и встали у поворота по стойке «смирно». Парвати, бросая на них негодующие взгляды, уселась рядом с Гермионой на длинной деревянной скамье.

— Что с тобой произошло?! – тотчас задала мучивший ее вопрос Гермиона.

Парвати вздохнула и приступила к рассказу:

— Это случайность. Когда ко мне пришла Падма и рассказала о Гарри, я чрезвычайно обрадовалась и немедленно отправила Терри вопилер.

— Это Терри тебя так? – с ужасом спросила Гермиона. – И почему вопилер?!

— Нет, не Терри. А вопилер на случай, если ему неохота будет читать, ты ведь знаешь Терри, — Парвати горько усмехнулась. – Но, как оказалось, это было не вовремя: рядом с Терри были другие авроры. А меня объявили в розыск. Как и тебя. Я пыталась отправить тебе письмо, но сова вернулась с ним обратно… Мне жаль, что им удалось схватить тебя… – Парвати качнула головой в сторону авроров, которые с отрешенными лицами смотрели на стену напротив.

— Не волнуйся, ничего страшного, — Гермиона вздохнула, сетуя на ненаносимость Малфой-мэнора.

— Видишь ли, я позабыла, что если отправить с ненаносимого поместья письмо, его ненаносимость теряет свою силу перед адресантом. – Парвати скривилась. – И вот целый отряд авроров появляется на площади Гриммо. И пытается арестовать Падму.

— Ох! – Гермиона поморщилась, представив описанную картину.

— Вот-вот! И… все произошло так быстро, я пыталась оттолкнуть авроров и…

— И? – Гермиона даже затаила дыхание.

— И меня толкнули в окно.

— Что?! Но… вы разве не на первом этаже были?

— Да-да. Я врезалась в стекло… А потом… потом сработала магия дома, и меня кинуло обратно. И осколки тоже. Прямо на меня.

— О, черт!

Парвати вздохнула. Они немного помолчали.

— Почему мы здесь? Думаешь, из-за Книги?

— Думаю, сегодня мы… свидетели, — Гермиона поежилась, вспомнив слова Терри.

Не успела Парвати бросить на нее вопросительный взгляд, как в коридоре появилась Милисент МакЛагген. Женщину бережно поддерживала добродушного вида целительница: пожар сильно навредил ее здоровью. Целительница помогла Милисент осторожно опуститься на скамью на некотором расстоянии от Гермионы и Парвати и села рядом с ней.

В этот миг большие позолоченные двери напротив них распахнулись, и появился молодой волшебник в темной мантии.

— Милисент МакЛагген?

Милисент вздрогнула и медленно поднялась с места.

— Вас вызывают в зал суда.

***
Войдя в зал суда, Полумна первым делом увидела Гарри. Он сидел на второй из скамей, что амфитеатром поднимались вдоль стен до самого потолка. Бережно обнимал Джинни, ссутулившуюся рядом с ним. Справа от Джинни сидели Рон и Джордж, о чем-то тихо споря. Затем Полумна вздрогнула, посмотрев на несколько пустых кресел, что полукругом стояли в середине скудно освещенного зала, с их подлокотников свисали цепи. Сердце Полумны сжалось при воспоминаниях о первых послевоенных судах. Сколько Пожирателей было приковано к таким креслам? А сколько раз сама Полумна дрожащими ногами поднималась на кафедру, расположенную рядом с ними, и, судорожно вцепившись в нее руками, давала свидетельские показания? Лаванда легонько подтолкнула Полумну в спину, и та, очнувшись от овладевших ею воспоминаний, устремилась к скамьям. Они расположились позади Гарри и Джинни. Никто не рискнул отвлечь их от тихого разговора. Рядом, активно жестикулируя, яростно спорили Рон и Джордж.

— Она надула тебя, не понимаешь?! Успокойся и забудь о ней! – злился Рон.

— В сотый раз повторяю: не лезь в мою жизнь со своими советами, – холодно парировал Джордж. Рон взвыл и вцепился пальцами в волосы, Джордж в ответ на такое пылкое проявление чувств лишь фыркнул и отвернулся.

