Гарри Поттер и Ось Времён. Глава 46. Часть 3


Гарри думал. Очень усердно, долго и мучительно. Думал он о разном, но в основном о человеческой глупости, о несовершенстве бытия, о жизни и смерти… И выводы у него упорно получались неутешительные, и довольно нелестные его скромной персоне. Начать мозговой штурм Поттера побудила информация, полученная от Лаванды Браун, ответственной в Армии Дамблдора сбор сведений. Пару дней назад Гарри попросил её поднять агентурную сеть, которую девушка раскинула по всему Хогвартсу ещё два года назад перед святочным балом, дабы узнать, у кого какой будет наряд. И сегодня юноша получил искомую информацию. Лучше бы по голове битой получил, честное слово…
Информация ему была нужна, разумеется, не о дамских нарядах, а о вещах более приземлённых: как попасть в хогвартский центр каминной связи, и где этот центр находится.
Увы, такая замечательная во всех отношениях вещь, как карта Мародёров помочь в этой ситуации не могла. Дело в том, что сравнительно недавно, в то незабываемое лето, когда Гарри превратил любимую тётушку Мардж в дирижабль и едва не заставил повторить печальную историю «Гуттенберга», в Министерстве были приняты некоторые нововведения относительно каминной связи. Если раньше каждый отдельно взятый камин был подключен к общей сети, то, начиная с того лета в крупных заведениях вроде Хогвартса нужно было установить общий центр, к которому и подключались все остальные камины. И уже этот самый центр подключался к общей сети. Довольно непрактично, надо сказать: если что-то случится с этим самым «генератором», то вся школа окажется полностью отрезанной от связи. Однако кого в министерстве волнует какая-то школа с её связью? Им ведь надо количество подключенных каминов сократить до минимума, а потом провести сокращение кадров, чтоб министр был доволен, а кресла в отделах никто пятой точкой просто так сутками не мусолил. На домах волшебников эта, с позволения сказать, реформа не сказалась никак, а вот организации вроде Хогвартса были вынуждены каминную связь переделывать. И где оный центр связи установили Гарри представлял себе довольно смутно: господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост создавали своё бессмертное творение намного раньше появления в школе искомого объекта, и посему обозначить его на карте никак не могли.
Впрочем, поиск проблемой не был: Гермионе вполне достаточно было подойти после уроков к профессору МакГонагалл, и поговорить по душам за чашечкой чая.
Путь надобно было держать через слизеринские подвалы куда-то в слизеринские же катакомбы. И вот ту начинался тихий ужас: какой-то умник в Министерстве (не иначе как очередной давно потерянный родственник господина Фаджа) горячо требовал, чтобы такой важный и необходимый объект, как центр каминной связи, был надёжно защищён. От любых посягательств. Как гласит легенда, профессор Дамблдор идею эту не оценил, однако министерские работники не теряли надежды. О том, как они пытались диктовать директору, что и как делать, история умалчивает. Однако примерно в это же время из Азкабана сбежал Сириус, и профессору Дамблдору пришлось переключиться на куда более важные проблемы, нежели министерские работники и их заморочки. Впрочем, довольно скоро спор разгорелся вновь, но на этот раз к требованиям бестолковых работников каминного отдела (в народе их иногда именовали «Трубочистами», но они на такое сравнение почему-то обижались и отзываться не желали) присоединились птицы покрупнее, отстаивающие идею отправки в Хогвартс дементоров Азкабана. В итоге директору ничего не оставалось, кроме как согласиться. Про то, как продуктивно в школе погостили дементоры Поттер знал, так сказать, из первых рук, но вот про то, что устроил Дамблдор с каминной сетью ему рассказали только сейчас. Как оказалось, к строгому приказу «Сделать всё возможное, дабы оградить генератор от посягательств» покойный профессор отнёсся с издевательской серьёзностью. Мало того, что искомый объект был расположен в слизеринских катакомбах, где порой теряются и сами слизеринцы, так он ещё и остальных учителей подключил, устроив несчастным, возжелавшим посягнуть на новоявленную священную реликвию Хогвартса, на пути к светлой такую полосу препятствий, что стало понятно, что к защите философского камня шесть лет назад профессора отнеслись абсолютно дилетантски. Впрочем, вполне возможно, что профессор Дамблдор сделал определённые выводы из того, что камень смогли добыть трое первокурсников… или же он прекрасно понимал, что к центру каминной связи ни один первокурсник, даже вконец спятивший после экзамена по зельеделию, не полезет, в отличие от философского камня, и делать защиту такой, чтобы проскочить мог любой достаточно удачливый ученик, вовсе не обязательно… в общем, об этом история умалчивает. Суть в том, что теперь нашлись полоумные старшекурсники, которым очень нужно пробраться к генератору каминной связи, враз превратившемуся из груды никому толком не нужного хлама в стратегически важный объект. И этим полоумным старшекурсникам придётся пробираться через поставленную Дамблдором из вредности защиту. А вредности у покойного директора было много. Почти как у Вольдеморта понтов, у Гарри живучести, а у Гермионы отличных оценок.
