Игры темной королевы. Глава 3. Ключ и свиток. Часть 5


— Мать моя колдунья! — воскликнул Даниэль, увидев накрытый к ужину стол в гостиной декана Слизерина, когда ребята не стали толпиться в холодном кабинете, а прошли в личные комнаты Мастера Зелий. – Мы тут голодные бегаем по берегу – проблем себе наживаем, а тут такая роскошь – ужин. Конор, кинь мне салфетку, а то слюни потекли от такого изобилия. Но мне что-то подсказывает, что для одного профессора еды слишком много. Парни, как вы думаете, ваш родитель не обидится, если я съем чуток хлебушка?

— Королёк, жуй уже, а не трать время на болтовню, — поморщился Конор, разглядывая в зеркале ожог на плече. – Эх, и хорошо же ты мне приложил.

— А я фто, я уфе ифвинилфя, — с набитым ртом пробормотал Гриффиндор, сидя за столом и орудуя ножом и вилкой, расправляясь с отбивной.

Гарри посмотрел на друга, уплетающего ужин, и поборол в себе желание присоединиться к трапезе. Желудок заурчал, требуя от хозяина пищи.

— Даниэль, а что ты нашел рядом с профессором Люпином? – поинтересовался подросток, намереваясь хоть как-то отвлечься от манящего запаха блюд.

Гриффиндор, запихнув в рот остаток отбивной, вынул и кармана находку и кинул ее взлохмаченному другу. В свертке из потерявшей цвет тряпки находились замысловатой формы серебряный ключ и маленький свиток старого пергамента с еле видимыми словами: «Право имеющий». Было еще что-то написано, но прочитать, что именно, не представлялось возможным, так как фраза стерлась от времени, к тому же не хватало оторванного куска.

— Прямо как от дедовского сундука с его крестражем, — ухмыльнулся Конор, подойдя к брату и взглянув на находку.

— А у деда тоже есть крестраж? – кашлянув, удивился Гарри, вертя в руке ключ.

— Темные маги часто так делают, — ответил Слизерин-Снейп. – И наш капитан не исключение. Запрятал он часть своей души в крестраж, а крестраж — в сундук, а сундук -неизвестно куда.

— Наверняка у себя под кроватью хранит рядом с горшком, — улыбнулся Даниэль, дотягиваясь до куска пирога, лежащего на общей тарелке.

— Конечно, каждый волшебник держит под большим секретом местонахождение своего крестража. К тому же используется всякая охранная магия, ловушки и тому подобное, чтобы мелкие гады, наподобие Королька случайным заклинанием не разрушили замурованную часть души ничего не подозревающего темного колдуна, — вскинул бровь Конор, смотря на жующего друга.

— Ты опять, — фыркнул Гриффиндор, отодвигая пустую тарелку. – Я уже перед тобой несколько раз извинялся за повреждение твоего плеча. Подумаешь, чуточку полечишься. С твоим отцом — это не проблема.

Послышался стук входной двери и шаги в кабинете. Даниэль только успел соскочить со стула, как в гостиную вошел профессор зельеварения. Остановившись у порога, мужчина посмотрел на ребят и перевел взгляд на часть съеденного ужина.

— Я так понимаю, мистер Гриффиндор уже немного насытился, — сказал декан Слизерина и добавил. – Надеюсь, хоть руки перед едой помыл?

Подросток посмотрел на ладони и виновато вытер их о штанины.

— Я даже и не сомневался, — покачал головой Северус и указал на дверь ванной комнаты. – Гарри – мыть руки, Даниэль — в любом случае мыть руки, а Конор – за мной в кабинет. Надо обработать ожог.

Пока отец с братом вышли в кабинет, Гарри завернул свиток и ключ обратно в тряпку, намереваясь отдать вещи Люпину при первой же встрече.

— Как думаешь, лицо вымыть не заставит? – разглядывая себя в зеркало в ванной комнате, спросил наследник Годрика, когда Гарри присоединился к нему.

Мальчишка улыбнулся и брызнул водой на болтуна.

Уже ожидая родных в гостиной, Гарри, сидя в кресле возле камина, чувствовал, как на него наваливается болезненная усталость. Несмотря на то, что огонь хорошо отапливал гостиную, подросток дрожал, стараясь согреться.