Теодор нервно ерзал на сиденье, Полумна понимала его: не так давно он сам сидел в одном из тех кресел, защищаясь от обвинений в связи с Пожирателями. К счастью, успешно. У Теодора не было метки, что значительно улучшило его положение и расположило к нему большинство членов Визенгамота. Чего нельзя сказать о Драко Малфое. Еще бледнее обычного, он сидел чуть выше Полумны, рядом с Блейзом Забини, его серые глаза лихорадочно метались по залу. Беспокоится за Гермиону, с печальным вздохом подумала Полумна. Блейз тоже был в нервозном состоянии, он не сводил напряженного взгляда с кресел с цепями.

Полумна огляделась: практически все скамьи были заняты волшебниками. Здесь были и служители Министерства, и представители канадского правительства, и целители Мунго. Также Полумна заметила несколько журналистов с волшебными прытко пишущими перьями. Они заняли места слева и справа от мрачных кресел. На их фоне находилось несколько дверей. А вот напротив них темнели фигуры представителей волшебного суда. Их было человек пятьдесят, на каждом надета мантия сливового цвета с искусно вышитой серебряной буквой «В» на левой стороне груди. Сейчас они негромко переговаривались, бросая изредка напряженные взгляды на дверь. Наконец, она отворилась, и взгляд каждого устремился на вошедшего министра. Вслед за ним в зале появились Сьюзен Боунс (именно она после отставки своей тети Амелии взяла на себя обязанности верховного судьи) и сурового вида незнакомый Полумне мужчина.

— Министр магии Канады, — проинформировал всезнающий Теодор, пока прибывшие усаживались на первой скамье прямо перед креслами с цепями, что располагалась на небольшом постаменте. Только сейчас Полумна заметила, что на этой скамье уже успел расположиться Терри Бут. Он с наиболее серьезным выражением лица пожимал министрам руки и учтиво кивнул Сьюзен.

— Боже, где Гермиона и Парвати? – шепнула Лаванда, так же активно осматривающая зал, Полумна ясно ощутила исходящую от нее панику.

— Не может быть, чтобы их… – начал Теодор. Полумна бросила на него испуганный взгляд.

— Молчи! – воскликнула побледневшая Лаванда. – Даже думать не смей об этом: с ними все в порядке!

Джинни обвела рассеянным взглядом зал суда и, развернувшись к ним, открыла рот, намереваясь что-то сказать, но в этот момент в зале внезапно смолкли все разговоры: Кингсли Бруствер поднялся с места. Джинни спешно отвернулась. Полумна издала вздох облегчения: смотреть на нее и молчать о том, что она недавно узнала, было невыносимо. А сказать об этом Полумна просто не могла.

Кингсли прокашлялся.

— Судебное слушание от тридцатого августа объявляю открытым, — провозгласил министр, и молодой человек в темной мантии, сидящий справа от него, тут же начал вести протокол. – Разбирается дело о нарушениях части третьей Международной декларации прав и достоинств мага, Магического кодекса и Акта о конфиденциальности и неразглашении государственных тайн.

Полумна нахмурилась и, повернувшись к Лаванде и Теодору, встретила их недоуменные взгляды.

— Я что-то не поняла: сейчас разбираются ДВА дела? – задала Лаванда вопрос, мучивший их всех.

— Не думаю, что мы бы сидели здесь сейчас, — с сомнением в голосе произнес Теодор. – К тому же Уизли еще не очнулся…

— Ох, — Полумна закрыла ладонью рот, — я забыла сказать! Капенгауэр вызвал целителя из Америки…

— Что? – в один голос прошептали Лаванда и Теодор.

Полумна прикрыла глаза, чувствуя, как сердце бьется где-то в районе горла. Боже, Боже, Перси очнулся. Он, наверняка, очнулся!

— Это катастрофа, — с ужасом прокомментировала Лаванда.

Полумна промолчала, вновь взглянув на министра.