Определённо, Поттеру нужно было как-то снять напряжение…
На следующее утро вся школа втихую говорила о новом дерзком акте вандализма. Впрочем, ни в коем случае нельзя считать вандализмом то, что некий безымянный умелец под покровом ночи пробрался в директорские запасники, святая святых Хогвартса, нашёл там Устав Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, изрисовал страницы похабными картинками, вписал три пункта и жирно перечеркнул все нововведения последних лет. На самом деле умелец был вполне известен всем, кому положено было знать: Гарри несколько часов уламывал профессора МакГонагалл поделиться информацией о том, возможно ли оный устав, несомненно заколдованный, безболезненно, без шума и пыли тихонько испоганить. Какое-то время декан колебалась, однако, выслушав аргумент о том, что он, Гарри, весь вечер сидел перед Картой Мародёров, и пялился в означенную карту, ожидая, пока кабинет МакГонагалл покинет Аластор Хмури, с которым профессор, видите ли, чефирить изволили (во всяком случае, так он считал исходя из увиденного на Карте). А ему, Гарри, между прочим, кушать хочется, уроки делать надо, да ещё и мир спасать ценой своей бесценной шкурки. Профессор, видимо, прониклась серьёзностью ситуации (ещё бы!! Доклад по зельеделию завтра сдавать, а он едва начат!!) и выложила все интересующие юного мага сведения.
Однако вечно отлынивать от первоочерёдного дела юный маг не мог, и в тот же день вернулся к проблеме каминного центра.
К планированию операции волшебники-недоучки подошли со всей возможной серьёзностью. Ближайшее занятие АД было отменено. Вместо него планировалось собрание генштаба с целью планирования предстоящих военных действий. В состав оного генштаба вошло по два человека от каждого факультета: Гарри и Гермиона от Гриффиндора, Падма и Чжоу от Ревенкло, Сьюзен и Джастин от Хаффлпафа и, к вящему неудовольствию представителей Ревенкло и Хафлпаффа, Малфой и Забини от Слизерина.
— Гарри, ты уверен, что это хорошая идея? — кажется, Джастин задавал этот вопрос уже двадцать седьмой раз. А, может, двадцать восьмой. Гарри давно сбился со счёта.
Ребята привычно встретились возле одной из лестниц, по которой проходят как хаффлпаффцы, так и ученики Гриффиндора. Разумеется, первым и главным вопросом, на который Джастину не терпелось получить ответ, было давно ставшее привычным «Действительно ли так необходимо участие слизеринцев?». Получив на заданный вопрос чёткий и однозначный ответ, Джастин удовлетворился ровно на пятнадцать секунд, и потом возобновил расспросы. Девушки шли сзади, молча слушая разговор.
— Да, уверен, — вновь ответил Поттер, не останавливаясь. Ребята шли по тёмным коридорам, увешанным картинами. Единственным освещением были слабые огоньки освещающего заклинания на кончиках волшебных палочек. — Сам посуди, нам придётся спускаться в слизеринские подвалы, в которых лично я ориентируюсь не слишком хорошо. Было бы неплохо иметь при себе пару слизеринцев, знающих, куда и когда нужно в этих тоннелях повернуть.