Через несколько минут Конор, немного бледный после болезненной процедуры обработки ожога, с перебинтованной рукой перешагнул порог комнаты вслед за отцом. Даниэль, сытый и довольный, дремал на диване, положив под голову справочник по редким видам ядовитых растений.

Гарри устало поднялся с кресла и занял место за столом рядом с братом.

— Пап, а как себя чувствует профессор Люпин? – спросил мальчик, протянув руку к пирогу.

Снейп внимательно посмотрел на сына и только потом ответил:

— Он умер, Гарри.

Игры темной королевы. Глава 3. Ключ и свиток. Часть 4


Узнав, что ни Гарри, ни Даниэль не появлялись в гостиной Гриффиндора, Северус заверил МакГонаггл, что обязательно найдет мальчишек и сообщит ей при первой же возможности.

— Это переходит все границы, — шипел себе под нос мужчина, быстрым шагом обходя коридор за коридором. – Видимо, события в почтовом вагоне ничему их не научили. Опять шастают Мерлин знает где, ища на свою голову приключений. И плевать им на то, что ты тут волнуешься и бегаешь, как ненормальный, по коридорам.

Услышав лязганье дверного засова, декан Слизерина завернул за угол коридора, ведущего к выходу из здания школы. Филч, что-то бубня, пытался закрыть дверь, выходящую на задний двор замка, где чуть подальше узкая тропинка спускалась к хогвартскому озеру. Попавший под дверь мокрый снег мешал закрытию двери, и смотритель, взяв метлу, пытался расчистить от него порог. Миссис Норрис, то и дело поглядывая на хозяина, будто мысленно поддерживая разговор, запрыгнула с холодного пола на подоконник и в «перерывах» между ворчанием старика принималась вылизывать переднюю когтистую лапу.

— Аргус, здравствуй, — Снейп встал напротив двери. – Ты студентов, шатающихся после отбоя по замку, не замечал?

— Сегодня было, как никогда, тихо, профессор, — перестав очищать порог, ответил Филч и посмотрел на свою кошку.

Миссис Норрис потянулась и, мурлыкнув, села, прикрыв полосатым хвостом лапы.

— А что, случилось чего? – поинтересовался смотритель, стоя возле открытой двери и держа в руке метлу.

— Трое пятикурсников вне своих спален, — сказал декан, смотря на слой снега во дворе, освещаемом раскачивающимся от ветра уличным фонарем с догорающей свечой внутри.

— Вот, паршивцы, — покачал головой старик. – Не сидится им на месте, вечно норовят чего-нибудь напортачить: то грязными ботинками пол истопчут, то двери нараспашку оставят, да так, что снегу в коридор целый сугроб нанесет. Поди, курить выходили, а дверь-то не удосужились закрыть, чертяги!

Пока продолжалась тирада Филча, взгляд Мастера Зелий упал на следы на снегу возле двери, которые вели в сторону озера.

«Неужели вышли за территорию замка? – промелькнула мысль в голове Северуса. – Ну, нет, с чего бы им на такой холод без верхней одежды бегать? Совсем ума лишились? Или же решили сигаретами побаловаться? Если так, то я им головы поотрываю за это. Правда, Конор вроде бы не курит. За Гриффиндором числится такой грешок, но случается это крайне редко. А Гарри… не замечал за ним я этого. Но все равно, как можно объяснить следы на снегу? Не подышать же свежим воздухом они решили?»

Снейп вышел во двор. Декан в развевающейся мантии встал на узкой тропинке, засыпанной снегом и, скрестив руки на груди, внимательно посмотрел на берег незамерзающего водоема и кромку Запретного леса, деревья которого находились довольно близко к воде. И тут тьма озарилась подряд несколькими вспышками от заклинаний.

* * *
— Гарри, ради Мерлиновой бороды объясни, зачем ты влез в разборки этих двух?! – взревел Конор на брата, прижимая руку к обожженному плечу с обгоревшим рукавом рубашки и кивая в сторону теперь уже лежащих без сознания двоих незнакомцев.

Мальчишка не ответил, бросившись к тому человеку, который вышел из леса первым.

— А ты, Королёк, прежде чем кидаться своими фирменными заклятьями, сначала выходи на открытый участок, а не стой у меня за спиной! – прошипел Слизерин, толкнув от негодования побледневшего Гриффиндора.