— Допрос ведут: Кингсли Ричард Бруствер, министр магии Великобритании; Сьюзен Амелия Боунс, глава Отдела обеспечения магического правопорядка. Секретарь суда – Джозеф Персиваль Стоун… – продолжил тем временем Кингсли. — В зал суда вызываются Кормак Оливер МакЛагген и Симус Джозеф Финниган, — он кивнул Стоуну, и тот, немедленно отставив протокол, вскочил с места и направился к одной из дверей, что располагались позади кресел для подсудимых.

***
Словно возвращаешься в прошлое… Драко вновь ощутил пробирающий до костей холод. Сейчас не взмахнешь палочками, выпуская Патронусов. Несколько мгновений, что в зале присутствовали дементоры, показались вечностью. Затем в мир снова вернулось тепло и спокойствие. Хотя нет. До спокойствия, как на чистомете до Африки. Гермионы не было. Не бы-ло. Также не было Патил. Черт! Какого черта Бут сидит с невозмутимым видом?!

— А что ему подпрыгивать на месте от волнения? – съязвил Блейз, подняв брови.

— Я сказал это вслух?

Блейз лишь хмыкнул и посмотрел на МакЛаггена и Финнигана.

Надо же. Столь разных людей Драко не видел прежде.

МакЛагген. Презрительно сощуренные глаза. Взгляд, полный ненависти, направлен на Визенгамот. Яростно сжимающиеся кулаки.

И Финниган. Сутулая спина. Сгорбившиеся плечи. Бледное лицо. И… горе. Горе в глазах.

— Подсудимым вменяется в вину нижеследующее. То, что они сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий двадцать четвертого августа нынешнего года похитили волшебника, отобрали его волшебную палочку как средство защиты и в течение пяти дней силой удерживали его взаперти в доме восемнадцать на Оксфорд-стрит, что нарушает статью «А» третьей части Международной декларации прав и достоинств мага, принятой Международной конфедерацией магов. Вы — Симус Джозеф Финниган, проживающий по адресу: Лондон, Риджент-стрит, дом номер двадцать четыре? – спросил Кингсли, скользнув взглядом по виноватому лицу Финнигана.

— Да, — хриплым голосом ответил тот.

— Опишите ситуацию с вашей точки зрения. Что побудило вас участвовать в похищении Гарри Поттера, и из-за чего вы явились в аврорат с поличным?

Драко нахмурился.

— С поличным? – вполголоса спросил Блейз, с удивлением подняв брови.

— Я… – прохрипел Симус и тотчас откашлялся, приводя горло в порядок. – Я был пожирателем смерти.

По залу пробежался изумленный шепоток.

— Когда это произошло? – напряженно спросил Кингсли.

— Я учился на пятом курсе.

Лаванда ахнула. Гарри Поттер закрыл лицо ладонями и потряс головой. Джинни участливо погладила его по спине. Рон и Джордж синхронно выругались.

— Вы… – подала голос Сьюзен, — вы убивали?

— Нет! – быстро сказал Симус. – В мои обязанности, — он поморщился, осознав, насколько нелепо звучало это слово, — входила слежка.

— За Гарри Поттером, я так полагаю? – уточнила Боунс.

Симус кивнул.

— Как долго вы подавали Волан-де-Морту информацию о Гарри Поттере? – спросил Кингсли.

— Два года. На седьмом курсе я понял, как сильно заблуждался, и… – Симус тяжело вздохнул, Теодор презрительно фыркнул. – И я отрекся…

— Ну, да, конечно! – саркастически выкрикнул кто-то из зала, и в зале поднялась шумиха: люди выкрикивали обвинения и упрекали Симуса во всех смертных грехах.

— Ваша честь! – неожиданно для самой себя воскликнула Полумна и поднялась с места. Все тут же замолчали и устремили на нее свои взгляды. – Я хочу засвидетельствовать, что во время битвы за Хогвартс Симус был на нашей стороне. Практически всю битву он, я и Эрни Макмиллан сражались бок о бок.

— Спасибо, мисс Лавгуд! – кивнула Сьюзен Боунс, и Джозеф Стоун немедленно занес запись в протокол. – Мы примем ваше заявление к сведению.

