Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода. Главы 55-56


Глава 55. Исчезновение Гермионы

Гарри спал крепко, без снов. Открыв утром глаза, он чувствовал себя вполне здоровым, но на душе было неспокойно, в груди что-то неприятно давило. Мадам Помфри, осмотрев его, сказала, что он может вернуться к обычной школьной жизни. Гарри поспешил в Общий зал.
Гермионы ещё не было. Гарри с замиранием сердца спросил у появившегося Рона, не видел ли он Гермиону.
– А разве она не с тобой? – искренне удивился тот.
Гарри бросился в Гриффиндорскую башню. Гермионы не было ни в гостиной, ни в спальне (пришлось поверить на слово Джинни). Чувствуя, что ему становится плохо, Гарри не помнил, как добежал до комнаты за сэром Кэдоганом. Постель была аккуратно застелена, а схваченный за грудки Добби пропищал, что госпожа не приходила спать.
Гарри побежал к Дамблдору, мысленно крича ему, чтобы он вышел из кабинета.
– Что случилось, Гарри? – обеспокоено спросил Дамблдор, встретив его возле гаргулии.
– Гермиона исчезла! – задыхаясь, выпалил Гарри.
– Как исчезла!? – изумился Дамблдор.
– Её нигде нет! Ни в зале, ни в замке, ни в нашей комнате!
– Не может быть, — растерянно пробормотал Дамблдор.
Он завел Гарри в свой кабинет, достал из шкафа один из серебристых приборов, посмотрел в глазок, вздохнул и повернулся к Гарри.
– Действительно, её нет в Хогвартсе, — растерянность Дамблдора заставила Гарри в панике оглядываться.
– Её похитили! Волдеморт? Да? Это он или по его приказу! – Гарри задрожал.
– Гарри, — произнес Дамблдор, — я сообщу аврорам и надежным людям из Ордена. Они найдут девушку.
Но Гарри не верил. Ему хотелось бежать, искать, драться, если то потребуется, только хоть что-нибудь предпринимать, не бездействовать и не ждать неизвестно чего и непонятно как долго! Гарри вспомнил, что почувствовал опасность, когда над Гермионой хотели поиздеваться Малфой и его дружки. А что, если попробовать и теперь узнать, где Гермиона.
Гарри закрыл глаза, попытался сосредоточиться, мысленно позвал её. Серая волна её страха от неопределенности растеклась перед глазами. Тускло освещенная комната, запястья стянуты веревкой.
Дрожа от волнения, Гарри снова и снова сосредотачивался, боясь потерять нащупанную связь. Словно проявляющиеся в растворе фотографии, в его сознании возникали её ощущения – неудобно лежать, затекли руки, хочется пить. В комнату вошел человек, помог сесть, и стало видно его лицо.
– Петтигрю! – закричал Гарри. – Профессор Дамблдор! Там Петтигрю!
Дамблдор повернулся к Гарри. Рядом с ним стояли Муди и Корнелиус Фадж.
– Гарри, тебе что-то удалось увидеть? – взволнованно спросил Дамблдор.
– Да, я чувствую Гермиону, она в какой-то грязной комнате с Петтигрю! Он её сторожит.
– Хорошо, Гарри, — Дамблдор усадил его в свое кресло. – Постарайся выяснить ещё что-нибудь.
–Фадж недоверчиво посмотрел на Гарри. Невозможно чувствовать другого на расстоянии.
– Скорее всего, девушку держат в замке кого-либо из Упивающихся, проверьте все, что сможете, — обратился Дамблдор к Муди и Фаджу.
Но Гарри не верилось, что министерские авроры помогут найти Гермиону. Где она? Зачем её похитили? Гарри закрыл глаза. Конечно, это сделал Волдеморт. После венчания Гарри забыл, что такое пекущая боль в шраме. В его голове выстроился надежный блок, защищающий от связи с Волдемортом, грозившей Гарри энергетическим отравлением. Но именно этот блок теперь мешал установить, что думает Волдеморт. Гарри мысленно открывал заслоны. Блок начал ослабевать. Дикая боль в шраме заставила обхватить голову.