— Извини, что так вышло, я просто инстинктивно, — пробормотал Даниэль, глядя на сильный ожог на руке друга. – Мне показалось, что тот вон — второй, который возле леса валяется, произнес заклинание в нашу сторону. Ну, я и взмахнул. Правда, чуток промахнулся.

— А тебе не приходило в голову, что ты стоял позади нас с Гарри и заклинанием того придурка в сугробе нам бы первым досталось?!

— Когда я волнуюсь, то магия как-то сама действует, — пожал плечами парень, оправдываясь.

— От младенческой стихийной магии надо уже отвыкать! – буркнул Слизерин-Снейп и, морщась от боли в плече, направился к брату, который пытался привести в чувство незнакомца в потрепанной мантии.

И без того бледное, измученное лицо мужчины с темными кругами возле глаз под лунным светом казалось совсем белым. Несмотря на то, что волшебник был средних лет, в волосах виднелась седина. Изношенная одежда была рваной, с кое-как залатанными дырами.

— Конор, помоги мне, — попросил Гарри, оставив попытки левитировать незнакомца и приподнимая его за плечи. – Его надо срочно отнести в школу.

Пересиливая боль в обожженной левой руке, брат взял за ноги взрослого мага. Даниэль тоже быстро присоединился к товарищам.

— Ой, что это? – подобрав маленький сверток, выпавший из кармана мантии незнакомца, удивился Гриффиндор, но так как Конор проворчал, чтобы он не отвлекался на всякий мусор, мальчишка сунул находку в карман брюк и, встав рядом с Гарри, помог тому тащить так и не приходящего в сознание человека.

— Ты его знаешь? – спросил наследник Годрика, с усилием справляясь с транспортировкой.

Поврежденное плечо нещадно ломило и жгло, и Конор, стиснув зубы, чтобы не застонать от боли, так же вопрошающе посмотрел на брата.

— Это профессор Люпин. Он самый хороший человек. И это несмотря на то, что он болеет лунной болезнью…

Гарри упал на снег под весом тела бывшего преподавателя Защиты от темных искусств, которого и Даниэль, и Конор разом отпустили.

— Он оборотень?! – указывая на Люпина, переспросил Слизерин-Снейп.

— Нет, он — домовой эльф, — рассердился на друзей Гарри, вытаскивая придавленную ногу. – И я вас попросил помочь донести его до здания, а не бросать через минуту.

— Он оборотень, Выхухоль, — недоумевал Гриффиндор. – И это плохо. С оборотнями нельзя церемониться – их надо убивать.

Гарри застыл, глядя на студента, который вот так просто, будто речь шла о каком-то мелком насекомом, подписал приговор человеку. И притом кому? Люпину?

— Ты думай, что говоришь, Даниэль! – выкрикнул мальчик.

— А он и думает. Есть закон, и он гласит, что такая нечисть должна быть мертва, — с презрением глядя на волшебника в потрепанной одежде, произнес Конор.

— Но это же человек! – встав на ноги, негодовал Гарри.

— Это не человек, это оборотень! – противостоял наследник Салазара. – Оборотни не имеют права на жизнь. Таков закон. И это всем известно.

— Неправда! – сжав кулаки, заявил Гарри, не обращая внимания на то, что друзья уже смотрели на тропинку за его спиной, по которой почти бегом спускался Мастер Зелий в развевающейся от ветра мантии.

— Версия? – коротко спросил Конор Даниэля, не поворачивая головы.

— Что-то ничего не придумывается, — взволнованно пробормотал Королёк. – Выхухоль тут своими правами оборотней все мысли сбил. Может, сойдет история про…ну, Королёк, думай…

Гарри, пыхтя, посмотрел на переговаривающихся парней и, проследив за их взглядами, медленно повернулся к школе. Отец, бледный, с сильно сжатыми губами, превратившимися в чуть заметную полоску, с испепеляющим взглядом шагал к ним.

— Может, бежать? – пискнул Даниэль, нервно одергивая джемпер.

— Поздно, — вздохнул Конор в ожидании возмущенной тирады родителя.

Как только Снейп-старший оказался рядом с детьми, наследник Годрика улыбнулся и уже раскрыл рот, чтобы поведать профессору невероятную историю, объясняющую их пребывание здесь.

