---

---

Гарри Поттер и Законы Крови. Главы 6-10

7 Ноябрь 2007

Глава 6. С днём рождения, Гарри, или кто такой РАБ.

Что делать, когда не знаешь, что делать?
Милтон Мейер

Было прекрасное летнее утро. Только занялся рассвет. Первые лучи тёплого июльского солнца уже плясали на поверхности Хогвартского озера, и маленькие зайчики прыгали по поляне перед замком. Вершина располагавшейся на берегу озера Белой гробницы заметно отливала красным…
Минерва отвернулась от окна и прошлась по кабинету. Ещё недавно его занимал величайший волшебник Альбус Дамблдор. Теперь это её законное место.
Интерьер кабинета с приходом новой владелицы почти не изменился. Только на месте, где раньше стояли таинственные приборы профессора, теперь возвышался книжный шкаф. И Фоукс навсегда покинул свой насест. Где феникс находился в данный момент, оставалось загадкой. Макгонаголл устало потёрла глаза и вернулась к столу. Этой ночью она не спала. Женщина уже связалась с большинством учеников, но требуемые 40% учеников никак не желали набираться: Когтевран и Пуффендуй оставались практически пустым, представители Слизерина в ответ на письма Макгонаголл все как один заявляли, что «подумают», а на одних гриффиндорцах далеко не уедешь (на данный момент состав этого факультета оставался без изменений). Минерва просмотрела списки: только-только 30%. А сроки уже поджимают. Хоть бы эти слизеринцы думали скорее, что ли!
Минерва ещё раз пробежала глазами списки числящихся учеников, отмечая тех, кого можно было уговорить, хотя бы попробовать.
…Миллисент Варьета Бултстроуд…
…Драко Велиус Малфой… (*Бессмысленно. Бедный мальчик, что же ты наделал? Люциус, подонок, испортил сына*)
…Теодор Петрикус Нотт…
…Блейз Освальд Забини… (*Тоже сомнительно, хотя если ему значок старосты предложить…*)
…Сьюзен Амелия Боунс… (*Милая девочка, мне нравится*)
…Эрнест Фридрих Макмиллан…
…Гермиона Мэри Грейнджер, Гарри Джеймс Поттер, Рональд Артур Уизли…
Макгонаголл нахмурилась. Святая троица в школу не собиралась. И Минерва знала, кто в этом виноват.
— Чёрт, Альбус, что же вы с ним тогда делали? — воскликнула профессор и в сердцах ударила кулаком по столу.
— К сожалению, Минерва, я не могу тебе ответить. Это подставит под удар и тебя, и мальчика, и всё наше дело.
Макгонаголл недовольно посмотрела на бывшего директора. Положительно, Дамблдор никогда не меняется, и Альбус-портрет остался таким же скрытным, каким был Альбус-человек.
— И что мне теперь делать?
— Дай мальчику возможность подумать самостоятельно. Я уверен, он примет правильное решение.
— Но мне он нужен, срочно, у меня нет времени, — возмутилась Макгонаголл, — за Избранным пойдут многие… ой, я наверно что-то не то сказала…
Минерва ждала, что Дамблдор обвинит её в излишнем эгоизме, но тот просто молча улыбнулся. Минерва вздохнула:
— Ладно, я подожду, — и вновь склонилась над бумагами.
Неожиданно её взгляд остановился на ещё одном хорошо знакомом имени. Джессика Энн Дарк. Рядом с ним стояла пометка «Э». Экстернат.
— Милая девочка, — вновь послышался голос со стены, — обхитрила попечительский совет, чтобы учиться дома. Каждый год я посылал ей письма с предложением вернуться в школу, и каждых год она их игнорировала. Но всё-таки очень милая девочка.
— Милая? Мне так не показалось. Скорее зловредная.
― Ты ошибаешься, Минерва, ты просто слишком мало её видела, чтобы так называть.
Макгонаголл ничего не ответила и достала личное дело Джессики. Такой тонкой папки не было, пожалуй, больше ни у одного ученика. Оценки за СОВ, копии прошения к попечителям и рекомендаций контролирующих учителей. Наконец Минерва оторвалась от папки: она не нашла того, чего искала, и отлично знала что не найдёт. Девушке пришло время учиться на седьмом курсе, а ЖАБА пока были не сданы. Но это значит… в самом деле, почему бы и нет? Девочка не сдавала экзаменов. Стоит попробовать. Макгонаголл пододвинула к себе пергамент.
— Осторожней, Минерва, — предупредил Дамблдор, — эта девочка упрямица, каких мало. Будет лучше, если ты напишешь ей как взрослый взрослому…
— Спасибо, я догадалась, — несколько недовольно пробормотала директриса.
Наконец письмо для строптивой ученицы было написано. Профессор вызвала несколько сов и отослала послания всем, кого ещё надеялась уговорить. Затем женщина устало опустила голову на руки и задремала. Но долго отдыхать ей не дали. Примерно через час раздался стук в окно. Почта.
Минерва быстро просмотрела письма. Три согласия на обучение, столько же вежливых отказов, один невежливый, письмо от бывшего министра (что старому чёрту опять понадобилось?), «Ежедневный пророк». Макгонаголл едва взглянула на первую полосу и взяла письмо Фаджа. Только через семь секунд до женщины дошло, ЧТО ИМЕННО она увидела на странице газеты. Быстро пробежав глазами статью и уже догадавшись о содержании письма Фаджа, Минерва подбежала к камину и, проговорив «Площадь Гриммо, двенадцать», исчезла в пламени.

* * *

НАПАДЕНИЕ НА МАГЛОВСКИЙ РАЙОН. КТО УБИЙЦА?

Вчера, в 16.30 на магловский город Литтл-Уингинг было совершено нападение. Под ударом оказался дом №4 по Тисовой улице. Проживавшие в нём Вернон, Петунья и Дадли Дурсль были убиты, дом разрушен до основания. Согласно сообщениям официальных представителей аврората, на всех погибших были наложены три Непростительных проклятия, а над домом висела Чёрная метка. Официальная версия министерства гласит, что Пожиратели смерти искали всем известного Гарри Поттера, чьими опекунами являлись мистер и миссис Дурсль, и, не найдя мальчика, убили его семью. Однако выехавший на место происшествия сотрудник нашей редакции не обнаружил там присутствия Чёрной метки. Работники аврората утверждают, что метку убрала вызвавшая их ведьма, пожелавшая остаться неизвестной. Но заклинание, использованное ею, как оказалось, незнакомо представителям министерства.
Возникает вопрос: а была ли вообще эта метка? Как нам стало известно из достоверных источников, между мистером Гарри Поттером и мистером Руфусом Скримджером существуют серьёзные разногласия. Разумеется, такое положение вещей не устраивает министра.
Так кто же искал Мальчика-который-выжил, Тот-кого-нельзя-называть или посланники министерства? Или есть третья сторона, заинтересованная в смерти семьи Дурслей? Есть сведения, что Гарри Поттер никогда не ладил со своими родственниками, а именно его видели на месте преступления спустя всего несколько минут…
Кто убийца несчастных маглов? И стоит ли ТАК доверять нашим общепризнанным героям? Ответы на эти вопросы неизвестны и вряд ли когда-нибудь будут найдены…