— А как же… — Джастин покосился на Карту Мародёров, которую Поттер нёс в руках, поминутно сверяясь. Увы, вечно хранить в тайне такую вещицу юному магу не удалось.
— Того места, куда нам придётся отправиться на этой карте нет, — пояснил Гарри. — Его построили позже. Так что слизеринцы нам пригодятся, хотим мы того, или нет.
Гарри был готов засечь время, которое потребуется Джастину для формулировки очередного вопроса на вечную тему слизеринцев, однако, даже если вопросы возникли, задать их хаффлпафец не успел — они пришли.
Гарри старательно прошёл мимо каменной стены туда-сюда три раза, и резко распахнул возникшую в стене дверь.
В этот раз убранство помещения заказывал не он, а слизеринцы, которые пришли раньше и уже сидели в двух зелёных резных креслах. Разумеется, подняться навстречу новоприбывшим никто и не подумал.
«Не очень то и хотелось», — мысленно фыркнул Поттер, и демонстративно молча приземлился в одно из кресел.
— Начнём? — Гермиона, тоже заняв свободное кресло, сразу перешла к делу, минуя приветствия. В конце концов, они не на переговоры собрались, так что можно было обойтись без показной вежливости.
— Сначала расскажи, что вы надумали, — потребовал Малфой, верно предполагая, что общий набросок действий у ребят уже есть.
— Только общие моменты, — призналась Гермиона. — Нужно будет отвлечь господ преподавателей от подземелий: Снейп нам не помеха, но попадаться ему на глаза всё равно нежелательно: так мы, если кого поймают, и себя и его подставим. К чему быть готовыми я даже не предполагаю, но, скорее всего, полоса препятствий — это все катакомбы, а не какая-то отдельная их часть. Где-то там должна быть сигнализация, оповещающая директора о вторжении.
— И сигнализацию предполагается найти и отключить? — скептически уточнил Забини.
— Вот именно, что вероятность этого ничтожно мала — сигнализация может быть где угодно, причём не обязательно одна, — Гермиона не обратила никакого внимания на явную издёвку в тоне слизеринца. — Именно поэтому и нужно, чтобы кто-то отвлёк наших главных друзей от директорского кабинета. Нужно будет чем-то занять Аллерта, Филча и Берка, причём так, чтобы они провозились с этим чем-то всю ночь.
— А вам не кажется, что надо занять не только Берка, но и всех остальных? — вмешался Малфой.
— Это ещё зачем? — в этот раз снова не утерпел Джастин, который, судя по всему, держался из последних сил, чтобы не полезть с кулаками на слизеринцев.
— А это затем, — Малфой повернулся в кресле, чтобы оказаться лицом к лицу с хаффлпафцем, — что если начнут копать серьёзнее, то обязательно поймут, кто из профессоров мешает нам жить, а кто наоборот — помогает. Хочешь засветить свою группу поддержки?
— Хорошо, в таком случае нужно будет устроить что-нибудь пошумнее, — поспешила вмешаться староста Гриффиндора, пока Джастин не начал кулачные бои. — Мерлин, неужели это я сказала?.. Впрочем — неважно. Вниз пойдут всего несколько человек, а остальные займутся отвлекающими факторами. Джастин, Сью — Хаффлпаф ответственен за бардак в теплицах и за первый этаж. Нужно будет сделать так, чтобы ко входам в подвал было сложно подобраться. Падма, Чжоу — на вашей совести обсерватория и верхние этажи. А я с гриффиндорцами беру основные помещения замка.
Староста взмахнула волшебной палочкой, и прямо на каменной стене крупными, чёткими линиями вырисовалась огромная, во всю стену, карта основных помещений Хогвартса. Судя по всему, больше распоряжений у Гермионы не было, и она собралась приступить к уточнению с исполнителями поставленной им задачи.
— И чем же будем заниматься мы? — вопросительно поднял брови Малфой, в упор глядя на поглощённую картой старосту Гриффиндора. — Что Поттер полезет в подземелья понятно, а нам вы предлагаете по-тихому постоять на видных местах, чтобы нас и заловили озверевшие Берк с компанией?