— Пап, профессору Люпину нужна помощь, — обратился Гарри к зельевару.

Тот мельком взглянул на бывшего мародера и перевел взгляд на детей.

— Кто объяснит, что здесь происходит?! – Северус старался сдержать себя, чтобы не наорать на непослушных подростков.

— Профессор Люпин, он…, — произнес Гарри, вставая ближе к Конору и Даниэлю, но его прервал отец.

— Я уже слышал про Люпина, — рявкнул Мастер Зелий, и добавил. – Почему вы, именно вы трое, ЗДЕСЬ?! Вам, кажется, было ясно сказано отправляться в свои комнаты!

— Не поужинав? – возмутился Даниэль.

— А что, ужин у нас на улице подают?! Или вы решили устроить пикник на природе?

— Просто подышать свежим воздухом, — ответил Конор.

— Отлично, я вижу, вы им вдоволь надышались, — обратив внимание на поврежденную руку одного из сыновей, никак не мог успокоиться родитель. – Но сейчас не те условия, чтобы продолжать слушать ваш лепет по поводу свежего воздуха. Разговор продолжится в моем кабинете, куда вы немедленно отправитесь.

— Но как же Люпин? Да еще там, возле леса, лежит напавший на него человек. Я его заклинанием оглушил, — указывая направление, сказал Гарри, подталкиваемый рассерженным деканом к школе.

— Я во всем разберусь сам, — ответил отец, недовольный тем, что ему придется возиться с бывшим дружком Джеймса Поттера.

Игры темной королевы. Глава 3. Ключ и свиток. Часть 3


— Что-то прохладно на улице, вы не находите? – растирая плечи, промерзающие под тонкой белой рубашкой, улыбнулся Даниэль и, кашлянув, добавил. – Слизерин, ты бы хоть предупредил, что на улице зима, я бы тогда трусы с начесом надел. Еще бы теплая мантия не помешала, а то стоим тут как самые закаленные в брюках, рубашках и джемперах. Но, видимо, я самый из нас закаленный, так как у меня вместо джемпера всего лишь безрукавка. Имей в виду – если я простужусь, ты мне будешь стирать носовые платки.

— Перебьешься, — засмеялся Конор и, распихивая снег ботинками, направился к озеру, блестящему в лунном свете.

— Это он куда? – шмыгнув покрасневшим от холода носом, спросил Гриффиндор у Гарри.

Тот лишь пожал плечами и последовал за братом.

Слизерин, ты соображаешь, что сейчас не то время и не те климатические условия, чтобы лазить по сугробам. Замерзнешь, станешь синим и некрасивым, — крикнул Даниэль.

Видя, что наставления на друзей не действуют, Гриффиндор чертыхнулся и, сунув руки в карманы брюк, чтобы хоть как-то согреть ладони, пошел за ребятами, которые уже начали спускаться к озеру. Ночная тишина на территории школы лишь изредка нарушалась криками сов в Запретном лесу, и довольно частыми выкриками наследника Годрика, который, поскальзываясь, несколько раз падал в сугроб, ругая Конора за глупую затею и Мерлина за изобретение снега.

— Смотри-ка, — указал брату на мелкие волны Конор. – Озеро здесь даже зимой не замерзает.

— Красиво, — Гарри любовался бликами на воде от луны, которая день ото дня теряла свою округлость.

— Очень,- дрожащим голосом подтвердил только что подошедший Даниэль, отряхиваясь от налипшего при падении мокрого снега. – Может, нам искупаться? Есть предположение, что в воде я согреюсь.

Холодный ветер с озера порывами налетал на подростков, будто проверяя их на прочность. Конор взглянул на русоволосого друга, убиравшего с волос комочки зимней «радости». Покачав головой, Слизерин-Снейп стянул с себя джемпер и протянул его Даниэлю. Тот сначала отказывался, но, дрогнув от усиливавшегося ветра, схватил вещь и сразу же надел.

— А можно мне еще и брюки? – растирая ладони, улыбнулся наследник Годрика.

— Могу презентовать только галстук, — ответил Конор, смеясь.