— Тритон тебе в задницу! — выругался Рон, бросив в камин свежий номер «Ежедневного пророка», — какой … написал это дерьмо?
— Рон! — воскликнула покрасневшая Гермиона.
— Что Рон? — продолжал кипятиться Уизли, — теперь Гарри будут обвинять в смерти его же родственников? Что, опять всё начинается сначала?
— Рон, милый, успокойся, — Гермиона подошла к разбушевавшемуся юноше, мягко обняла его за плечи и посадила на стул.
За кухонным столом, у которого, собственно, и приземлился злющий Уизли, уже сидел подавленный Гарри, морально поддерживаемый молчаливой Джинни, Римус и Тонкс. Возле каждого из них лежал всё тот же злополучный «Пророк».
— Гарри, не волнуйся из-за статьи. Это просто утка. Ей только идиоты поверят… — начала Тонкс.
— Да причём тут статья, плевал я на неё! — на мгновение вспылил Гарри, но тут же вернулся в своё прежнее подавленное состояние, — Неужели вы не понимаете? Они… они были единственным, что у меня оставалось. А теперь я остался совсем один.
— У тебя есть мы, — прошептала Джинни.
— Друзья. Дети. А я имел в виду семью. Хоть бы и такую. Да, я не любил Дурслей, и они меня тоже не жаловали. Но в конце концов я с ними вырос, там был мой дом. Плохой, но дом. А теперь нет и его… Знаете, у меня такое ощущение, что чем больше людей вокруг меня погибает, любых, тем слабее я сам…
Некоторое время в кухне царило молчание, которое, впрочем, вскоре было нарушено высказыванием Рона, севшего на своего любимого конька:
— Нет, но какие подонки в это дурацкой газете всё-таки работают!
— Что, понравилась статья? — раздался голос со стороны двери, — Да, я тоже была в восторге.
В кухню вошла Джессика (куда же без неё).
— Ты как сюда попала? — несколько ошалело спросил Уизли.
— Ты будешь удивлён, Рон: через дверь, — ухмыльнулась Дарк.
— Как ты нас нашла? — Поттер на мгновение оторвался от созерцания поверхности стола.
— Ну здрасте, приехали! Ты же сам вчера адрес дал.
— А, ну да, — пробормотал Гарри и вновь вернулся к своему чрезвычайно занимательному времяпрепровождению.
— Извините, что без приглашения, но я посчитала, что дело того стоит.
Девушка подошла к столу, взяла газету и взглянула на первую страницу.
— А насчёт статьи не стоит разоряться. Она же купленная.
— Кому понадобилось позорить Гарри? — возмущённо взглянула на девушку Джинни.
— Тёмному Лорду разумеется, — сидящие за столом практически не вздрогнули, а Джессика задумчиво продолжала, — знать бы только, кто именно это сделал.
— Малфой, — одновременно воскликнули Рон и Гермиона.
Дарк скептически улыбнулась:
— Странно, а я всегда полагала, что, находясь в Азкабане, купить что-либо проблематично.
— Драко.
— Драко тоже не мог. У него нет своих денег. Они появятся только после смерти Люциуса.
— Джессика права, — вмешался Римус, — передача состояния детям исключительно после смерти родителей — старинная традиция всех древних и богатых колдовских родов.
— Малфои, Давенпорты, Блэки, Поттеры, — перечислила Джессика, не отрываясь от газеты, — четыре самых знатных рода Британии из «оставшихся в живых». И самые богатые, разумеется.
— А Принцы? — подозрительно спросил Гарри.
Дарк наконец изволила поднять глаза на собеседников.
— Северус Снейп ничего не покупал, — сообщила она, внимательно изучая Гарри.
— С чего ты взяла?
— Потому что это сделали Нотты. Это их стиль. И это плохо. Очень-очень плохо.
— Но Нотт-старший сидит вместе с Малфоем, — заметила Тонкс.
— Очень ценное наблюдение, — саркастично сообщила Джессика, — Причём здесь Антоний? Кажется, он не единственный имеющийся в наличии Нотт. Именно поэтому я и говорю, что это плохо.
За столом снова воцарилось молчание. Римус и Тонкс удивлённо переглядывались, Джессика снова принялась изучать статью, Рон, Гермиона и Джинни погрузились в свои мысли, а Гарри пытался понять слова Дарк. Безуспешно. Наконец он произнёс:
— Зачем ты пришла? Ты говорила о чём-то важном…
— Ах да. Я с утра снова съездила в Литтл-Уингинг и нашла в развалинах вот это, — и девушка достала из кармана кусок пергамента, — это тебе. Извини, я прочитала. Адресат не додумался запечатать послание.
— А почему авроры это не нашли? — поинтересовался Гарри, беря пергамент.
— Понятия не имею.
Но, внимательно изучив лицо девушки, Гарри пришёл к выводу, что уж она-то скорее всего это самое понятие имеет лучше, чем кто бы то ни было.

Это было последнее предупреждение, Гарри. Уйди с дороги, не мешай Мне, и Я не трону тебя и твоих близких… может быть. Я знаю, ты что-то замышляешь. И как только твои планы станут Мне известны… Ты сам знаешь, что тогда будет. Подумай.
Твой до гроба,
л В-д-м.

Гарри положил пергамент и обвёл друзей глазами. Начинается. Он уже пожалел, что прочитал письмо своего самого старого друга вслух. Все сидящие за столом в ужасе замерли. Все, кроме Джессики, отрешённо изучавшей свой маникюр. Гарри взглянул на неё.
— Я хочу, чтобы моих родственников похоронили на кладбище рядом с родителями. Наша сила в единстве, и они тоже должны быть вместе. Помоги мне. Пожалуйста.
— Так вот где вы вчера были, — еле слышно пробормотал Люпин.
Джессика удивлённо подняла глаза на юношу.
— Прости?
— Ты всё слышала.
— Ты предлагаешь мне сразу после свадьбы заняться похоронами?
— Пожалуйста, Джессика. Одному мне не справиться.
— А мы на что? — в глазах Джинни мелькнула…ревность?
— Хорошо, я помогу, — медленно проговорила Джессика, тем самым усиливая зародившиеся в мисс Уизли подозрения, — только…
Девушку прервал грохот, донёсшийся со стороны камина. В кухне по-очереди появились Флёр и миссис Уизли. Не обращая ни на что внимания, женщины бросились к Гарри и наперебой принялись выкладывать соболезнования.
— Достаточно, — остановил их Поттер, — не надо так суетиться, со мной всё в порядке.
Но никто из его знакомых, по-видимому, так не думал. Как иначе объяснить, что сразу после его слов из камина вышла профессор Макгонаголл.
— Мистер Поттер, что произошло? — спросила она непривычно мягким тоном.
Профессору мигом всё объяснили.
— Это ужасно, — нахмурилась она, — я пришла сразу как узнала…
— Надо сказать, профессор, вы летаете едва ли не быстрее ваших сов, — вставила Джессика, — я как раз собиралась писать ответ. Я Джессика Дарк.
— Да, я поняла, — Макгонаголл явно была обескуражена таким поворотом. Видимо, она, не заметила чужого.
— Вы поторопились с письмом, — заметила Джессика, — мы можем обсудить ваше предложение прямо сейчас?
— Да, пожалуйста, — директриса встала и подошла к камину, — я ещё приду, Римус, нужно кое-что решить.
И обе женщины направились в Хогвартс.
—Дурацкий день, — пробормотал Поттер, роняя голову на руки.

* * *

Похороны состоялись через четыре дня. Джессика каким-то чудом уладила все вопросы с аврорами и магловскими полицейскими, так что церемония обошлась без особых проблем. Из колдунов присутствовали только Гарри и Джессика. Сначала Гарри хотел быть там один, но затруднения со средствами передвижения сыграли свою роль. Рона, Гермиону и Джинни, несмотря на многочисленные просьбы, оставили дома. Зато было приглашено много маглов, сослуживцев дяди Вернона, подруг тёти Петуньи и одноклассников Дадли. Была и тётушка Мардж, но Гарри старался на неё не смотреть. ОНА-то точно не была его родственницей. К счастью, в округе Годриковой Лощины было очень мало магии, так что обошлось без лишних вопросов.
Путь назад проходил в полном молчании. Но после десяти минут тишины Гарри понял, что не может больше это продолжать.
— На чьей ты стороне? — спросил он просто чтобы завязать разговор. Лучше бы он этого не делал!
— Ни на чьей. На своей собственной, — пожала плечами Джессика, — меня не устраивают действия какого-либо лагеря, на которые разорвали страну некоторые вполне конкретные личности. Меня не устраивает положение членов этих лагерей. Поэтому я предпочитаю действовать одна.
— Ты в безопасности?
— Прости?
— Ты сейчас очень близко ко мне находишься…
— Мне отодвинуться? — с улыбкой спросила Джессика.
— Я не в том смысле, — замялся Гарри, — если ты заметила, вокруг меня умирает слишком много людей. Не боишься стать одной из них?
— Не боюсь. По крайней мере, это от тебя не зависит. Я в полной безопасности, пока Тёмный Лорд про меня не пронюхал. Но как только это случится, и как только он меня узнает, в чём я не сомневаюсь… Тогда мне придётся тяжело в любом случае… И совершенно необязательно спрашивать, почему.
Гарри снова начал злиться: чтоб её разодрало, эту треклятую таинственность этой треклятой Джессики! Пытаясь успокоиться юноша перевёл разговор на другую тему. И это он тоже сделал зря!
— Что вы обсуждали с Макгонаголл?
— Она предложила мне вернуться в школу. Я согласилась.
— Но ты же почти закончила! Сдала бы экзамены и дело с концом. Зачем?
— Мне это удобно. И у меня будет достаточно времени, чтобы подготовиться. Тебе я, кстати, советую сделать то же самое.
— Нет, — Гарри энергично затряс головой, — я решил. Я не вернусь. Я пойду дальше, буду искать хоркруксы и бороться с Волдемортом.
— Гарри, подумай, — очередной раз девушка принялась растолковывать Поттеру, что два и два будет четыре, — Уйдя из школы, ты лишишься последней защиты и возможности повысить свои шансы на победу. Для битвы с Тёмным Лордом нужны знания, много знаний. У тебя выбор: получить их за десять дней, пока тебе нет семнадцати, или за год. Может, стоит проявить хоть чуть-чуть осторожности?
— Да надоело мне осторожничать! — в очередной раз вспылил Гарри.
— По тебе видно, мой сладкий, — иронично произнесла Джессика, оглядывая парня и улыбаясь какой-то очень нехорошей улыбкой.
У Поттера появилось нехорошее предчувствие. Он скользнул взглядом по собственной одежде.
— Чёрт! — прошипел парень, схватившись за не вовремя расстегнувшуюся молнию на брюках.
Джессика залилась громким хохотом.
— Извращенка, — воскликнул Поттер, безуспешно пытаясь сдержать улыбку, — лучше бы на дорогу смотрела!
— Хорошо, положим, — вернулась Джессика к прерванной теме, — а что ты собираешься делать, если не вернёшься в Хогвартс?
— Разгадаю тайну одного хоркрукса.
— А дальше?
Гарри неопределённо пожал плечами.
— Вот видишь, — удовлетворённо проговорила Джессика и через полминуты добавила, — тайна-то сложная?
Поттер снова пожал плечами: а что, собственно, он так разоткровенничался? Джессика, кажется, в подруги не набивалась.
— Помочь?
Или всё-таки набивалась?
— Не стоит.
— Точно?
— Да.
— Точно-точно?
— Да.
— То есть совсем точно.
— Джессика! — взорвался Поттер
— А может всё же стоит?
Кажется, легче поцеловать дракона, чем отвязаться от Джессики Дарк.
— Хорошо! Только отвали уже.
— Запросто.
Поттер взглянул на попутчицу. Она слегка улыбалась. Гарри, немного поколебавшись, достал из кармана медальон и протянул девушке.
— Если ты меня сдашь, я не умру, пока не отомщу за это.
Джессика приподняла правую бровь.
— Значит договорились. Ты будешь жить вечно.