– Она у меня, — прошипел в ушах холодный голос, — приди, забери её.
Боль достигла высшей точки. Гарри стошнило, школьная рубашка мгновенно промокла от пота.
– Гарри, не делай этого! Нельзя, ты же погибнешь! – откуда-то издалека прокричал голос Дамблдора. На лицо полилась вода. Тошнота отступала. Боль стала терпимой.
– Гермиону похитил Волдеморт. Он велел мне забрать её, он хочет сразиться со мной, — с трудом произнес Гарри.
– Он хочет убить тебя, Гарри! — воскликнул Дамблдор. – Ты уже многое умеешь, но этого недостаточно, чтобы противостоять ему. Тебе ещё нет 17, Гарри! Ты несовершеннолетний! У вас не может быть равного поединка! – Дамблдор помог Гарри подняться с пола. – Авроры уже ищут девушку.
– Но как они узнают, где Волдеморт прячет Гермиону? – в отчаянии спросил Гарри.
– Они будут пытаться это сделать, — Дамблдор вывел его из своего кабинета. – Ты не знаешь всех возможностей авроров. Они очень многое умеют, Гарри.
Дамблдор привел Гарри в пустующий кабинет по защите от темных искусств.
– Посиди здесь, Гарри, постарайся успокоиться. Единственное, что мы можем сейчас сделать – это ждать.
Гарри казалось, что время вокруг него застыло и сгустилось. К завтраку, оставленному профессором на столе, он и не думал прикасаться. О том, чтобы идти на уроки – даже речи быть не могло.
Гарри мысленно обращался к Гермионе, пытаясь понять, где она. К счастью, связь с девушкой оказалась достаточно сильной. Он ощущал – девушка по-прежнему в той же комнате, Петтигрю сторожит её. Но Гермиона не видела, где именно она находится, поэтому этого не знал и Гарри.
Он вновь попробовал наладить мысленную связь с Волдемортом. Пытаясь держать блок, словно щит, Гарри нащупывал мыслеобраз – белое, словно череп, лицо с красными щелями вместо глаз.
– Она у меня… ты знаешь, где, — шрам снова задергался от боли, но в эту секунду что-то вспыхнуло в голове Гарри.
Старинный заброшенный замок. Гарри не знал, как его описать, пытался ухватить этот образ – он выскальзывал, словно снитч. Впрочем, это было уже неважно, Гарри знал, куда нужно отправляться за Гермионой. Он кинулся к двери, но та оказалась заперта.
– Профессор Дамблдор! – крикнул Гарри, наваливаясь на неё. – Профессор! Я знаю, где Гермиона!
Вскоре дверь открылась, и в кабинет вошли профессор Дамблдор и Снейп.
– Я знаю, где он её держит! – бросился к ним Гарри. – Я видел это место!
– Где, Гарри? – взволнованно спросил Дамблдор.
– В замке! – Гарри попытался его описать, но понял, что не может.
– Попробуй послать мыслеобраз, — произнес Снейп.
Гарри попытался поймать ощущение знания, но ничего не получалось. Он знал, однако ничего не мог объяснить.
– Мальчик мой, я не могу ухватить твою мысль, — печально покачал головой Дамблдор. – Северус, что у тебя?
– Это действительно невозможно считать. Похоже, где находится девушка, знает, а вернее сказать чувствует, только Поттер, — ответил Снейп.
Гарри полностью убрал блок и позволил Снейпу рыться в его мыслях, рассматривать все, что хотел профессор. Он отчаянно хватался за надежду, что Снейпу удастся понять, где находится Гермиона.
Но Снейп покачал головой.
– Я должен её спасти, — твердо произнес Гарри.
– Гарри, ты не знаешь, где это место, как ты сможешь туда добраться? – огорченно возразил Дамблдор.