Рубашка студента змеиного факультета от ветра трепыхалась на хозяине, норовя отделаться от мешавших свободному полету пуговиц. Гарри сейчас немного завидовал брату, находящему смелость стоять на самом ветру. Черные, как смоль, волосы, немного длиннее, чем у него самого, холодный северный ветер зачесал назад. Голубые, словно морские просторы, глаза, были устремлены вдаль над озером, а нос с небольшой горбинкой придавал лицу больше мужественности.

«Конор будет хорошо смотреться на капитанском мостике, — подумал Гарри, стараясь не ежиться от пронизывающего холода. – Недаром дед сказал, что хочет, чтобы в будущем именно Конор сменил его на посту. Я, конечно, проигрываю в телосложении. Брат, как и отец, поджарый, а я более щуплый. Хотелось бы быть таким, как Конор. Девчонки за ним табунами ходят, а на худых взъерошенных очкариков даже и не смотрят. Да и кто я такой? Бывший Мальчик-Который-Выжил, неоправдавшаяся надежда мира. Я даже не знаю, кем я теперь хочу стать. Раньше мечтал, что буду аврором, но сейчас навряд ли я им буду, не хочу работать на Министерство. Дед грозится нас с братом загнать на корабль на все лето. Я было обрадовался. Как же – легендарный «Летучий Голландец»! Но Конор не разделил мою радость, сказав, что там из романтики разве что завтрак и ужин. А капитан так будет орать и муштровать, что под конец не захочется ни завтракать, ни ужинать».

— Хотел бы я сейчас побыть на море, — вздохнул Гарри Снейп.

— Я бы тоже не прочь на море, на Лазурный берег, где тепло, пальмы и нет никакого снега, — проскрипел Даниэль рядом.

— Я имею в виду «Летучий Голландец», — уточнил мальчик, поправляя очки.

Гриффиндор с удивлением посмотрел на юного любителя судоходства.
— Снейп, я там был. И знаешь, что я тебе скажу? Лучше бы я там не был. Мне потом полгода снились карты, названия всякой дребедени, которой выверяют путь, выкрики капитана, которыми он одаривал меня и Конора. К тому же у дяденьки жестокие методы воспитания. Средние века уже давным-давно позади, а старший Слизерин все живет по тем законам. Так что нечего тут думать обо всякой ерунде, лучше иди, уговори брата отправиться обратно в Хогвартс, пока я еще могу шевелить ногами.

— Да не так уж и холодно, — улыбнулся Гарри, глядя на друга, который натягивал джемпер на голову, чтобы хоть немного спастись от пронизывающего ветра.

Гриффиндор только хмыкнул и указал на Конора, который, спрыгнув с небольшого валуна, где до этого стоял, теперь всматривался в темноту, царившую у кромки Запретного леса.

Гарри, поскальзываясь на корке тонкого льда возле воды, сделал пару шагов в сторону брата, как тот, резко схватив его за грудки и притянув к себе, приложил палец к губам, требуя не произносить ни звука.

— Там кто-то есть, – чуть слышно сказал Конор, поглядывая в сторону ближайших деревьев Запретного леса.

— Может, это такой же любитель прогулок перед сном,- улыбнулся мальчишка и, вытянув шею, пытался хотя бы что-то разглядеть во мраке среди деревьев.

— Мне что-то не особо все это нравится, — махнув рукой Даниэлю, Слизерин прислушивался к звукам, идущим с окраины леса.

Гриффиндор, сунув руки в карманы брюк, дошел до друзей и встал за валуном, спрятавшись от ветра.

— Королёк, если ты так и будешь стоять там, то станешь отличной мишенью для тех, кто в лесу, — шепотом предупредил Конор.

Паренек недоуменно посмотрел на друга, потом перевел взгляд на лес, где послышался хруст веток. Не дожидаясь объяснений, мальчишка быстро передислоцировался ближе к сыновьям зельевара.

— Что-то мне кажется, что мы не одни шастаем в пределах берега, — прошептал наследник Годрика. – Говорил же, что не надо ходить туда-куда-не-надо. Не хватало еще и ночью попасть в историю.

Шорох ближайших к озеру кустов заставил подростков затихнуть и наблюдать за происходящим. Ждать пришлось недолго, потому что уже через минуту к воде вышел мужчина в потрепанной мантии, сжимавший в руке волшебную палочку. Озираясь по сторонам, как затравленный зверь, незнакомец, пошатываясь, направился к замку, как вдруг ему в спину полетело заклятье.