— Нет, Малфой, — Гарри подал голос только теперь, как и в прошлый раз храня молчание до того момента, пока это было возможным. — Вам я доверю самое дорогое — свою заднюю часть. Цени. И учти, что если её не станет, думать мне будет нечем.
— И как же ты нам предлагаешь оберегать свои драгоценные спину и окрестности?
— Выход из подземелий перекроют. Ненадолго. Получится всего несколько часов, а потом завал разгребут.
— Завал? — уточнил Забини. Почему-то это слово ему не понравилось.
— Хаффлпафцы обрушат свод входа в ваши подвалы. Только над входом — нам этого хватит. У Берка будут другие занятия куда более важные, не позволяющие ему тратить пять бесценных минут на разбор завала, — Гарри говорил тихо, но вполне внятно, так, чтобы слышали все. — Итак, завал разгребут, и не исключено, что отправятся в подземелье, где вполне могут наткнуться на нас. Задача слизеринцев будет довольно простая: увести их подальше от тоннеля, по которому пойдём мы. Это должно быть не так уж сложно: сомневаюсь, что Берк с Аллертом хорошо знают ваши катакомбы. И они обязательно потребуют провожатого. Снейп их тут же пошлёт туда, где солнце не сияет, я в этом уверен, и останутся только ученики. А дальше дело техники — не мне вас учить.
— А если они не будут искать провожатого? — уточнил Малфой.
— Тогда пускай провожатый найдёт их. Действуйте как хотите, но они не должны выйти на нас. Помимо того со мной в подземелья пойдёт кто-то из вас, и будет показывать дорогу. Одного будет вполне достаточно.
В комнате повисла тишина. Все без исключения взгляды упёрлись в двух слизеринцев. Было очевидно, что лезть в пасть к дракону вместе с полоумным Поттером с атрофированным инстинктом самосохранения придётся кому-то из них.
— Это буду я, — наконец процедил Малфой, таким тоном, словно он делает миру огромное одолжение, которого этот самый мир не заслуживает.
Гарри, в принципе, и не сомневался: Драко Малфой задолжал ему за недавно убиенного акромантула, и пресловутая слизеринская гордость, о которой никто никогда не слышал, но которая, как ни удивительно, всё-таки существует, заставляет его совершить сий во всех отношениях идиотский поступок.
— Рад, что не пришлось уговаривать, — Поттер усмехнулся. — А сейчас позвольте вас оставить — остальное вполне можно решить и без меня.
Юноша поднялся с кресла, оставив на нём кусок потёртого пергамента, и удалился дописывать сочинение по алхимии, пожелав всем спокойной ночи, вернее, утра. Юный маг искренне надеялся, что его удачи хватит на то, чтобы добраться до гриффиндорской гостиной без помощи Карты Мародёров: Гермионе она сейчас была нужнее.

Гарри нервничал. Нет, не потому, что до начала операции саботирования связи с Министерством осталось каких-то несколько часов. А потому, что он банально не выспался. Вернее, выспался, но четыре дня назад, да и то очень относительно: когда тебя во сне убивает Вольдеморт по пробуждении в голову приходят любые слова, кроме «выспался». Да, с тех пор юноше так и не удалось поспать как следует. Подремать несколько часиков — да, а вот полноценного сна его всё ещё растущий организм так и не получил. И теперь по этому поводу возмущался.
Поттер мрачно сидел в гриффиндорской гостиной, заливая в себя пятую за день порцию зелья для бессонницы (да, как ни странно существует и такое, правда, оно считается слабым ядом и вредит здоровью, но это Гарри в данный момент волновало мало).
Остальные гриффиндорцы незаметно переместились от него на уважительное расстояние, дабы, в случае чего, не угодить под горячую руку. Дело в том, что сегодня Гарри в порыве хорошего настроения всё-таки сотворил то, о чём мечтал с самого начала года — вбил Брендону Забини мозги через задницу. Говоря простыми словами — отлупил. Мальчишку угораздило устроить очередной эксперимент с навозными бомбами прямо в общем помещении гостиной, и едва не завалить органическим удобрением практически дописанное Поттером сочинение. Конечно, тут озвереешь… Тем более что он уже даже закончил проверку на грамотность. Нет, у него всё было не так ужасно — это Рон, будучи в ударе, мог навалять шесть ошибок в слове «я», но всё равно проверка требуется.