– Я аппарирую!
– Невозможно аппарировать в неизвестном направлении, — ответил директор, — ты просто заблудишься. Аврорам придется искать и тебя. Тем более, что ты ещё не научился это делать.
– У нас уже было несколько уроков! – воскликнул Гарри.
– Этого недостаточно, — сказал Дамблдор.
– Но я знаю, где Гермиона! – крикнул Гарри.
– Ты пока ничем не сможешь ей помочь.
Дамблдор усадил Гарри в кресло и вышел, закрыв дверь. Гарри вскочил. Но дверь действительно оказалась запертой. И, конечно, Алахамора не подействовала.

Глава 56. Люпин и Снейп

– Ты не хочешь выручать свою жену, Гарри? – вкрадчиво спросил Волдеморт. – Ты полагаешь, что её сумеют отыскать тупые министерские авроры? Нет. Только ты. В честном равном бою, согласно пророчеству. Иди к ней, своей ненаглядной девчонке, спаси её.
Гарри потер саднящий шрам. Как выбраться из этого проклятого кабинета! Он подбежал к двери и принялся стучать.
– Выпустите меня!
Дверь открылась.
– Гарри, тебе нужно успокоиться, — произнес появившийся Дамблдор.
Гарри едва не задохнулся. О каком спокойствии может говорить директор!?
– Пожалуйста, выпустите меня! Волдеморт сказал мне, что только я смогу найти Гермиону! Он требует поединка.
– Ты не готов к нему, Гарри! – воскликнул Дамблдор.
– Я уже многому научился! Я должен попробовать! Вы же сами говорили про пророчество! Я могу его убить!
– Ты ещё несовершеннолетний! Ты не знаешь и десятой части арсенала авроров! – Дамблдор перехватил его попытку вскочить и неожиданно сильно для своего возраста вжал его в стул. – Ты просто погибнешь, и этим не спасешь Гермиону.
Гарри задыхался от охватившего его отчаяния.
– Я… я хочу вернуться на уроки! – беспомощно пробормотал он. Блок совершенно не держался, и уже через мгновение Гарри понял, что Дамблдор видит его слабые попытки хитростью вырваться из кабинета.
– Ты сейчас не в том состоянии, чтобы даже на них присутствовать, не говоря уже о том, чтобы что-то выучить. Мальчик мой, неужели ты думаешь, что я не чувствую твоей боли? Но поверь, ты действительно сейчас ничем не можешь ей помочь.
Гарри все ясно понял. Дамблдор, в отличие от Снейпа, не держал глухой блок. Гарри – единственный, кто может уничтожить Волдеморта, но не раньше своего совершеннолетия. Если же Волдеморт убьет его, то исчезнет последняя надежда победить этот кошмар, который обязательно скоро начнется, едва Темный Лорд придет к власти. Поэтому Гарри должен жить дальше. А девочку жаль.
– НЕТ! – закричал Гарри, пытаясь оттолкнуть Дамблдора. – Пустите!
– Гарри, не заставляй меня применять заклинания! – Дамблдор вернул его в кресло. – Ещё рано отчаиваться.
Дверь закрылась, оставив Гарри самого. Он опустился на пол. Было тяжело дышать, обстановка вокруг казалась ирреальной. Он закрыл глаза. Гермиона! Как она? Ей неудобно лежать и тошнит от еды, которую принес Петтигрю.

Гарри не знал, сколько времени он лежал, постоянно проверяя состояние Гермионы. Ему показалось, что он задремал. Белое лицо с красными глазами нагнулось над ним.
– Что-то твой благоверный супруг не спешит за тобой, детка. Видимо, он не понимает, какая опасность тебе грозит. Я вынужден поторопить его. Обычно в таких случаях я говорю Круцио, но не знаю, какую реакцию вызовет это полезное заклинание у изнеженной девочки. Твой муж выдержал его с честью – его крики были слышны на много миль. Если он не появится в ближайшее время, я буду вынужден дать тебе почитать «Книгу пыток».