* * *

Прошло десять дней. Джессика на глаза не показывалась, и это сильно беспокоило Гарри. И, надо сказать, не его одного. Рон, например, еле сдержался, чтобы не стукнуть друга чем-нибудь потяжелее. Но, слава богу, всё обошлось. Разве что пришлось выслушать содержательную лекцию на тему «Друзья и враги во время страшных войн, или кому какие тайны следует доверять» в исполнении незабвенной Гермионы Мэри Грэйнджер.
Наступило 31-е июля. Семнадцатилетие знаменитого Гарри Поттера, Избранного, Мальчика-который-выжил и т. д. и т.п. Гарри проснулся довольно поздно. Неторопливо одевшись и даже не потрудившись вспомнить, какой, собственно, сегодня день, юноша спустился на кухню. Лучше бы он остался в своей комнате и забаррикадировался… Для здоровья безопаснее. Кухня была полностью забита какими-то людьми, при ближайшем рассмотрении оказавшимися его хорошими друзьями и знакомыми. В первом ряду с улыбками от уха до уха стояли Рон, Гермиона, Джинни и — к вящему удивлению Поттера — Невилл с Полумной. Дом на площади Гриммо потряс ужасный крик «С днём рожденья, Гарри!», и тогда началось.
Проведя несчастного юношу мимо заваленного подарками дальнего угла кухни (Мерлин, как их много!), устроители всего этого бедлама, то бишь Рон и Гермиона, торжественно подвели красного как помидор именинника к трёхэтажному торту с семнадцатью свечками. После того, как несчастный Поттер поразил присутствующих силой своих лёгких, начался пир. Глядя на обилие гостей, еды и подарков, Гарри предположил, что кто-то из них однозначно ограбил Гринготтс, и выразил надежду, что хотя бы его день рождения устраивала не Джессика. Но разумеется этот день не был бы настоящим праздником, если бы вышеупомянутая особа не почтила вечеринку своим присутствием.
Джессика пришла ближе к концу вечера и остановилась в дверях. Тонкс пригласила девушку к столу, но та только покачала головой.
— Лучше найдите мне именинника.
Именинник в сопровождении Рона и Гермионы не замедлил предстать пред светлыми очами мисс Дарк.
— Поздравляю, Гарри, как вечеринка? Какой самый лучший подарок?
— Не знаю, ещё не распаковывал.
— А я знаю: лучший твой подарочек — это я.
Джессика разжала руку, и продемонстрировала ребятам повисший на цепочке РАБский медальон.
— Ты смогла…
— Кто-то здесь в этом сомневался?
Гарри, Рон и Гермиона переглянулись.
— Тогда стоит пойти узнать, что ты выяснила.
Великолепная четвёрка незаметно улизнула из кухни в надежде, что их исчезновение останется незамеченным. Но их заметила пара глаз. Пара больших, зелёных и очень обиженных глаз, обладательница которых в эту секунду окончательно уверилась в наличии соперницы.
Но ребята, ничего не подозревая, отправились в гостиную. Джессика села на диван:
— Признаться, я не понимаю, что в этой записке такого сложного. По-моему, её автор довольно очевиден.
— Поэтому ты сидела над ней десять дней, — заметил Рон.
— Я сидела над ней не более получаса, — обиделась Джессика, — просто всё не было времени зайти отчитаться.
— Ладно, давай к делу.
Джессика прочитала записку вслух:

Тёмному Лорду.
Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но хочу, чтобы ты знал — это я раскрыл твою тайну. Я похитил настоящий хоркрукс и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что когда ты встретишь того, кто сравним с тобой по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного.
Р.А.Б.

— Так, что мы имеем? Записку однозначно написал мужчина…
— С чего ты взяла? — тут же перебила девушку Гермиона, очевидно обиженная на дискриминацию.
— Подчерк для женщины нехарактерен, да и вряд ли нашлась бы какая-нибудь леди, которая осмелилась бы оставить улики против себя. Обычно считается, что женщины благоразумнее мужчин, но это к слову. И я бы попросила не перебивать меня. Сама всё расскажу. Далее… это был Пожиратель смерти. Во-первых, любому другому человеку, кроме Пожирателя, было бы сложно узнать о хоркруксах Тёмного Лорда…
— Дамблдор знал, — вмешался Гарри.
— Потому что ты сам передал ему слова этого гада, предназначенные исключительно для Пожирателей.
— Вылезай из моей головы немедленно!
Джессика проигнорировала высказывание Поттера и вернулась к записке.
— И во-вторых, никто, кроме Пожирателей опять же, не называет мсье Реддла Тёмным Лордом.
— Логично, — нахмурился Рон, — дальше.
— Перед нами очень молодой человек: слишком уж безрассудная для Пожирателя записка и чересчур самоуверенный и бездумный поступок — так кинуть Тёмного Лорда. Да ещё и подписаться внизу. И наконец, его убили его же коллеги, возможно во главе с шефом, причём примерно в 1979 или 1980 году.
— А это ты откуда взяла? — послышался несколько недовольный голос Гермионы: надо же всё так просто!
— Раньше быть не могло, тогда бедняга скорее всего ещё учился в школе. А позже Тёмный Лорд был занят…другими делами. Ему тогда уже стало не до предателей. Кстати, юноша, видимо, был из знатного рода — медальон слишком ценный и древний. Такие на дороге не валяются.
— Ну и главная зацепка — его инициалы Р.А.Б, — закончил Гарри.
— Точно, — кивнула Джессика, поднялась с дивана и подошла к генеалогическому древу Блэков, всё ещё красовавшемуся на стене гостиной.
— Так, что мы имеем? — принялся подводить итоги Рон, — автор записки — мужчина-Пожиратель из знатного рода, убитый Пожирателями же в 1979-1980 годах, когда он был очень-очень молодым. И имя его зашифровывается как Р. А. Б. Теперь главное узнать, что эти инициалы значат.
— Регулус Альфард Блэк, — неторопливо, будто взвешивая каждое слово, произнесла Джессика, сверля взглядом край гобелена.
— Что? — не понял Гарри.
Девушка медленно обернулась.
— Я только что назвала тебе имя человека, написавшего эту записку и взявшего настоящий хоркрукс — Регулус Альфард Блэк.

Глава 7. Что дальше?

Чудеса иногда случаются,
но над этим приходится
очень много работать.
Хаим Вейцман