Игры темной королевы. Глава 3. Ключ и свиток. Часть 2


Северус сразу после того, как покинул кабинет Дамблдора, посетил больничное крыло, где мадам Помфри заботилась о своих пациентах.

«Некоторые шрамы останутся навсегда, — подумал зельевар, осматривая Рона, который был все еще бледен, но дышал ровно и спокойно. – Режущее заклинание трудно вылечить. Мальчишка проведет на больничной койке минимум две-три недели. Дамблдор решил сообщить его родителям о случившемся. Представляю взгляд Молли Уизли, когда она узнает, что ее сын пострадал только потому, что одному из моих детей захотелось помахать кулаками. Конор ведь так и не объяснил причину драки. И Гарри с Даниэлем тоже молчали в знак солидарности. Паршивцы! Не сиделось им в купе. Скорее всего, Уизли что-то сказал Конору, а тот решил свое мнение отстаивать при помощи грубой силы. Но ничего, вот будет мне помогать варить восстанавливающее зелье каждый день – сразу пожалеет о своем поступке».

— Мисс Рейвенкло так и не просыпалась? – спросил профессор у школьной медсестры, подходя к кровати наследницы основателя факультета.

— К сожалению, нет, — поправляя одеяло спящей красавице, ответила женщина. – Только иногда вздыхает и шепчет что-то.

— Что именно она шепчет? – декан Слизерина тут же повернул голову к мадам Помфри.

— Удалось разобрать только одно – «королёк». Непонятно, причем здесь птичка? – недоумевала хозяйка лазарета, подходя к зельевару.

Снейп удивленно взглянул на Мэган и перевел взгляд на медсестру.

— Кажется, я знаю, про какую птичку шла речь, — сказал профессор и, попрощавшись с мадам Помфри, направился к выходу из Больничного крыла.

Шагая по пустым коридорам школы, Мастер Зелий еще раз прокручивал в голове события сегодняшнего дня.