– Нет! – Гарри вздрогнул от собственного вскрика.
Это был один из его особых снов. Гермионе «Книгу пыток»! Он весь задрожал, пальцы неприятно заломило при воспоминаниях о пытке, которую он читал (подумать только!) вчера. Какая мука достанется Гермионе?!
Гарри отчаянно пытался выбраться из кабинета. Но нет, на окна и двери, похоже, наложили заклинаний едва ли не больше, чем на сам Хогвартс. Гарри едва сдержал крик, готовый вырваться из груди.
Ничего не происходило, время вязко тянулось, и Гарри вскоре снова лежал на полу в полузабытьи.
– Твой возлюбленный красавчик не пришел. Похоже, что-то задерживает его, — прошелестел на ухо холодный голос. – Я вынужден поторопить его. Хвост, если тебе неприятны женские крики, то можешь пока выйти. Вот книга, детка. Прежде чем ты откроешь её, я дам тебе небольшую подсказку – пытки тем страшнее, чем дальше её читаешь. Ты остаешься, Хвост? Хорошо. В конце концов, это даже немного возбуждает. Начинай, мисс…нет миссис Поттер. Просто удивительно, как ты им пропиталась. Когда я учился в Хогвартсе, то успевал заниматься только учебой, — голос усмехнулся. – Читай.
«Если любишь, то можно забрать боль», — это писала мама в своем дневнике, так говорил ей отец. Гарри зажмурился, и мгновение спустя ощутил жуткую боль в ногах – какая-то страшная сила сжимала их. Гарри закричал.
– Гарри нет! Ты этим ей не поможешь! – чьи-то руки били его по щекам.
Боль в ногах утихала. Гарри словно выныривал из глубины. Дамблдор и Люпин держали его за руки и плечи. Дамблдор надел на шею Гарри амулет. Боль прекратилась.
– Ты напрасно себя терзаешь. Ты не можешь забрать эту боль у Гермионы на таком расстоянии.
В лицо Гарри ударила горячая волна сострадания, исходящая от Люпина. Дамблдор прикрылся надежным блоком. Гарри попытался вскочить, но руки Ремуса крепко его держали.
– Я должен её спасти, Ремус! – воскликнул Гарри. – Пусти меня! Я не хочу, чтобы Гермиона погибла, как мама!
Ремус побледнел. В голове Гарри за несколько секунд пронеслись мысли о родителях. Они погибли, защищая его. Отец пытался дать возможность спастись Лили, она, совершенно забыв, что в ней зародилась новая жизнь, прикрывала своего первенца – бесконечно любимого сына. Наверное, им, как ни ужасно это звучит, повезло: мама умерла почти сразу после того, как погиб отец, мучалась недолго. Если бы Гарри мог, он, ни секунды не раздумывая, отдал бы свою жизнь, если бы это спасло Гермиону, прекратило её страдания. А ведь они продолжаются, Гарри знал это, хотя волшебный амулет Дамблдора перекрыл его чувствительность. Для того чтобы он, Гарри, жил дальше, Дамблдор пожертвует Гермионой.
Охватившая его ненависть была похожа на пламя. Люпина отшвырнуло в сторону. Однако секундой позже что-то незримое и тяжелое прижало Гарри к полу так, что он едва дышал.
– Профессор Дамблдор, — с трудом поднялся Люпин. – Гарри в отчаянии. Я не могу на это смотреть!
– Но он ничем не может помочь девушке! Так, по крайней мере, страдает только она, нет смысла, чтобы от боли мучался и Гарри! – строго ответил директор. – Ремус, ты ведь не хочешь, чтобы Гарри погиб!
– Да, сэр, — опустил голову Люпин.
Дамблдор сурово посмотрел на него.
– Побудь с мальчиком, — уже мягче произнес профессор и вышел из кабинета.
Гарри попытался снять с себя амулет, но заклинание не пускало его.