Некоторое время в комнате стояла тишина, которая, впрочем, вскоре была нарушена полуистеричным сообщением Гарри:
— Я знал! Я знал об этом с самого начала! Мне же Сириус сам всё о нём рассказал, а я, дубина… Чёртов склероз!
— Но если это в самом деле был Регулус Блэк, то где же сейчас медальон? — наморщила лоб Гермиона.
— Скорее всего, где-то здесь, в доме, — прищурилась Джессика, — Сомневаюсь, что Регулус смог его уничтожить. У него было очень мало времени, да и вообще это слишком сложно.
— Как это сделать? — подал голос Рон.
Девушка удручённо пожала плечами:
— Я не знаю. Я уже перерыла с полсотни книг, и нигде ничего нет. Только одна фраза: «Для каждого хоркрукса нужен индивидуальный подход». И всё. Так что я не знаю.
Ребята посмотрели на неё так, как будто Джессика отобрала у них последний кусок хлеба. С икрой. Чёрной. Намазанной толстым слоем. С двух сторон.
— И что дальше? — ошарашено спросила Гермиона.
— Наверно, сначала надо найти медальон, — начал Гарри, — и одновременно пытаться понять, что значит «…индивидуальный подход». Джессика, давай-ка тащи свою домашнюю библиотеку…
— Не смогу, у меня их три, — злорадно ухмыльнулась та.
— Вот дура-то! — со стоном закатил глаза Гарри, — я имел в виду книги по хоркруксам и этой…как её…магии Крови.
— Как скажешь, — неожиданно быстро согласилась Джессика, — когда? Куда?
— Сюда, завтра, как можно раньше. Желательно часов в девять.
— Что здесь будет завтра часов в девять? — раздался голос со стороны входа. В дверном проёме стояла разъяренная Джинни.
— М-м-м…ничего, Джин, всё в порядке, — поспешил успокоить девушку Гарри.
— В самом деле?
— Да-да, Джинни, всё хорошо, — подтвердил Рон.
— Опять! — обиженно произнесла девушка, — вы опять что-то от меня скрываете! Самим не надоело?
— Нет же, Джинни… — начала Гермиона.
— Ах не надоело! Я что, снова слишком маленькая, чтобы мне можно было доверять?
— Всё совсем не так. Это слишком сложно и слишком опасно…
— Опасно? — срывающимся голосом продолжала Джинни, — она знает, Гарри. А мы — нет. Я имею в виду, о ней — ничего.
— Да расскажи ты ей, — обратилась Джессика к Гарри, полностью проигнорировав яростный взгляд юной Уизли.
— Ты не понимаешь… — раздражённо начал Гарри.
— Ну конечно, где уж мне? — поджала губы Дарк, — у меня же давно соображалка не работает. А вот когда Джинни начнёт за тобой следить и бегать тайком по городам и весям, надеясь тебя догнать, пока кто-нибудь не схватит, тогда, несомненно, будет лучше.
Поттер не ответил. Джинни окинула Джессику недовольным взглядом.
— Я бы на твоём месте поменьше умничала, — едко заметила рыжеволосая девушка, — наше министерство сейчас по одному подозрению в Азкабан сажает. Как бы не попасться ненароком.
Джессика лениво приподняла бровь:
— У-у-у, похоже мне пора. Пока, мои дорогие, учтите: я ещё вернусь. И ещё раз с Днём рождения, Гарри.
— Тебя тоже, — проронил юноша.
На лице Джессики мелькнула тень улыбки, и девушка быстро скрылась за дверью. Поттер тяжело вздохнул и поманил Джинни. Уже через десять минут девушка была в курсе абсолютно всего связанного с Волдемортом. Юноша дошёл даже до того, что сообщил ей о Пророчестве Трелони под недовольными взглядами Рона и Гермионы. Когда Гарри закончил рассказывать, Рон с перекошенной физиономией изучал обои на потолке, Гермиона надела привычную маску типа “Какой-же-ты-конченный-придурок”, а Джинни ошарашенно сидела на диване, зажав рот руками.
— Подожди, но ведь это значит… — неуверенно начала она.
— Да.
— О Мерлин великий!
Поттер с грустью посмотрел на спрятавшую лицо девушку. На закусившую губу Гермиону, с силой постукивающую о паркет каблучком, наивно надеясь проковырять в нём дырку. На время от времени хрустящего пальцами Рона, с трудом удерживающегося от того, чтобы побиться головой о стенку, а ещё лучше — побить этим самым местом о вышеозначенную же стенку самого Поттера.
— Герми, — наконец изрёк Рональд, — будь так мила, как самый вменяемый из присутствующих ответь: почему меня в течение нескольких последних недель преследует неописуемое желание свернуть шею Мальчику-который-постоянно-выживает-и-никак-падла-не-сдохнет?
— Не знаю-не знаю, — многозначительно ответила Гермиона, с завидным упорством продолжая искать тайник в полу гостиной, нимало, впрочем, не заботясь о набойках на каблуках.
— Да ладно вам, ребята! Всё лучше, чем враньё.
— Сам ты враньё! — притворно вспылил Уизли, — ты мне сестру чуть до инфаркта не довёл!
— Мальчики, не надо, — попыталась утихомирить членов ОД изрядно побледневшая Джинни, — вы…
Бесспорно мудрое высказывание юной мисс Уизли было прервано тихим и, хвала богам, непродолжительным визгом Гермионы.
— Что, детка, — хихикнул Рон, глядя на результат кропотливого труда своей верной подруги, — продолбила-таки тайный ход на кухню? Жаль, ценный был паркет…
В самом деле, ровно в том месте, где тринадцать секунд назад помещалась очаровательная ножка мисс Грейнджер, сдвинулся на полсантиметра квадрат паркета, а под ним… что-то многообещающе блестело…
— А ну-ка отойдите, — настороженно велел Поттер и подскочил к означенному тайничку.
Через минуту с величайшими предосторожностями на свет божий был извлечён… правильно, долго-долгожданный медальон Его змеиного величества Салазара Как-там-его Слизерина.
— Ой, — моментально вскрикнула Джинни, изумлённо глядя на невинно покачивающееся на цепочке произведение слизеринского, не побоюсь этого слова, искусства, — я же его уже видела! Точно, это тот самый медальон, который мы во время чистки нашли позапрошлым летом, когда вон в тех шкафах прибирались. Он ещё рядом с табакеркой с Бородавочным порошком лежал.
— И его никто не смог открыть, — подхватил Рон, — я тоже помню.
— Но мы же его выбрасывали… — медленно пробормотал Гарри, — как он сюда тогда… Кикимер!
Перед подростками материализовался оборванный домовик.
— Чего желает хозяин? — пробурчал он, кланяясь Гарри, — мерзкий мальчишка, никак не оставляет в покое несчастного Кикимера и фамильные реликвии достославного рода Блэков. Маленький змеёныш…
— Заткнись! — рявкнул Поттер, — Посмотри на меня. Это тебе знакомо?
— Да, господин, — пробормотал Кикимер, странно глядя на покачивающийся перед огромным носом медальон со змеевидной «С», — маленький ублюдок нашёл тайник Кикимера. Что же бедному Кикимеру теперь делать?…
— Это ты его спрятал?
— Да, хозяин.
— А вот мне интересно, зачем медальон вообще ему нужен? — пробормотала Гермиона, — в конце концов он же не принадлежал миссис Блэк.
— Да какая разница, Гермиона! — радостно воскликнули Гарри и Рон, — зато его не выкинули, — попытался объяснить Поттер, — молодец, Кикимер, возвращайся в Хогвартс на кухню.
Домовик странно покосился на юношу и, не переставая что-то бормотать, исчез.
— Что у вас тут происходит?
Гарри поспешил спрятать медальон в карман: в дверном проёме стояли Тонкс и Люпин и вопросительно глядели на подростков.
— В чём дело? — повторила свой вопрос молодая женщина, нервно дёргая длинную изумрудно-зелёную косу.
— Всё в порядке, Тонкс, просто мы беседовали, — моментально откликнулся Гарри.
— Спускайтесь, — мягко улыбнулся Римус, — нехорошо виновнику торжества покидать гостей так надолго…
Ну и, видимо, для того, чтобы окончательно сделать великого Гарри Поттера не поддающимся лечению душевнобольным, комнату озарил непривычно яркий свет.
— Фоукс? — с безумным выражением лица вскричал Поттер, когда к нему вернулась возможность видеть.
В самом деле, посреди гостиной сидел феникс Дамблдора и нахально смотрел на именинника.
— Что ты тут делаешь? — этот вопрос был задан с интервалом в минуту по сравнению с предыдущим: способность соображать вернулась к несчастному много позже.
Вместо ответа феникс сделал круг по комнате, приземлился Гарри на плечо и потёрся о его щёку.
— Гарри, — пискнула Гермиона, — кажется, он хочет сказать, что ты его новый хозяин.
Фоукс издал пронзительный звук и медленно наклонил голову.
— Зашибись! — высокоинтеллектуальная реплика в исполнении мистера Рональда Уизли.
— Но…почему? — задохнулся Поттер.
— Для этого может быть много причин, Гарри, — заметил Римус, — возможно, Фоукс почувствовал в тебе сильного волшебника. Или это было желание Дамблдора. Быть может, когда-нибудь ты и узнаешь правду…