Полумна кивнула и села обратно. Никто не прокомментировал ее порыв, но каждый смерил ее напряженным взглядом.

— Итак? – поторопил Кингсли, нервно барабаня по деревянной поверхности длинного узкого стола, за которым расположился.

Симус снова прокашлялся.

— Эти годы я никак не был связан с темной магией… – он быстро провел кончиком языка по пересохшим губам. – Я… я старался исправиться. Я работал и жил, не нарушая законов…

— Вплоть до того момента, как решил похитить Поттера! – тихо фыркнул Драко. Блейз усмехнулся.

— Ясно, — кивнула Сьюзен. – Что же побудило вас напасть на Гарри Поттера?

Симус закрыл глаза.

— Меня шантажировали. Меня и Кормака. Он угрожал, что расскажет о нашем прошлом аврорам… Он велел похитить Гарри Поттера…

— КТО велел? – нахмурившись, спросила Сьюзен.

В зале наступила оглушительная тишина. Каждый присутствующий затаил дыхание, ожидая ответа Симуса. В воздухе витало напряжение. Журналисты занесли руки с прытко пишущими перьями над пергаментами. Члены Визенгамота подались вперед. Один лишь Кормак никак не отреагировал на вопрос мадам Боунс, продолжая презрительно фыркать.

— Это мой однокурсник, Невилл Долгопупс.

Несколько мгновений в зале все еще царило молчание, а затем все разом заговорили.

— Долгопупс? – вытаращил глаза Блейз. – Зачем ему похищать Поттера?!

Драко сам ничего не понимал, изумленно моргая.

Гарри и Джинни молча переглянулись, тяжело вздыхая. Рон ругался сквозь зубы, а Джордж потрясенно открывал и закрывал рот, как рыба9, брошенная на берег.

— Нет! Нет! Нет! Это невозможно! — шептала Лаванда. Теодор согласно кивал.

А вот в голове у Полумны начала складываться мозаика. Невилл Долгопупс. Колдомедик. Опытный колдомедик. Целитель, знающий об эффекте воздушного зелья… Полумна потрясла головой, отгоняя жуткие мысли. Может, все не так. Может, она просто надумала…

Кингсли прокашлялся.

А Терри тем временем склонился к одному из авроров, что-то ему прошептав. Тот кивнул с серьезным видом и, быстро поднявшись, вышел из зала суда.

«Пошел за Долгопупсом!» — мелькнуло в голове Полумны.

— И… – начал Бруствер, — зачем ему понадобилось похищать Гарри Поттера?

— Я не знаю, — тихо произнес Симус. – Он велел держать Гарри в каком-нибудь месте, где аврорат не смог бы отыскать его, и ждать дальнейших указаний.

Гарри шумно втянул носом воздух.

— Дальше? – сказал министр. – Как именно вы похитили Поттера?

— Эмм… Нас было четверо. Я, Кормак, Пэнси и Падма.

Снова изумленный шепоток.

— Падма Патил? – уточнил Кингсли.

Симус кивнул.

— Мы решили завлечь Гарри в какое-нибудь магловское местечко во время чемпионата.

— С чего вы взяли, что Гарри Поттер не поедет в Рим?

— Он сказал…

— Долгопупс? – перебил Кингсли. Симус снова напряженно кивнул.

— Он сказал, что устроит все так, чтобы Гарри остался в Лондоне.

Терри ругнулся сквозь зубы, а Кингсли бросил на Гарри быстрый взгляд и снова повернулся к Симусу.

— Но как вы добились того, что Гарри Поттер оказался в магловском клубе?

— Это… это Падма.

— Мисс Патил? Что она сделала?

— Падма втерлась в доверие к Джорджу Уизли.

Джордж нахмурился.

— Что?.. – начал он, но его перебил Рон, чертыхнувшись и ударив рукой по колену.

— Кристин!

— Что? — недоуменно повторил Джордж.

Рон раздраженно махнул рукой, призывая брата послушать Симуса.

— Она начала встречаться с ним, находясь под Оборотным зельем. Она назвалась Кристин Мэнис.