– Его нельзя снять без контрзаклинания, — произнес Люпин, садясь рядом с Гарри.
– Зачем это делается? Я все равно чувствую, что ей больно! Ремус, выпусти меня!!! – умоляюще простонал он.
– Гарри, я не могу, — виновато ответил Люпин.
– Пожалуйста! Я не выдержу этого! – в отчаянии прошептал Гарри. – Я не хочу жить, если она погибнет!
Гарри извивался, пытаясь вырваться. Ему казалось, что он сходит с ума. В голове звенело, и душераздирающий, исполненный сочувствия взгляд Люпина только все усугублял. Гарри полностью отбросил блок, все ещё пытаясь удержать связь с Гермионой. Теперь все её ощущения чувствовались словно сквозь помехи. Пытка прекратилась, но её ноги болят.
– Пока достаточно, — еле слышно прошелестел голос. Взмах палочки – и сломанные кости срослись. – Через некоторое время ты прочитаешь следующую главу, детка. Хвост, дай ей воды.
– Гарри, пожалуйста, не надо так… Я знаю, что ты её любишь, — рука Люпина взяла его за плечо.
Гарри открыл глаза. Голова болела – кажется, он сильно бился ею об пол. Мама, отец – это мысли Люпина. Он думал о них, чтобы дальше удерживать Гарри.
– Вы же сами говорили, что я похож на отца, — произнес Гарри. – Разве папа не поспешил бы на помощь маме!
– Вряд ли бы твои родители сказали мне спасибо, если бы я отправил тебя на верную гибель! – как можно тверже постарался ответить Люпин.
После отчаянных рывков и ударов головой Гарри чувствовал себя выжатым. На смену возбуждению начало приходить оцепенение. Люпин что-то говорил ему. Гарри не вникал в смысл слов – общий поток исходящей от Ремуса грусти был наполнен желанием успокоить. А ещё он думал о Лили.
Она стояла, держа на руках маленького Гарри.
– Я знаю, что нам грозит опасность. Джеймс просил Сириуса, чтобы он позаботился о Гарри. Я не хочу думать о грустном, но если… Помоги Гарри и ты.
– Ремус, — позвал его Гарри, — ты знаешь, что я могу чувствовать то, что происходит с Гермионой?
Люпин покачал головой, его лоб покрылся испариной.
– Её мучает Волдеморт. Книгой пыток! – воскликнул Гарри, поднимая голову.
Люпин глотнул.
– Выпусти меня!
На несколько секунд Гарри показалось, что он убедил.
Лили прижала к себе годовалого малыша.
Сириус очень горячий и неуравновешенный. Ты совсем другой. Если с нами что-то случится… я могу на тебя рассчитывать?
– Нет, Гарри, я не могу…твоя жизнь очень важна для всех нас. Если я выпущу тебя, Волдеморт убьёт и тебя, и Гермиону.
Гарри забился, пытаясь освободиться от стягивающих его невидимых пут. Хлопнула дверь – Люпин выбежал из кабинета.

Гарри не знал, сколько он лежал. Сдерживающее заклинание перестало действовать, его руки снова были свободны, но снять амулет, перекрывающий доступ к ощущениям Гермионы, было невозможно. Попытки выбраться из кабинета также не принесли результата. На столе стоял ужин, но от вида еды Гарри затошнило. Зато сухость во рту напомнила, что он давно ничего не пил. Опорожнив стакан тыквенного сока, Гарри лег в кресло. Снова сосредоточился на Гермионе – ей не больно, её оставили в покое. Это немного успокоило Гарри.

Он вынырнул из вязкого полузабытья. Подумал о Гермионе – сердце сжалось так, словно в него загнали иглу. Неужели он больше никогда её не увидит?! Надежда на авроров слабая. Зато расчет Дамблдора верен. Если погибнет Гермиона, то кем будет Гарри, если не отомстит за неё. Будет обязан приложить все силы, чтобы отплатить за смерть всех дорогих ему людей – папы, мамы, их не родившегося ребенка, крестного отца и, наконец, жены!