* * *

Следующий день выпрыгнул перед симпатичными носами мужской половины обитателей дома на площади Гриммо как чертик из табакерки. Лично для Гарри утреннее пробуждение было внезапным и неожиданным: какой-то подлец начал щекотать несчастного, видимо отчаявшись разбудить Поттера другим способом.
— Сгинь, нечистая сила, в стиральную машину, — буркнул парень, отворачиваясь к стене.
— Ах так? — возмутилась «нечистая сила».
В следующую секунду Гарри сильно пожалел за свои слова. Причиной этому стало ведро ледяной воды, вылитое (или наколдованное) на многострадальную голову Избранного.
— Какого…, — зашипел парень, скатываясь от неожиданности с кровати.
«Нечистая сила» залилась свойственным исключительно ей и Волдеморту (что, по сути, одно и тоже) дьявольским смехом и отошла к кровати Рона. Вскоре в комнате послышалось тоненькое хихиканье, которое, впрочем, невероятно быстро сменилось на самый что ни на есть отборнейший мат в исполнении незабвенного Рональда Уизли. Причиной тому стало всё то же ведро воды, пришедшее на смену пытке щекоткой. Испугавшись возможной новой порции, Гарри, не удосужившись подняться с пола, открыл глаза. Напрасно.
Посреди спальни стояла чрезвычайно довольная, как метко заметил Поттер, «нечистая сила», а именно Джессика Дарк, и наблюдала за мокрыми парнями с каким-то садистским выражением лица.
— Джессика?! — выпучил глаза Уизли, — что ты тут делаешь, мать твою?!
— Я бы попросила оставить мою мать в покое, — недружелюбно попросила девушка.
— Как ты можешь быть такой жестокой? — несколько по-детски возмутился Гарри.
— Ну, возможно это наследственное…, — нехорошо ухмыльнулась Дарк.
— Что вообще случилось? — нейтральным тоном допрашивал парень, — Пожар? Землетрясение? Судный день? Волдеморт сдох?
— Ничего из вышеперечисленного, к сожалению. Просто ты приглашал меня к девяти. Сейчас, — Джессика посмотрела на часы, — пятнадцать минут десятого. Вставайте — солнце уже высоко, негры на плантациях…
И девушка вышла из комнаты.
Громко ругаясь, Гарри медленно поднялся с пола. Рональд погрозил кулаком двери.
— У-у-у негодяйка. И чего мы вообще с ней связались?
— Это ты сейчас у меня спрашиваешь?
Откуда-то из-под потолка раздался тихий переливчатый звук: Фоукс, казалось, смеялся. Сидящая на клетке Букля недовольно ухнула и нахохлилась.
— Ну что ты, милая? — с улыбкой погладил птицу Гарри, — Ты всегда была и останешься моей любимой совой.
— Ага, была, есть и будет есть, — недовольно буркнул Рон, высушивая заклинанием мокрые простыни.
Букля любовно клюнула Гарри в щёку и вылетела в окно. Гарри проводил её взглядом и последовал примеру друга. Приведя постель в порядок (официальное разрешение на колдовство от Министерства Гарри обнаружил не далее как вчера вечером на прикроватной тумбочке), юноша подошёл к зеркалу и попытался вспомнить, какое заклятие, кроме бреющего, может помочь ему справиться с собственной шевелюрой. Напряжённая умственная деятельность ни к чему, увы, не привела, так что Гарри предпочёл поскорее одеться и в сопровождении верного Рона и Фоукса решился-таки почтить кухню своим присутствием. В вышеозначенном помещении юноши застали Джессику и Люпина, уютно примостившихся рядом с накрытым на четыре персоны столом. «Интересно, а кто накрывал?» — не в тему подумал Гарри. Римус смотрел на девушку со смесью удивления и недоверия. Та в ответ нервно постукивала ножкой.
— И всё же, мисс Дарк, я продолжаю утверждать, что подобное невозможно.
— «Нет ничего невозможного, — весомо процитировала Джессика, — а если некто считает, будто что-то невозможно, значит он просто плохо ищет». Закон №13, если не ошибаюсь.
Римус снисходительно улыбнулся:
— Я помню.
— Я рада. Не знаю, как вы, а лично я не раз проверяла его поразительную точность и… Ой, какой симпомпончик! — радостно вскрикнула девушка, глядя на сопровождающего юношей феникса, — Ты чей, красотуля моя? — спросила она, поглаживая подлетевшего Фоукса по голове.
— Вообще-то, это мой феникс.
— У тебя есть феникс?!
— А что, в газетах ещё не напечатали? — встрял Рон, — Подай на них в суд, Гарри!
— Он вчера прилетел, — хмуро ответил Поттер, плюхаясь за стол, — Его зовут Фоукс.
— Что?… Фоукс?! — поразилась Джессика, — но откуда… Как?…
Феникс, тихо вскрикнув, перелетел на плечо к новому хозяину. Брови Джессики медленно поползли вверх и вскоре спрятались за длинной чёлкой.
— Предположительно, его послал Дамблдор, — заметил Римус.
Дарк странно покосилась на оборотня и немедленно вернула себе обычное невозмутимое выражение лица.
— А, ну да, конечно, — как-то странно проговорила она, — Так, ребята, вы завтракайте, а я, если не возражаете, подожду вас в гостиной. Идёт?
И Джессика, не дождавшись ответа, подхватила свою сумочку и, мельком взглянув на Люпина, поспешно унеслась из кухни, чуть не сбив по дороге Джинни и Гермиону.
— Вот аристократка! — недовольно поджала губы Джинни, усаживаясь за стол, — Манеры просто прут!
— А что она рассказывала, Римус? — поинтересовался Рон, не забыв предварительно чмокнуть Гермиону в щёку.
— Она хочет после школы поступить на работу в Отдел Тайн, — не замедлил ответить Люпин, — Спрашивала, не знаю ли я кого-нибудь оттуда. Заодно поделилась парочкой идей.
— Что за идеи? — немедленно оживилась Гермиона.
— Да ничего особенного. Просто туманные гипотезы, — нахмурился оборотень, — странно… мне даже на мгновение показалось, что…
Так и не закончив фразу Римус уткнулся взглядом в дверной косяк и задумался.
Глядя на затихшего мужчину, Гарри почувствовал, как зародившееся в нём несколько минут назад подозрение превратилось в уверенность. Ещё во время предсвадебной суматохи юноша почувствовал, что Джессика чего-то боится. Сейчас же Гарри мог с уверенностью сказать, чего именно.
Джессика боялась Люпина.
Гарри отчётливо видел напряжённость девушки во время её беседы с Римусом, и её взгляд, брошенный на мужчину перед уходом… Взгляд настороженного зверя… Ни на первый взгляд, ни при более близком знакомстве Джессика Дарк не напоминала завзятую расистку. И всё же… всё же…

* * *

Члены ОД сидели над книгами уже пятый час. Сразу после завтрака ребята показали Джессике найденный медальон. Девушка внимательно осмотрела его, но ничего нового не сказала. Гораздо больше её взволновал тот факт, что один из хоркруксов Волдеморта оказался надёжно спрятан (учитывая, что пол гостиной изначально на чечётку рассчитан не был), хотя относительно недавно лежал буквально под носом.
Так что на данный момент пятеро подростков уютно обложились кучей литературы и наивно надеялись обнаружить способ уничтожения кусочка души некоего лорда. За это время Рон умудрился уже дважды отправиться за чаем. Судя по количеству времени, затраченному юношей на выполнение сей нехитрой операции, какой-то негодяй наложил на молодого Уизли проклятие Черепахи.
Джинни давно уже отчаялась понять хоть что-то из увиденного в книгах и оставила свои бесплодные попытки. Так что к тому времени, как Рональд собрался на кухню в третий раз, его темноволосый друг постигал нелёгкую науку «а-ля Цезарь»: одной рукой юный спаситель мира листал книги, а другой перебирал волосы своей рыжей фаворитки, положившей голову ему на колени.
— Нет, я так больше не могу, — воскликнул Рон, держа в руках очередную чашку чая и глядя непонимающим взглядом на сто двадцатую страницу книги с многообещающим названием «Гость из Трансильвании».
— Что ты не можешь? — поинтересовалась Гермиона.
— В том-то и прикол, что ничего. Ни слова не понимаю из этой беллетристики, — Уизли сердито потряс «Гостем» и захлопнул злосчастную книгу, — Вот что такое, например, пространственно-временной континуум?
— Соотношение пространства и времени, совмещение на одном отрезке времени нескольких различных точек пространства, — буркнул Гарри, не отрываясь от чтения.
Рональд подавился чаем. Гарри оторвался от книги и обнаружил четыре пары изумлённых глаз, тщательно изучавших его физиономию.
— Чего вы так смотрите? Сам только что наткнулся.
Ответом ему послужило лишь скептическое хмыканье Джессики.
Через полчаса Рон не выдержал окончательно. Со словами «Уморили, гнусные ботаники!» парень отложил книги и схватился за медальон Слизерина, пытаясь вскрыть вышеозначенную висюльку «методом научного тыка».
— А ты его зубами попробуй, — глубокомысленно заявила Джессика, философски глядя на бесплодные попытки Уизли.
Умудрённый бесценным жизненным опытом Рональд не замедлил последовать совету мисс Дарк. Нет смысла говорить, что эта полная здравого смысла попытка не увенчалась успехом и чуть было не стоила парню его любимой встав… просто челюсти.
Ещё через полтора часа случилось то, чего Гарри ожидал меньше всего: сорвалась Джессика.
— Убейте меня, я жить хочу! — простонала девушка, зарываясь в ею же самой принесённую библиотеку.
— А в чём, собственно, дело? — ехидно поинтересовалась Джинни.
— Как? Как можно решить задачу, если не знаешь условия? — спросила Джессика, — Положим, здесь сказано, что маг запечатывает в хоркрукс «дорогое, но не жизненно необходимое». Исходя из этого находим способ, чтобы открыть его. Но как, дьявол тебя дери, лично я, например, могу вскрыть этот чёртов медальон, не зная, что туда запихнул Тёмный Лорд?
— Эмоции, — нахмурился Гарри.
— Дорогое?! — саркастично ухмыльнулась Джессика.
— Сила, — высказала предположение Гермиона.
— Не жизненно необходимое?! — продолжала гнуть своё Дарк.
— Ну тогда я не знаю, — удручённо пожала плечами Гермиона.
— Вот и я не знаю.
В комнате на некоторое время воцарилась тишина. Джессика тяжело вздохнула:
— Никогда не думала, что произнесу эти слова, но… я, наверно, мало чем могу помочь вам. Знаешь, Гарри, из всех нас именно ты действительно можешь найти ключ к медальону. По крайней мере, я так полагаю. Ты же знаешь Тёмного лорда как никто.
Девушка поднялась.
— Ты куда? — не понял Рон.
— Мне домой надо, — нахмурилась она, — но я ещё приду. А вы можете пока искать — книги я вам оставляю. Удачи.
И девушка вышла из комнаты. Вскоре на улице послышался рокот мотора.
Их осталось только двое, тех, кто не испугался трудностей, — Гермиона и Гарри. Первая, несмотря на сугубо субъективное мнение мисс Дарк, не оставляла попыток помочь другу, второму же, как заварившему всю эту кашу, бросить поиски не позволяла гордость и жажда мести.