В общем, Гарри довольно прочно вколотил юному изобретателю несколько простых истин, среди которых было и то, что на бомбы надо ставить предохранители.
— Кофе хочешь? — послышался откуда-то из-за спины голос Гермионы, единственной, кто от него сегодня не шарахался.
— Нет, — ответил Гарри, не оборачиваясь.
— А будешь? — насмешливо уточнила умудрённая годами общения с Гарри и Роном староста, подойдя ближе и перевесившись через подлокотник кресла так, чтобы оказаться нос к носу с мрачным Гарри. Усмехнувшись, Гермиона осторожно убрала с его глаз длинную чёлку, заработав тем самым умеренно недружелюбный взгляд. Староста, не удержавшись, рассмеялась.
— Буду, — вздохнул Поттер, опуская глаза. Почему-то на неё мрачные взгляды никогда не действуют.
— Осторожно, горячий, — предупредила Гермиона, вручая ему чашку с до головокружения ароматным кофе. — И не надо на меня так смотреть, я же знаю, что ты не сердитый, а альтернативно настроенный на жизнь.
— Ещё как альтернативно, — вздохнул Гарри. — У вас как, всё готово и отрепетировано?
— Вполне. Ничего нового устраивать не будем, по старинке сделаем фейерверк Уизли, пусть побегают…
— Какое коварство, — восхитился Гарри. — А как насчёт туалета Миртл?
— Мерлин, да не волнуйся ты так, всё будет хорошо.
Гарри не ответил, посвятив всё своё внимание чашке с обжигающим напитком, способным отбить обоняние у кого угодно, даже, пожалуй, у такого чудища как Флаффи.
— Может, попробуешь заснуть? — предложила Гермиона. — У нас есть ещё несколько часов, хотя бы отдохнешь…
— Бессмысленно, — Поттер вздохнул. — Только ещё сильнее спать захочется…
— Тогда расскажи что-нибудь, — попросила Гермиона, устраиваясь на широком подлокотнике кресла. — Что-нибудь интересное. Например, как ты пошёл в первый класс…
— Не думаю, что это такая уж интересная тема, — Гарри закрыл глаза. — Это скорее довольно грустная история.
— Но ведь она со счастливым концом, правда?
Гарри замялся. Назвать конец счастливым он бы не рискнул, особенно зная, что до конца, скорее всего, не дотянет.
— Правда?
— Да, правда.

— И куда теперь? — с искренним интересом осведомился у своего провожатого Поттер.
— Налево, — мрачно проворчал слизеринец, для наглядности махнув рукой в нужном направлении.
Гарри приподнял волшебную палочку повыше, так, чтобы осветить каменный свод прохода. Камни были старые, кое-где скользкие и поросшие какой-то подземной растительностью, а кое-где совершенно чистые. С того момента, как на них с Малфоем прямо с потолка навалилась какая-то шестилапая зверюга, одинаково похожая на сороконожку и портрет Микки-Мауса в исполнении трёхлетнего Дадли, и попыталась сожрать незадачливых шестикурсников, Гарри предпочитал перебдеть. Малфой, так и не отчистивший до конца мантию от голубоватой слизи, забрызгавшей его, когда зверюга взорвалась, был с Поттером на это тему вполне солидарен.
Иногда откуда-то сверху доносились глухие удары, а с потолка сыпались мелкие камешки. Судя по всему, фейерверки Уизли уже пошли в ход.
— Скоро уже наведут порядок, — вздохнул Гарри.
— С чего ты решил? — резко спросил Малфой, так же напряжённо вслушиваясь в мерные взрывы наверху.
— А ты как думаешь? По периметру школы постоянно дежурят авроры… как только они заметят, что замок ходит ходуном, вмешаются. Хотя, возможно и нет — Барк, идиот, ухитрился поцапаться со Стюартом, главой аврората… далеко ещё?