Джордж сидел, словно оглушенный, пораженный громом. Нет. Нет, неправда, он не верит в это!

— Я говорил! – зло прошипел Рон, сузив глаза. – Она окрутила тебя вокруг пальца, а ты попался, как последний…

— Заткнись.

Что-то в голосе Джорджа заставило Рона резко замолчать и испуганно взглянуть на брата. Тот неотрывно смотрел на свои ботинки, и Рону вдруг показалось, что он сейчас прожжет их взглядом. Джордж стиснул зубы, на скулах заходили желваки, кулаки непроизвольно сжались. Джинни подалась вперед и грустно на него посмотрела. Гарри молчал. Для него слишком большим шоком стало подтверждение того, что его похищение организовал Невилл, чтобы еще и утешать Джорджа. Он успокоит его. Объяснит, что Падме угрожали, что именно она все и исправила. Но потом. Позже.

— Она сумела выйти с мистером Поттером на улицу? – спросила Сьюзен.

Симус в очередной раз кивнул.

— Ясно. Какое участие в похищении принимала Пэнси Паркинсон? – продолжила Боунс. В этот момент двери открылись, и в зал суда вернулся аврор. Неслышно подошел к своему месту, сел и что-то сообщил Буту. Тот удовлетворенно кивнул.

— Непосредственно в похищении Пэнси не участвовала, — в первый раз за все разбирательство в глазах Симуса вспыхнула радость. А затем ее снова сменили грусть и отчаяние. – Она была в Риме.

— Но вы же говорили, вас было четверо, — возразил Кингсли.

— Да, затем она вернулась, и… она знала, где находится Поттер.

— Ясно, — подытожил Кингсли. – Дальше?

— Потом Падма решила выдать местонахождение Гарри.

— Что? – изумленно проговорил Рон, а Джордж, наконец, поднял взгляд со своих ботинок.

— Она встретилась… я не знаю точно… То ли с Джинни Уиз… Поттер, то ли с Гермионой Грейнджер. Она успела только назвать кафе, в котором мы собирались, чтобы обсудить дела…

— Вы не могли собраться у кого-либо дома? – удивленно спросила Сьюзен.

— Только у Милисент, но она бы не согласилась на похищение, — ответил Симус.

— Но при этом вы держали мистера Поттера именно в ее доме? – Боунс вопросительно подняла брови.

— Она была в Риме.

— Ясно, — кивнул Бруствер. – Когда вы узнали о поступке Падмы Патил, как вы отреагировали?

— Мы… — Симус напряженно сглотнул, — мы заперли ее вместе с Гарри.

Джордж бросил на Гарри изумленный взгляд, и тут кивнул. Видимо, Джордж понял, что Гарри сложно сейчас разговаривать. Но все же от сердца отлегло. С души свалился огромный камень. Она по-прежнему светлый ангел. Самый нежный и добрый человечек, которого встречал Джордж. Его Кристин. Или… или Падма? ЕГО Падма? Джордж нервно усмехнулся и передернул плечами.

— Что же произошло в кафе? – спросила Сьюзен.

И Рон, и Гарри почувствовали, как напряглась Джинни, и успокоительно обняли ее.

— Не нервничай, Джинни, — прошептал Гарри. – Все позади.

Джинни слабо кивнула.

— Я… я просто хотел объяснить, чтобы Поттера не искали и с нами не связывались.

Бут скептически поднял брови.

— Но на Джинни кто-то напал.

— Кто-то? – с сарказмом спросил Кингсли.

На этот раз Симус проигнорировал его вопрос, продолжая рассказывать про ситуацию в кафе.

— Ее увезла скорая помощь, а потом я увидел Гермиону.

Рон чертыхнулся.

— Вы напали на нее?

— Я… – Симус побледнел. – Я… хотел напасть, она… она успела убежать.

— Вы ничего не предприняли?

— Я… Пэнси… – Симус нервно сглотнул, чувствуя, как потеют ладони, его внезапно бросило в жар. – Пэнси сказала, что Гермиона живет на площади Гриммо. Я решил ждать ее там.