* * *

В таком темпе прошла неделя. Гарри и Гермиона с завидным упорством продолжали искать в книгах подсказку. Джессика также не выпускала из рук тяжёлые тома, хотя и не особенно надеялась на успех, по крайней мере со своей стороны. Рон большей частью валялся на животе и медленно перелистывал страницы. За неимением сил и желания разбираться в магии Крови Уизли ограничился тем, что искал любое упоминание о хоркруксах, и находя их немедленно отдавал книги своим более упорным друзьям на переработку. Джинни же даже не пыталась соваться в размышления ребят и просто сидела рядом и читала что-нибудь другое или вышивала. В доме на площади Гриммо тянулись серые скучные дни… пока однажды вечером Римус не объявил Святой троице о назначенном на понедельник собрании Ордена Феникса.
Джинни о намечающемся событии, естественно, не знала, Джессика если и знала, то помалкивала, так что в понедельник Гарри, Рон и Гермиона спускались на кухню, умудрившись обойтись без скандалов и приступов неумеренного остроумия соответственно. Когда Гриффиндорское трио очутилось в вышеозначенном помещении, на «стрелку» явились практически все члены Ордена. Гарри огляделся. На кухне присутствовало около полусотни человек, в том числе все Уизли, исключая младшую Джинни, упёртого Перси и драконовода-путешественника Чарли, знакомые Гарри Дедалус Дингл, Кингсли Бруствер, Гестия Джонс и Стерджис Подмор, а также Римус и Тонкс. Из угла ребятам помахал рукой Хагрид, чуть было не сбив при этом молодую девушку, усердно строившую глазки сидящему в противоположном конце комнаты Майлзу Трейтору, лучшему другу и шаферу Билла Уизли. Недалеко от Майлза Гарри заметил затиснутого между двумя устрашающего вида колдунами маленького профессора Флитвика. Особенно удивило ребят присутствие на собрании Горация Слизнорта, их прошлогоднего профессора зельеварения. Насколько Гарри было известно, Слизнорта не прельщала перспектива открыто объявить себя сторонником Ордена, но, видимо, смерть Дамблдора смогла его несколько переубедить. Да и сам Орден, очевидно, сильно нуждался в надёжном и опытном зельеваре. За центральным столом сидели ещё трое знакомых: Минерва Макгонаголл, Артур Уизли и Эрик Крокер. Видимо, это и было Временное управление Ордена Феникса. Ещё одно место за столом пустовало, и Гарри искренне понадеялся, что оно оставлено не для него. Парню повезло: сие место оказалось занято сразу же, как вошёл последний отсутствующий член Ордена, Аластор Грюм.
Собрание началось сразу по появлении Грюма. Первыми выступали с докладами члены, занимающиеся непосредственно наблюдением за происходящим в различных частях волшебного и немагического мира. Девушка, сидевшая рядом с Хагридом, например, Моника Стар, сделала обзор магловской и магической прессы. Собственно, ничего нового их сообщения не дали. Затем слово взял Эрик Крокер.
— Утечка из Отдела Тайн продолжается, — нахмурившись сообщил он, — не далее как три дня назад меня лично атаковал какой-то сумасшедший и стал расспрашивать об одной из новых разработок. Судя по имевшимся у него данным было очевидно, что он обладает вполне конкретными знаниями. Негодяя, разумеется, арестовали, но это ни к чему не привело.
— Куда, чёрт возьми, смотрит ваша хвалёная служба безопасности? — буркнул Грюм.
— Проверки проводились, причём неоднократно, — сообщил из своего угла Майлз, — но они ничего не дают. Шпион хорошо скрывается.
— Майлз прав, — кивнул Эрик, — мы ввели дополнительные меры проверки, но опять же бесполезно. Тем более, что мой сумасшедший, скорее всего, был специально подослан. Отвлекающий манёвр, быть может.
— И в продолжение темы о шпионах, — начал Грюм, — Я только что разговаривал с нашим разведчиком…
— А у нас есть разведчик? — шёпотом спросил Гарри у Римуса.
— Есть. Его ещё Дамблдор нашёл, — так же шёпотом ответил Римус, — Только не спрашивай, кто это — всё равно не знаю. По-моему, на этот счёт в курсе один лишь Грюм.
— А Снейп?
— Видимо нет, раз шпион всё ещё жив.
— Так вот, — продолжал тем временем Грозный Глаз, — он сообщил мне любопытное известие. Среди нас есть предатель.
Члены Ордена ошарашено переглянулись.
— Из Ордена идёт порядочная утечка, причём прямо к Тёмному лорду. При этом ясно только, что шпион не входит в управление, иначе мы бы были уже мертвы, — как всегда оптимистично закончил Грюм.
Эрик, Минерва и Артур несколько расслабились.
— А почему в таком случае вы думаете, что это не Снейп? — не унимался Поттер.
— Очень просто, Поттер, — прохрипел Грюм, сверля юношу взглядом, — Некоторую информацию он не смог бы рассказать, даже если бы очень хотел — он её просто не знает. Например, то, что ты вступил в игру.
Гарри взглянул на Рона и Гермиону. Они, как и он сам, были в шоке.