— Не слишком. Два тоннеля, и будет дверь. А что за ней — понятия не имею.
— Будем надеяться, что наша цель, а не выводок Василисков или двадцать миль тоннелей, — пробормотал Поттер, небрежно отмахиваясь палочкой от летящей в них арбалетной стрелы: в этот раз преграды были не только и не столько магические.
Дверь действительно довольно скоро появилась. Большая, окованная железом и… запертая. Причём запертая всего на один единственный замок. Большой, гротескный… и заколдованный так, что волей-неволей задумываешься о смысле жизни.
— Приплыли, — констатировал Поттер, у которого были предположения о том, что это за штуковина. Однако, следовать примеру разом погрустневшего Драко и падать духом он не спешил. — Учусь-учусь, — проворчал он, вытаскивая из кармана старую отмычку, подаренную Джорджем ещё Мерлин знает когда, — а всё без толку. Идиотом был — идиотом и помру…
— Не смею спорить, — Слизеринский староста, казалось, с трудом сдерживал ухмылку.
— Вот и не спорь, когда не спрашивают, — огрызнулся Гарри. — Это, между прочим, довольно занятная штуковина. Замок, седьмой уровень чёрной магии. Десяток ловушек, попасть в которые я никому не желаю. Открыть можно только механическим путём. Уж не знаю, где Дамблдор его добыл… хранение и продажа таких вот штучек строжайше запрещена…
— Поттер, тебе жить не противно? — осведомился задавленный эрудицией Малфой. — Не подпускай ко мне Гренжер — занудство заразно. Или это оно передаётся половым путём?
— Половым путём, — невозмутимо ответил Поттер, — передаются гены мелких хищников. Вроде хорьков. Суслики там… выхухоли…
— Погоди. Ты сказал чёрная магия? Откуда ты это знаешь? Ты уже видел такие замки? Ты знаешь как его взламывать… ты что, такими вещами часто занимаешься? Знаешь, где контрабанду добыть?
— Как использовать знаю, — не стал спорить Поттер. А вот где добыть… я, знаешь ли, в основном по противоположному — всё больше с аврорами общаюсь, чем с преступниками. Так, знаешь ли, спокойнее…
— Пока власть не сменилась.
— Видишь ли, — замок, наконец, щёлкнул, и Гарри распахнул дверь. За ней, как и следовало ожидать, был очередной коридор. По счастью, пустой. Гарри раздражённо махнул рукой и быстрым шагом направился вглубь этого коридора. Малфой шёл рядом, — если власть сменится настолько радикально, — продолжил он, — то это будет означать, что меня уже убили. А какая мне тогда, согласись, разница?
Повисла тяжёлая тишина. Каждый думал о своём. Лишь эхо торопливых шагов раздавалось в тишине подземелья.
— Могу ещё сам мир захватить, — мечтательно глядя на тонущий во тьме потолок, добавил Поттер, прерывая молчание. — Впрочем, нет. Если в мире всё будет как в моей спальне, то меня такой мир не устраивает. Ты в моей спальне был? Впрочем, конечно не был, а, значит, и бардака в своей жизни ещё не видел. Чего ухмыляешься? Правду говорю.
— Ага. На люстре галстук, в унитазе зубная щётка, под кроватью — носки, много пыли и «Как стать властителем мира. Пособие для чайников».
— Я тебе о вечном, а ты мне про пакость всякую — чайники, властители мира… Тьфу! — Гарри укоризненно вздохнул. — Если тебе так интересно, то под кроватью у меня носки, много пыли, зубная щётка, позапрошлогодние шпаргалки по прорицаниям, ядовитая змея и мумия Гойла.
— А я-то, дурак, думал, куда он пропал, — протянул Малфой. — А оно вон как, оказывается…
— Я вообще-то пошутил, — Поттер разнёс очередной подозрительный на вид булыжник, готовый в любой момент выстрелить заклинанием.