Драко мстительно сощурил глаза, кулаки его судорожно сжались.

Кингсли нахмурился.

— Разве дом Поттеров не ненаносимое поместье?

Симус нервно кивнул.

— Гарри разрешал входить Невиллу, а тот позволил мне…

Гарри закрыл глаза, осознавая, насколько опасно оказалась его глупая доверчивость. Почему-то на ум пришло предательство Петтигрю. Гарри криво усмехнулся: его отца погубило то же самое.

— Вы напали на мисс Грейнджер?

— Не успел.

Кингсли вопросительно поднял брови.

— Она… сама набросилась на меня… Я думал, она меня убьет. Это… из-за Джинни, я думаю…

— Вы знаете, кто напал на Джинни Поттер?

Полумна затаила дыхание. Сейчас она узнает, верна ли была ее догадка.

— Когда я вернулся… я узнал… Это был Кормак. Он… То есть Нев… Долгопупс. Долгопупс велел ему напасть… он…

Полумна вновь поднялась с места, не в силах больше слушать лепет Симуса.

— Ваша честь! Могу ли я дать свидетельские показания?

На нее опять устремились удивленные взгляды.

— Сейчас? – Сьюзен нахмурилась. Видимо, они с Кингсли уже распределили, в какой очередности звать свидетелей. Но Полумна уверенно кивнула, не сводя с судьи напряженного взгляда. – Что ж… – Боунс немного растерянно посмотрела на Стоуна, секретарь суда тотчас кивнул на кафедру. Ту самую кафедру.

Быстрыми мелкими шажками Полумна добралась до нее и медленно обвела взглядом зал суда. Полумна старалась не смотреть на Джинни. Сначала она уставилась в пол, но поняла, что это сильно напрягает. Затем взглянула на судей, однако осознала, насколько их внимательные, серьезные, даже грозные лица нагнетают и так раскаленную до предела обстановку. Случайно скользнув взглядом по лицу Лаванды, Полумна решила смотреть только на нее. Лаванда знала о медицинском анализе воздушного зелья, она знала правду, и это знание спасало психологически и давало силы.

— Назовите ваше полное имя и адрес.

— Полумна Персефона Лавгуд, Лондон, Эбби-роуд, дом номер сорок семь.

— Итак, что вы хотели сообщить суду, мисс Лавгуд? – спросил Кингсли.

Нужно собраться, нужно мыслить трезво, нужно сделать усилие и начать говорить. Но слова не шли.

— Мисс Лавгуд?

Полумна, как всякий опытный целитель, отключила, наконец, эмоции, задействовав разум – холодный и расчетливый. Не думать. Не волноваться. Не переживать. Не чувствовать. Как заклинание. Только излагать факты. Сухие, безликие. Факты, только факты, может, так будет легче.

— Я проверяла состояние миссис Поттер после нападения. Сегодня, буквально за десять минут до суда, пришли результаты обследования заклятия, которым попали в Джинни. — Полумна поймала ободряющий взгляд Лаванды и продолжила. – Это не заклятие.

— То есть? – Боунс растерянно заморгала.

Полумна боковым зрением увидела, что Джинни подалась вперед.

— Как правило, об этом способе известно колдомедикам. Эффект воздушного зелья. Изменяется агрегатное состояние зелий: из жидкости они превращаются в газ. В Джинни отправили воздушное зелье. Я не владею информацией о том, как она потеряла сознание. Как я посчитала, над ним экспериментировали… И… исходя из состава, — Полумна на миг замялась, а затем быстро договорила, — это Абортное зелье.

Ну, вот, она все-таки это сказала. И мир почему-то не перевернулся, и она все еще почему-то жива, почему-то дышит. Но никогда еще Полумне не было так сложно говорить.

Джинни закрыла лицо руками, низко опустив голову, и беззвучно заплакала. Гарри трясло как в лихорадке. Лицо Джорджа стало похожим на мраморную маску, а Рон покрылся красными пятнами. В зале повисла тягостная, гнетущая тишина, а затем, Сьюзен Боунс слегка охрипшим, но твердым, голосом произнесла:

— Об этом эффекте известно колдомедикам, вы имеете в виду, что над ним проводил модификации Невилл Долгопупс?