* * *

— Это Джессика, — уверенно сказал Рон, — это точно она. Она ведь знает, что ты связан с Орденом. Она и сказала. Уверен, ей есть кому сообщить.
Гарри, Рон и Гермиона специально встали пораньше, чтобы обсудить вчерашнее собрание Ордена. Объект обсуждений на пост пока не явился, Джинни решила подольше поспать, а Римус в очередной раз куда-то исчез, так что членам ОД никто не мог помешать.
— Да не могла она, — нахмурился Гарри, — зачем? И она знает о хоркруксах. Да нас бы уже пришибли, если бы Волдеморт был в курсе.
— А ты вспомни: ты ведь никуда не выходил из дома после того, как она узнала о медальоне, — резонно отметила Гермиона, — А дом спрятан. Значит, просто ещё не было возможности с тобой «побеседовать».
— А меня лично наводит на нехорошие мысли лёгкость, с которой она назвала имя Блэка. Ведь должен же Волдеморт знать, кто и когда мог стащить его драгоценный хоркрукс.
— Ну не знаю. Мне кажется, вы преувеличиваете, — недовольно пробормотал Гарри.
— Как хочешь, Гарри, — поджала губы Гермиона, — хочешь ей верить — верь. Но когда напорешься — сам будешь виноват.
— Уж кто бы говорил. Между прочим, это вы мне не верили насчёт Малфоя и Снейпа, а не я вам. И ведь я оказался прав.
— Ну знаешь ли, Малфой со Снейпом — это одно, а Джессика — совершенно другое. В конце концов, ты её даже не знаешь, мы можем даже не предполагать, на что она способна.
— Что опять Джессика такого сделала? — раздался весьма заинтересованный голос.
*Как всегда вовремя,* — раздражённо подумал Гарри и повернулся к двери.
Джессика Дарк принадлежала, очевидно, к тому типу людей, которые всегда приходят в назначенное время и всегда — невовремя. Вот и сейчас девушка стояла в дверях, пытаясь понять, в чём именно её в очередной раз обвиняют.
— Да ничего. Вроде бы, — неуверенно ответил Рон.
— А вместо «вроде бы» ты хотел сказать «пока что», — Джессика вздохнула, — Ребята, знаете… Не то, чтобы я что-то имела против, не подумайте неправильно, просто, любопытно. Что я должна сделать, чтобы вы перестали считать меня шпионкой? Ламбаду станцевать?
— А что, идея! — хихикнул Рон, — Даже интересно будет посмотреть.
— Было бы на что смотреть, — хихикнула Гермиона.
— Типа пошутила, — не удержалась Джессика.
— Ну-ну, не обижайся, Джесси, — поддержал «беседу» Рон.
— Если ты помнишь, я просила не называть меня «Джесси», — недовольно нахмурилась Дарк.
— Я-то помню, да только тебя не понимаю. Что не нравится — хорошее имя.
— Я вот тоже помню, — не смогла не ввернуть Джессика, — как ты нажрался как свинья на мальчишнике и тебя потом чуть не в связанном состоянии домой несли. Мне Флёр рассказала. Я теперь частенько вспоминаю эту прелестную историю.
— А оно тебе надо? — сразу скис Рон.
— Ну, надо — не надо, а вспоминать приятно, — ехидно ответила девушка.
— Я понял, — внезапно вскочил Гарри.
— Гарри, ты чего? — испуганно спросила Гермиона.
— Я понял, что Волдеморт прячет в хоркруксы. Память.
— Это как? — раскрыл рот Рон.
— Хоркрукс можно сделать только после того, как ты убьёшь человека, верно? — принялся рассуждать Гарри, — мы знаем, что Волдеморт делал хоркруксы только после смертей, чем-либо для него примечательных. Вот он и запирал память об этих преступлениях. Не воспоминания, а именно память. Ведь воспоминания передают только сам факт произошедшего, а это ничего особенного не даёт, а память хранит ощущения, моральные, физические, любые, которые вызывала эта смерть. Понимаете?
— Не совсем, — откликнулась Гермиона, — но по-моему, это замечательная идея.
— Тогда для того, чтобы открыть медальон, нужно сделать что-то связанное с памятью, — взялась за размышления Джессика, — Скажем, попытаться его наполнить его тем что дорого тебе или… Я знаю. Нужно использовать его по прежнему назначению. Точно, ведь если ты прав, Гарри, то Тёмный Лорд запирал оригинальные воспоминания, то есть единственные в своём роде, причём связанные с конкретным предметом. Значит нам нужно применить метод «от противного» — сделать что-то касающееся конкретного предмета, знакомое абсолютно всем. Проще всего — применить хоркрукс по прежнему назначению.
— Джинни активизировала дневник, когда начал в нём писать, — вспомнил Рон.
— А Дамблдор носил кольцо на пальце, — подхватил Гарри.
— Следовательно, медальон нужно повесить на шею, — закончила Гермиона.
Ребята переглянулись:
— А дальше что? — спросил Рон.
— Взрывное заклятие, и всего делов, — пожал плечами Гарри.
— Думаешь, так просто? — недоверчиво покачала головой Гермиона.
— А что, думаешь, так сложно? — спросил в ответ Поттер и достал из кармана медальон Слизерина.
— Подожди-ка, ты что, собираешься этим прямо здесь заниматься? — схватила парня за плечо Джессика, — Джинни же наверху. А если ты промажешь? Весь дом полетит к Волдемортовой матери.
— И что ты предлагаешь?
Джессика замолчала. Она, казалось, что-то просчитывала. ОД терпеливо ждали её очередной гениальной идеи. Наконец Джессика сообщила:
— Ну, у меня есть одно предложение, но вам не понравится.
— ???
— Ну я ведь Пожирательница, разве не так? — пояснила девушка, — А между прочим, моё предложение полностью безопасно.
— Ладно, давай посмотрим, — кивнул Гарри.
Дарк протянула юноше кусок пергамента с надписью: «Уотфорд, Найтхауз».
— И что это? — спросила Гермиона, прочитавшая записку из-за Гарриного плеча.
— Это место, куда вас не пойдёт искать даже Тёмный Лорд.
— Да-а-а, как всегда остроумно, — почесал нос Рональд.
В результате, после получаса жарких споров было решено с известной осторожностью принять предложение Джессики. В качестве средства перемещения девушка предлагала портал, под предлогом того, что трансгрессировать на территории Найтхауза невозможно, но Гарри, Рон и Гермиона благоразумно решили воспользоваться услугами Фоукса…
Феникс перенёс членов ОД на поляну. Прямо перед ними находилась ограда, небольшой ухоженный садик и резная беседка. Впереди, приблизительно в ста шагах, возвышался огромный старинный особняк. Местность вообще не внушала особого доверия — слишком уж много мест для возможной засады. Гарри вздохнул и взялся за хоркрукс:
— Так, давайте покончим с этим поскорее. Я домой хочу.
— Нет, — Джессика схватила медальон, не давая юноше надеть его, — давай лучше я.
— Ага, её не жалко, — хихикнул Рон.
— Нет, в самом деле, Гарри, — не отступалась Джессика, — Давай я. Кому-то ведь надо хоркрукс уничтожать.
Несколько секунд Гарри и Джессика просто смотрели друг на друга, затем Гарри отпустил медальон. Девушка кивнула и, отойдя на несколько шагов назад надела медальон…
Ничего не случилось.
— В чём дело? — подала голос Гермиона.
— Может, его открыть надо? — предположил Гарри.
— Так он же не открывается, — помотал головой Рон.
— Так то в руках. На шее, может, откроется, — объяснил Гарри, — Джессика, открой его.
Дарк, чуть помедлив, нажала на замочек и потеряла сознание. А из внезапно открывшегося медальона появилось белое облако, через секунду превратившееся в фигуру человека. Перед ребятами стоял тридцатилетний Том Реддл.
— Великолепно, — оглядевшись, медленно произнёс Реддл, — И кто же вы? Впрочем, неважно…
Реддл наклонился над Джессикой и попытался взять выпавшую из-за падения палочку. Это движение заставило Гарри выхватить свою.
— Accio, медальон! Diffindo!
Взрывное заклятие ударилось о паривший в воздухе медальон и отскочило. Хоркрукс был цел и невредим. Том захохотал:
— Наивный маленький мальчик! Если бы хоркруксы так просто было уничтожить, они не имели бы смысла. Жаль. Я хотел оставить тебя в живых, но, боюсь, что теперь это невозможно!
— Вот чёрт! — крикнул Рон, бросился вперёд и в невообразимом прыжке схватил палочку Джессики.
Гермиона призвала к себе медальон и стала над ним колдовать. Гарри остался один на один с молодым Волдемортом.
— Отлично сработано, молодой человек, просто превосходно, — недобро ухмыльнулся Том, — А как вам вот это понравится?
Призрак взмахнул рукой, и Рон отлетел назад, ударившись о дерево. Палочка выпала у него из рук и покатилась прямо к ногам Редлла. Том подхватил оружие и нацелил его на Гермиону.
— Симпатичная девушка, но уж больно резвая!
Из палочки вырвался малиновый луч, но Гермиона успела его блокировать. Гарри попытался отвлечь призрака на себя, но заработал только серию из нескольких неизвестных ему проклятий. Пришлось прятаться за ближайшее дерево. Рон, между тем, уже поднялся на ноги и двигался по направлению к Гермионе. За попытку обезоружить Волдеморта юноше пришлось расплачиваться: злобно улыбаясь Том послал в Уизли Круциатус.
— Ну всё! — зарычал Поттер, услышав крики друга.
Парень сжал кулаки, явно надеясь расправиться с нахальным призраком в рукопашную. В тот же момент раздался взрыв: брошенный Гермионой в процессе защиты медальон Салазара Слизерина разлетелся на мелкие осколки.
— Не-е-ет! — закричал Реддл.
Через секунду на том месте, где стоял тридцатилетний Тёмной лорд, осталось только маленькое серебристое облачко. Гарри упал на колени: взрыв потребовал от него большой затраты энергии. Только одного Поттер не мог понять: как он это сделал.
— Гарри? — послышался испуганный возглас Гермионы.
— Всё в порядке.
С другой стороны поляны уже поднимался Рон с болезненной гримасой на лице. На вопросы друзей, всё ли в порядке, парень просто махнул рукой. А вот Джессика подниматься не собиралась. Гарри, Рон и Гермиона подошли к ней.
— Что с ней? — спросил Гарри.
— Не знаю, — Гермиона встала на корточки и стала поливать девушку водой из палочки.
Через минуту Джессика наконец очнулась.
— Со сусилось? — невнятно пробормотала она.
— Хоркрукс уничтожен, — сообщил Гарри, помогая Джессике подняться, — ты как?
— Жить буду. Недолго правда.
Джессика потёрла шею. На месте, куда касалась цепочка от медальона, виднелся ожог. Гермиона охнула.
— Ничего страшного, — нахмурилась девушка.
Гарри аккуратно коснулся её шеи. Миг — и на месте ожога осталось лишь небольшое розовое пятнышко.
— Спасибо конечно, — изумлённо подняла брови Джессика, — но как…
Гарри пожал плечами. Что-то с ним слишком много странного происходит в последнее время.
— Ты доберёшься до дома? — спросил он в ответ.
— Было бы куда добираться, — усмехнулась Джессика, — ничего, что на чай не приглашаю?
Гарри махнул рукой. Пора было возвращаться, пока их не хватились. Что ж, по крайней мере, третий хоркрукс Волдеморта теперь уничтожен.
Глава 8. Назад в Хогвартс?

Если вы не согласны со мной,
значит вы меня просто не слушали.
NN

Джинни невероятно обиделась, когда узнала, что ребята отправились уничтожать хоркрукс без неё. Правда, Гарри полагал, что обида девушки немедленно сменилась бы на ужас, расскажи они ей обо всех нюансах операции. Но все расспросы Джинни о подробностях прекратились после выяснения личности «подопытного кролика», т.е. человека, которому выпала честь примерить медальон Слизерина. Сам «подопытный кролик», а именно Джессика Дарк, на следующий день после опыта явился на площадь Гриммо и забрал свои книги. Больше девушку никто не видел.
В тот же день Гарри и Рон единогласно решили, что им всё надоело, и отправились в сопровождении Римуса, Гермионы, Молли Уизли и Эрика Крокера в Министерство, сдавать экзамен на трансгрессию. Гермиона, Молли и Римус обеспечивали группу поддержки, а Эрик, работавший по сменам, будучи в сей знаменательный день «выходным», решил смотаться «за компанию». При этом взрослые тщательно скрывали от ребят наличие спецзадания от ОФ, связанного с охраной некоего Избранного, а подростки усердно делали вид, что поверили.
― Запомните, — без устали твердила Гермиона, пока вся компания добиралась до шестого уровня, на котором был расположен Испытательный центр трансгрессии, — Нацеленность, Настойчивость, Неспешность…
После четырнадцатого раза Рон начал сходить с ума и, наклонившись к уху Гермионы, что-то прошептал. Судя по странному выражению лица девушки и немедленно прекратившемуся словесному потоку, это «что-то» оказалось чрезвычайно действенным, и Гарри взял себе на заметку выспросить у друга секрет женского молчания.
Добравшись до шестого уровня, Гарри и Рон первым делом зарегистрировались у стола Заявок, а затем прошли непосредственно в зал для испытаний. Через десять минут к ним присоединился мистер Двукрест, их прошлогодний тренер по трансгрессии.
— Ну-с, молодые люди, кто первый? — не в меру жизнерадостно спросил мужчина.
Первым пошёл Гарри — Рон сильно нервничал (как, впрочем, и всегда) и попросился пойти в конце. Гарри справился даже лучше, чем рассчитывал: точно переместился именно к третьему дереву именно в пятом ряду и именно с южной стороны (тренировочный зал был заколдован как небольшая лесная поляна с неожиданными препятствиями в виде озера, небольшого оврага и непосредственно самого экзаменатора). Следующим сдавался Рон. От напряжения парень даже зажмурил глаза. Хлопок и… Упс… Нет, Рон очутился где надо, вот только почему-то не стоящим на своих двоих, а висящим в воздухе примерно в метре от травы. Юноша поболтался так несколько секунд и медленно спустился на эту грешную землю. От второго незачёта его спас Гарри, вовремя отвлёкший на себя внимание экзаменатора.
— Это сейчас что такое было? — недоумённо взглянул Гарри на друга, когда оба выходили из тренировочного зала с сертификатами в руках. Рон ответил ему точно таким же недоумевающим взглядом…