Гарри ощутил внутри себя удушливую пустоту. И он мнил себя несчастным, когда его травили на 4 курсе за участие в Турнире Трех Волшебников, когда он сидел в информационной изоляции на Привит-Драйв перед 5 курсом, страдал от наказаний Амбридж и придирок Снейпа? Неужели ему когда-то казалось, что ужаснее пятого года обучения с ним ничего не случится?
Гарри застонал, сжав кулаки, и ощутил прилив ненависти. К Дамблдору. Который удерживает его, спасает от гибели. Который обвенчал его с девушкой, чтобы использовать её, как взлетную полосу для новых способностей! А как же то, что он, Гарри, привык к ней, привязался и прирос всей душой?! Что с этим делать?
Перед Гарри мелькали картины его недавнего прошлого. Вот он и Гермиона стоят перед Дамблдором, который смешивает их капельки крови в золотом бокале. Он не знал, как подойти к своей собственной жене, чтобы закончить обряд по праву плоти. Их первая ночь – тогда он впервые ощутил сладостное удовольствие, к которому пристрастился так быстро и сильно, что успешно боролся с собственной скованностью и стеснительностью. Их встречи в комнате за сэром Кэдоганом. Сколько их было! Робкие, но при этом страстные поцелуи под одеялом, неловкие ласки, попытки Гермионы подражать взрослой роковой женщине. Тайная книжечка мародеров, советы отца. После этого их отношения словно вошли в новую стадию. Последняя встреча перед тем проклятым дежурством, а затем и похищение Гермионы. Неужели всё?!
Гарри вздрогнул от боли. Гермиона? Нет, солоноватый вкус на прокушенной губе. Сердце словно заполнило собой всю грудную клетку, воздух с трудом входил в легкие. На несколько мгновений Гарри с надеждой подумал, что возможно, это сердечный приступ и он умрет. Нет, не умрешь, — тут же ответил внутренний голос. – Вернее, не раньше, чем убьешь Волдеморта, или он тебя. Неужели Дамблдор всерьёз полагает, что он, Гарри, сможет дальше жить, учиться, есть, спать, ходить на дополнительные уроки по высшей магии, если рядом не будет Гермионы? Будешь, — сказал внутренний голос. – А кто будет мстить за её гибель?
Гарри вспомнил, что за год до получения письма из Хогвартса его едва не сбила машина. Может, было бы лучше, если бы сбила…
Чья-то рука коснулась шеи. Гарри вздрогнул, открыл глаза. Над ним стоял Снейп.
– Пей, — он протянул стакан с темной жидкостью. Гарри послушно выпил. Игла из сердца выпала, в гудящей голове прояснилось.
– Поставь блок и перестань считать себя самым несчастным в нашем черством волшебном мире, — Снейп ещё раз пощупал пульс на шее Гарри, затем пробормотал заклинание и снял с него амулет.
– Это портал до Хогвартса, — произнес профессор, протягивая другой амулет. – И это все, чем я могу тебе помочь.
С трудом веря в происходящее, Гарри вышел из кабинета по защите от темных искусств, постепенно убыстряя шаг, выбежал по темным коридорам к выходу из школы. В боку слегка покалывало, когда он добежал до Хогсмида. Дыша полной грудью, Гарри мысленно нащупывал ощущение Гермионы, знание, где она. Нужно аппарировать. Гарри не боялся это сделать, не смотря на то, что побывал всего на нескольких практических занятиях и выслушал все устрашения по поводу результатов неудачного аппаприрования. В крайнем случае у него остается портал до Хогвартса. Больше всего Гарри боялся, что ему не удастся аппарировать в то место, где Волдеморт держит Гермиону. Гарри напрягался изо всех сил. Гермиона… связанные руки, сонное сопение Петтигрю рядом. Раз, два, три!

Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода. Главы 55-56: 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.