Полумна кивнула.

— Понятно, — тихо проговорил Кингсли. – Благодарим вас за предоставленную информацию, вы можете вернуться на свое место.

Полумна снова кивнула и на ватных ногах поднялась к своей скамье. Села. Поймала на себе несколько тревожных взглядов. Джинни не смотрела на нее, продолжая надрывно плакать, Гарри и ее братья уже справились с собой и с шоком от ужасной новости, бережно обнимали ее и гладили по спине и плечам, шептали что-то утешительное. Полумна отвернулась. Не ощущать. Не чувствовать. Не думать. Но как же это было тяжело.

— Вы знали об этом, мистер Финниган? – спросил Кингсли.

— Симус медленно покачал головой.

— Я и… я и не думал… Мне казалось, это случайность…

— Ясно, — перебил его Кингсли. – Что дальше?

— Долгопупс связался с нами и велел ждать зелья.

— Зелья? – Кингсли нахмурился. – Какого зелья?

— Я не знаю. Он сказал, что мы должны заставить Гарри выпить это зелье и отпустить его.

— Что? То есть как «отпустить»… – Сьюзен замялась, растерянно заморгав.

— Он сказал, — продолжил Симус, — что Гарри забудет события последней недели и…

— И? — с нажимом произнес Кингсли.

— И изменится его характер.

По залу пробежал изумленный шепоток. Все изумленно переглядывались. Кингсли побледнел и снова вцепился в стол. Терри бросил на него тревожный взгляд.

— Это в первом случае.

— А во втором? – хрипло спросил министр.

— Летальный исход, — чуть слышно проговорил Симус.

— Ясно, — сказала Сьюзен, бросив на Кингсли чуть удивленный взгляд. Тот склонился к Терри и о чем-то шептался с ним. – Что произошло потом?

— Затем Пэнси освободила Падму…

— Зачем?

— Она пожалела ее, — Симус почувствовал, как к горлу подступает ком. – Падма рассказала о нашем местонахождении аврорату и… – Симус закрыл глаза и замолчал. – И… и… Ваша честь, я не могу больше говорить, — прошептал он.

— Хорошо, — кивнула Сьюзен. – Мы понимаем. Также мы учтем то, что пришли с поличным и сотрудничали с судом, – она снова удивленно вытаращила глаза, посмотрев на Кингсли. Тот, договорив наконец с Терри, вдруг расплылся в почти счастливой улыбке, что было совершенно неуместно в данный момент. Министр взглянул на нее и, тотчас нацепив на лицо серьезную маску, кивнул. – Что ж, — продолжила Сьюзен и перевела взгляд на Кормака, — Вы — Кормак Оливер МакЛагген, проживающий по адресу: Лондон, Оксфорд-стрит, дом номер восемнадцать?

Кормак лениво кивнул.

— Вы согласны с версией, предоставленной мистером Финниганом?

Кормак криво усмехнулся. Симус бросил на него полный ненависти взгляд.

— Абсолютно, — протянул Кормак. – К слову сказать, я тут чуть не уснул, пока вы допрашивали Симуса. Потому, предубеждая ваши многочисленные вопросы, скажу, что больше ничего не добавлю. Вы и так уже напоили меня сывороткой правды, так что, — он раскинул руки в стороны, цокнув языком, — вам все известно.

И он повернул голову в сторону, с безмятежным видом разглядывая пустую кафедру.

— Что ж, — Сьюзен быстро переглянулась с Кингсли, — ваши доводы принимаются, — Кормак демонстративно фыркнул. – Мистер Стоун, позовите, пожалуйста, в зал суда миссис Милисент МакЛагген для дачи свидетельских показаний.

***
— Если сейчас разбирают дело о похищении Гарри, зачем МЫ здесь? – недоуменно спросила Парвати, как только Милисент и работник скрылись в зале суда.

Гермиона пожала плечами, буравя напряженным взглядом позолоченные ручки дверей. Так прошло много времени. Гермиона все не сводила глаз с двери, а Парвати нервно трясла ногой.