* * *

Четыре часа спустя Гарри валялся на кровати в своей комнате и тихо выходил из себя, попутно оглушая носившихся под потолком мух. Тот факт, что мухи-то ему точно ничего не сделали, упорно ускользал от сознания юноши. Очевидно, вместо насекомых Поттер представлял себе некоторых конкретных личностей. Вопрос, который скорее всего занимал парня в эту минуту, весело мельтешил перед глазами (в буквальном смысле), тщательно выведенными Гарри огненными буквами. «За что?»
Неприятности Поттера начались сразу после его возвращения с экзамена по трансгрессии. Устав ломать голову над вопросом «Из какого места у Рона растут крылья?», Гарри с многочисленной свитой направил свои стопы на кухню, дабы успокоить расшатанную нервную систему чашечкой кофе. В данном помещении юноша обнаружил Флёр, Джинни, Тонкс и Макгонаголл, ведущих исключительно серьёзную женскую беседу. Перед Джинни лежало распечатанное письмо, которое она в настоящее время гипнотизировала.
— А, Минерва, — обрадовалась миссис Уизли, увидев директрису, — как дела со школой?
— Лучше, чем могло бы быть, — чуть улыбнулась Макгонаголл, — Гарри, Рон, Гермиона, это вам.
Женщина протянула ребятам хорошо знакомые письма с гербом Хогвартса. Гарри по привычке раскрыл конверт и пробежал глазами список принадлежностей. Ничего нового, кроме, пожалуй, парадной мантии цветов факультета и праздничной одежды на выпускной бал. Гарри нахмурился: «выпускной бал», звучит слишком соблазнительно.
— Я помню вашу точку зрения, — сообщила Минерва, — Но я обязана доставить вам эти письма. К тому же, возможно, вы передумаете.
— А пошему бы и нет? Что вы будете делат’? — мягко улыбнулась Флёр. — А школе вы нушны.
— Что мы будем делать — наша забота, — несколько невежливо откликнулся Поттер.
Тут Тонкс высыпала на парня целую гору аргументов, почему трём многообещающим семикурсникам, к тому же членам Ордена Феникса, предпочтительнее находиться в Хогвартсе, а не у чёрта на куличках. Гарри не успевал ей отвечать, хотя отвечать, собственно, было нечего, ибо аврорша, по сути, была права. Молли Уизли, уяснив, что именно Избранный являлся зачинщиком этого безобразия, умоляюще смотрела на юношу. У женщины и в самом деле была блестящая перспектива: либо её младший сын отправляется в относительно безопасный, неплохо укреплённый замок, либо попадает в самый эпицентр войны.
— Гарри, ты должен быть в Хогвартсе. Я вижу там что-то, что очень тебе нужно. Вещь и людей, — произнесла Джинни хриплым голосом.
Гарри вздрогнул. Эта, теперешняя Джинни, бледная, со сдавленным хриплым голосом и распахнутыми, глядящими вникуда глазами неприятно напомнила ему транс профессора Трелони, тогда, на третьем курсе. Неожиданно девушка подняла голову, взглянула на него умоляющим взглядом, явно скопированным у матери. Это сделало её несколько больше похожей на прежнюю. По крайней мере, с лица исчезло отсутствующее выражение. В голову Гарри закралось подозрение, что кто-то однозначно сошёл с ума: либо он, либо все остальные. Последним штрихом к картине под названием «Вечерние посиделки в дурдоме» стала Гермиона.
— Гарри, пожалуйста, давай поедем, — и подруга заглянула Поттеру в глаза.
В следующую секунду в голове у Гарри появилась блаженная пустота, как от Империуса. Через секунду означенная пустота сменилась на какое-то тёплое покалывание, разливающееся по всему телу и густо приправленное жгучим желанием подчиниться грохотавшим в голове словам Гермионы: «…поедем…давай поедем…»
— Я…ладно, хорошо, поедем… — пробормотал бедолага, полностью себя не контролируя.
Наваждение тут же спало, и Гарри моментально осознал, что именно он сделал. Но было поздно: Молли уже принялась планировать вылазку в Косой переулок, Макгонаголл с облегчением вздохнула, Джинни и Гермиона радостно засмеялись, и даже Рон, кажется, обрадовался. При таком положении вещей Гарри просто не смог взять свои слова обратно и отменить новый учебный год. Так что теперь парень валялся на кровати и вымещал своё неудовольствие на несчастных насекомых. Из всей ситуации ему, однако, меньше всего не нравился сам факт возвращения в школу. Намного больше Поттера бесило то, почему он согласился. «Я взрываю хоркруксы без палочки и лечу ожоги, Рон летает по воздуху, Джинни впадает в пророческий транс, а Гермиона занимается гипнозом…»
— Да что, чёрт побери, с нами со всеми происходит?! — зарычал Поттер, переворачиваясь на другой бок.

* * *

Очередь продвигалась крайне медленно и неохотно, так что Гарри готов был покусать всех, кто там стоял, даром что ни оборотнем, ни вампиром не был и анимагией не владел. В магазин «Флориш и Блоттс», очевидно, завезли очередной шедевр литературного искусства, так что очередь выходила на улицу и приветливо виляла хвостом редким прохожим. Гарри и его сопровождение, состоявшее сегодня из трёх однокурсников, Эрика, Тонкс, миссис Уизли, Кингсли Бруствера и Майлза Трейтора, только что покинули аптеку и потому не успели ещё проникнуть в магазин. Майлз куда-то смылся, Кингсли беседовал с аврором, патрулировавшим переулок, Эрик и Молли о чём-то спорили, а Тонкс, сегодня желтоглазая брюнетка, и Джинни обсуждали новую, только что купленную мантию юной Уизли. Гарри, от нечего делать, изучал в общем-то неинтересную улицу. Книжная лавка была на сегодня предпоследним пунктом остановки (последним, понятно, был магазин близнецов).
За мантиями, в том числе парадной красно-золотой, ребята направились в магазин мадам Малкин, а вот бальный наряд пришлось покупать в «Звёздном вечере», поскольку Малкин специализировалась исключительно на мантиях. Там Гарри, не мудрствуя лукаво, приобрёл чёрную рубашку и брюки и такой же чёрный полуплащ с золотыми звёздочками по низу. Рон выбрал такой же костюм, только рубашка и плащ были малиновыми. Что купила Гермиона, мальчики увидеть не успели. Вслед за одеждой вся компания зашла в «Совиный рай», затем отправилась за письменными принадлежностями и прочая. В книжный магазин, однако, попасть Гарри уже отчаялся и стрелял глазами по сторонам.
По противоположной стороне улицы двигалась неопознанная фигура в чёрном плаще и с капюшоном на голове, чем сразу привлекла внимание юноши. Фигура двигалась быстро и бесшумно и явно не мечтала быть узнанной. Половую принадлежность определить не удалось, правда, судя по походке, Гарри сделал вывод, что человек под капюшоном был достаточно молод. В ту же секунду от толпы, изучавшей вывеску на витрине «Флориша и Блоттса», отделился мужчина и, некоторое время рассматривая фигуру в плаще, двинулся ей наперерез. С полминуты Гарри изучал мужчину, почему-то показавшегося ему знакомым.
— Рон, Гермиона, — вдруг прошептал он, толкая друзей локтями, — посмотрите-ка вон на того человека, в чёрной мантии возле витрины. Он вам, случаем, никого не напоминает?
Рон и Гермиона уставились на мужчину так же, как он сам в данную секунду рассматривал человека в плаще. Не дождавшись реакции, Гарри шёпотом воскликнул:
— Да это же Снейп!
— Точно, — охнула Гермиона, — и что он делает под носом у авроров?
— Ни фига себе! — хихикнул Рон, — Смотрите, он, похоже, башку помыл. Что, не любит Сами-знаете-кто грязнуль?
Снейп вообще изменился до неузнаваемости. Волосы были вымыты и перевязаны лентой, кожа из жёлто-серой приобрела естественный, правда, несколько бледный, оттенок, походка перестала напоминать паучью (хотя мантия по-прежнему развевалась как от ветра). Вообще его можно было бы назвать привлекательным, если бы не недовольное и чуть настороженное выражение лица. И если бы он не был убийцей.
Бывший профессор Хогвартса проплыл мимо ошарашенных ребят по направлению к неизвестному и резко взял его за руку. Фигура дёрнулась, пытаясь вырваться, но скорее от неожиданности, чем от страха, и буквально через секунду расслабилась, очевидно, узнав «собеседника». Обменявшись несколькими словами, Северус потащил незнакомца по направлению к Лютному переулку.
— Ты куда? — прошептала Гермиона, глядя на достающего мантию-невидимку Гарри.
— Пойду, узнаю, что этот негодяй забыл на улице, полной женщин и детей.
— Мы с тобой, — проговорил Рон.
— Нет, Снейп — не Малфой, втроём он нас быстро обнаружит.
— Только не нарывайся и не делай глупостей, — предупредила Гермиона место, где две секунды назад стоял Гарри.
— Не беспокойся, я только на разведку. Прикройте меня.
И Гарри поспешил за Снейпом и его спутником. Северус шёл достаточно быстро и незнакомец от него не отставал (в частности, потому что Пожиратель крепко держал его за руку), так что Гарри пришлось в срочном порядке учиться искусству бесшумного бега.
Перед входом на Лютный переулок Снейп на секунду остановился и надел свой капюшон, незнакомец сильнее натянул свой. В переулке сейчас было не очень много народу, что существенно облегчало жизнь невидимки. Миновав печально известный магазин «Горбин и Бэрк», бывший профессор свернул направо. Гарри быстро последовал за ним и… через несколько шагов упёрся лбом в стену. В проулке за магазином тёмных артефактов не было ничего. Вообще. Даже обычного мусора. Снейпа и незнакомц