— Да понял я, что ты пошутил — он ни под одну кровать не пройдёт, даже в роли мумии… так вот значит ты какой, таинственный гриффиндорский юмор?.. Я всегда знал, что это очередная степень гриффиндорского идиотизма.
— И про идиотизм говорит человек, который учится на одном факультете с Креббом и Гойлом, — возвёл глаза к потолку Поттер.
— Ну, это оно? — осведомился слизеринец, когда они совершенно неожиданно упёрлись в какое-то странное приспособление, представляющее собой большую эбонитовую сферу, встроенную в пол почти до половины. От этой сферы раз в несколько минут проскакивала ярко-зелёная молния, упирающаяся в зеркально её отражающее приспособление на потолке.
— Похоже на то. Отойди в сторонку.
— Ты что, собрался над ней колдовать?
— А ты что думал, я сюда шёл вышивать крестиком? — огрызнулся Поттер.
— Ты уверен, что она никак не переключается? — или Гарри показалось, или слизеринец был взволнован.
— Спокойно, всё под контролем. Я читал, как этой дурой пользоваться. Ты просто отойди и не мешай. А то заденет…
Когда слизеринец отошёл, Гарри поднял волшебную палочку и принялся читать заклинания над нижней сферой.

Большой Зал был чисто убран, полы разве что не блестели, а столы были накрыты свежими скатертями. Ничто не говорило о том, что ещё прошлой ночью по Хогвартсу летали ракеты, гремели взрывы и ломались стены. Гарри героически явился на завтрак, окидывая мутным взглядом помещение. Постоянное недосыпание заставляло чувствовать себя не то, чтобы очень плохо, но и не шибко замечательно. Во всяком случае, желания влезть на профессорский стол и исполнить гимн Хогвартса у юноши не было.
Он тут сейчас был исключительно по двум причинам: во-первых, нужно было показаться на глаза директору и дать понять, что он свою причастность ко вчерашним событиям склонен всячески отрицать. А во-вторых, сегодня с утра можно будет навестить Рона. Правда, заставить себя прийти одновременно со всеми Поттер так и не смог, так что теперь сидел за столом практически в полном одиночестве. Гермиона так и не проснулась, а когда Поттер попытался довести до её сведения, что утро настало, его отправили за бабочками.
Влив в себя ещё одну порцию кофе, Гарри поднялся. Душераздирающе зевнув, он направился в сторону лазарета. Двери больничного крыла были, вопреки обыкновению, крепко закрыты, что несказанно Гарри удивило: он абсолютно точно знал, что там сегодня аншлаг: куча детей с головной болью от фейерверков и с болями в животе от чрезмерного хохота. Да и Рона разрешили посещать только сегодня, так что Парватти, скорее всего, уже там…
Гарри осторожно толкнул тяжёлые створки. Вопреки ожиданиям, они свободно поддались… и навстречу юноше клубами повалил снежно-белый туман, заставляя рефлекторно зажать нос и рот рукавом мантии и зажмуриться.
Резко распахнув двери, Поттер ворвался в больничное крыло… только чтобы застать там на полу возле кроватей тела учеников. Ближе всех к двери лежал недвижимым кулём Рон с бесполезной волшебной палочкой в руке, а возле камина, так же ничком, лежала мадам Помфри, так и не сумевшая дотянуться до дымолётного порошка, чтобы позвать на помощь.
Это всё Гарри заметил ещё с порога, на бегу читая вентилирующее заклинания, чтобы избавиться от белого тумана.

Гарри Поттер и Ось Времён. Глава 46. Часть 3: 20 комментариев

  1. Обалденно!!! Прочитала несколько месяцев назад, сегодня залещла с надеждой…а продолжения так и нет…КОГДА ЖЕ ОНО БУДЕТ???=(

  2. КОГДА ЖЕ БУДЕТ ПРОДОЛЖЕНИЕ ? ЖДУ НЕ ДОЖДУСЬ ЕГО. ПИШИТЕ СКОРЕЙ !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!1

  3. INGUSH, ты читать не умеешь? Если автору не промоют мозги (а сделать этого никто не может уже два года), продолжения не будет В ПРИН-ЦИ-ПЕ!!! Так понятно?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.