— Терри сказал, что не знает, когда точно будет слушание о Книге…

Парвати закрыла лицо руками.

— Нас посадят, Гермиона!

Гермиона погладила Парвати по плечу.

— Не посадят.

Парвати резко выпрямилась.

— Что ты имеешь в виду?!

Гермиона хотела было ответить, но в этот миг двери открылись. Пришел их черед давать показания.

***
— То есть вы узнали о произошедшем в тот день, когда произошел пожар? – уточнил Кингсли.

— Да, — ответила Милисент. – Я пришла домой раньше и услышала, как Кормак ругается с Пэнси.

— Почему они ругались?

— Я не поняла… только услышала, что Кормак боится попасть в Азкабан… А потом он увидел меня… – Мили бросила на мужа испуганный взгляд, но продолжила, — Он начал вести себя странно, даже жутко, я испугалась и бросилась наверх, в комнату…

— В которой для вас якобы готовился сюрприз?

— Да, — кивнула Милисент, — и я… я увидела там Поттера, а потом… потом Кормак послал в меня заклятие, и я потеряла сознание… очнулась уже в больнице…

— Ясно, — сказала Боунс, — спасибо за ваши показания, вы очень помогли нам, рассказав о местонахождении Мистера МакЛаггена. Можете сесть на скамью свидетелей.

Милисент кивнула, медленно подошла к первой скамье слева и тяжело опустилась.

— В зал суда вызывается Падма Патил.

Джордж нервно заерзал на сиденье.

Джозеф Стоун подошел к еще одной двери за креслами и спустя несколько минут появился вместе с Падмой.

***
Она сразу встретилась глазами с Джорджем, сердце подпрыгнуло и забилось где-то в районе горла. Она спешно отвела взгляд, отчаянно боясь, что эта надежда в его глазах внезапно сменится яростью, разочарованием или болью.

— Вы Падма Пэрис Патил, проживающая по адресу: Лондон, Флит-стрит, дом номер двенадцать?

— Да, — кивнула Падма.

— Что побудило вас сначала помогать в похищении мистера Поттера, а затем раскрыть правду аврорату?

— Мы встречались с Кормаком… – Падма бросила быстрый взгляд на Милисент, та изумленно выпрямилась.

— О, — Боунс повела плечами, — и вы решили помочь ему с проблемами.

— Да, — кивнула Падма.

— Вы знали, кто шантажировал вашего любовника?

Падма резко покраснела.

— Нет, — тихо ответила она. – Это и заставило меня сомневаться. Я… я перестала доверять Кормаку и… через некоторое время решила пойти на попятную…

— Ясно, — кивнул Кингсли. – Благодарим вас за дачу показаний и за большую помощь в расследовании. Можете садиться.

Падма растерянно посмотрела на скамью, где уже находилась Милисент, и села с противоположной стороны.

— Итак, господа, — объявила Сьюзен, — прошу вас принять решение.

Члены Визенгамота тотчас начали шепотом обмениваться мнениями. В конце концов, одна из них, видимо, глава, подошла к Боунс и что-то тихо ей сказала. Сьюзен кивнула и сказала:

— Итак, вердикт заседания Визенгамота таков: Падму Пэрис Патил оправдать. Симусу Джозефу Финнигану предъявить условное наказание сроком на десять лет. Кормака Оливера МакЛаггена посадить в Азкабан сроком на десять лет, – и она ударила молотком по деревянной подставке, лежащей на столе. – Мистер Финниган, вы можете присесть на скамью свидетелей. Мистер Стоун, проводите, пожалуйста, мистера МакЛаггена.

Стоун немедленно кивнул и подскочил к Кормаку. Как ни странно, тот совершенно не оказывал сопротивления. От него прямо волнами исходило безразличие. Равнодушный взгляд, расслабленные плечи. Он послушно встал с кресла и направился к двери. К счастью, на этот раз дементоры не посещали зал суда.

Кингсли в очередной раз прокашлялся.

— Что ж, перейдем ко второму делу.

26.08.13

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.