«Напавший на детей не мог знать заранее, что они затеют драку. Следовательно, он не поджидал их в багажном вагоне. Можно предположить, что Уизли наткнулся на неизвестного или же увидел его. Хотя если бы мальчик увидел нападавшего, то вряд ли бы тот ограничился режущим проклятьем. Убить ребенка для мага, который явно знает толк в темных искусствах, не составило бы труда. Значит, остается одно – неизвестный защищался. Правда, было бы от кого защищаться. Уизли в заклинаниях никогда не был силен. Что же получается, тот, кто находился в багажном вагоне, начал раскидываться древними заклятьями, испугавшись подростков? Если это так, то это был больной на голову волшебник. О Мерлин, и почему Конору приспичило выяснять отношения именно в багажном вагоне! И вообще, сын в последнее время весь, как пороховая бочка – чуть поднесешь спичку и…Бах! Отсюда и постоянные драки, и полное игнорирование каких-либо наставлений, и наплевательское отношение к учебе. Хорошо, что капитан не поддался на его уговоры и не забрал его с собой на корабль. Воевать, видишь ли, ему больше по душе, чем учиться. Несносный мальчишка! Будет ему койка в спальне студентов, как же! Чтобы он там устраивал кулачные бои каждый день. Ну, уж нет! Поживет в своей комнате – меньше проблем. Неужели и я такой был в его возрасте? Помню только, что мне многое казалось несправедливым. Конечно, в большей степени в отношении к Поттеру и его дружкам. Им вечно все сходило с рук. Гриффиндорцам вообще многое прощалось. Хотя помнится, что однажды кто-то хорошо накостылял троим мародерам. Поттер и Блэк потом почти неделю обитали в Больничном крыле, а Петтигрю еще месяц боялся высоты. Тогда-то я стал чаще общаться с Лили. Мы много часов проводили на берегу озера, разговаривая. Это были, пожалуй, одни из лучших дней в моей жизни. Но стоило Поттеру залечить разбитое лицо – все резко поменялось. Теперь мне кажется, что нахальный очкарик специально стал ухаживать за Эванс в отместку мне. Потом — крупная ссора с Лили, в которой я повел себя как последний дурак. Поттер тут же нарисовался рядом с девушкой, и всё — пришел конец моему недолгому счастью. Сейчас, когда прошло столько лет, я могу более здраво рассматривать ту ситуацию. Слишком быстрая перемена чувств Лили наводит на мысль, что Джеймс использовал любовное зелье. От этого напыщенного фазана можно было такого ожидать. А я в то время подумал о предательстве. Как же у меня тогда разрывалось сердце. Точно говорят, что влюбленные – ненормальные люди.
После окончания школы, когда я уже был Пожирателем смерти, Лили я встречал лишь несколько раз. Её семейная жизнь с Поттером явно не была счастливой. Бывший мародер так и остался высокомерным идиотом, любящим покрасоваться перед публикой. Представляю, какое у него было выражение лица, когда он узнал, что его жена родила ребенка от меня. А узнай он, что младенцев было двое, то сдох бы от злости сразу и не успел бы направить смертельное заклинание в сторону Лили. И Энгус Слизерин тоже хорош. Старый морской черт знал все, но использовал появление на свет детей в своих целях: во благо Конфедерации кланов и против Волдеморта. Да, капитан много чего утаивал на протяжении стольких лет. Его признание в Особняке смерти стало потрясением для всех присутствующих. Я знал, что был приемным ребенком Снейпов, но даже и не предполагал, что мои настоящие родители – это Энгус Слизерин и Адела Гриффиндор. Так что по сути — я Слизерин и родной дядя Даниэлю Гриффиндору. Отец, как бы ни было странно мне так называть капитана, недавно предлагал поменять мою фамилию и обнародовать родство с ним, но я отказался это сделать. Пусть думает, что хочет, но я для себя решил, что до последнего дня останусь Снейпом, отдавая дань памяти моим приемным родителям. Капитан, конечно, не был доволен, но все-таки больше не возвращался к этой теме. Вообще, тот клубок семейных тайн со всеми мыслимыми и немыслимыми интригами, кровавыми убийствами и обманом – все это принесло в жизнь нескольких людей огромные перемены. Теперь Гермиона Грейнджер знает, что она чистокровная волшебница и дочь Сириуса Блэка и Роксаны Снейп – моей младшей, хотя и неродной сестры, что вышла замуж за Гарольда Слизерина. Конор и Гарри, мои сыновья, были обречены капитаном расти порознь, даже и не подозревая, что они братья. Да и мне никто и словечком не обмолвился. И все это ради исполнения пророчества. О, Мерлин, как много судеб было сломано из-за пары слов ненормальной Трелони. Но я до сих пор не могу понять, зачем капитану понадобилась целая операция с подменой детей? Родившаяся Гермиона, не без помощи миссис Гриффиндор, была заменена Конором, которого Хозяин морей выкрал у Лили, и отправлена к маглам. Конечно же, тут не обошлось без чар забвения и кучи сильных зелий.
Энгус правильно определил, что Конор, появившийся на свет на несколько минут раньше Гарри, и есть тот ребенок из пророчества, надежда мира. И эту «надежду» он желал вырастить достойным колдуном, который смог бы противостоять Волдеморту. Недаром он с раннего детства обучал внука военному делу и темной магии. Но самое страшное было то, как Слизерин распорядился судьбой своего второго потомка. Благодаря капитану Гарри для всего мира стал легендой, Мальчиком-Который-Выжил, ребенком, который должен был победить Темного лорда. А на самом деле – это был всего лишь обман, ложный путь для Волдеморта. И в то время, когда Конора готовили к решающей битве, Гарри подвергался смертельной опасности. Да и я хорош. Взъелся на мальчишку лишь потому, что он был Поттером. Конечно, меня коробило только от одной мысли, что Гарри – сын Джеймса. К тому же он был так похож на него. По крайней мере, я думал, что похож. А на самом деле, если поразмыслить сейчас, когда все известно, то мальчик вобрал в себя черты нескольких своих родственников. Тут и от меня есть, и от Лили, и от моей мамы – миссис Гриффиндор, и даже от самого капитана. Уши уж точно его. Да и непослушные волосы тоже. Мама говорит, что у отца в молодости взъерошенность была точь-в-точь как у Гарри. Я предполагаю, что близорукость, с которой я сейчас борюсь, к сыну перешла от отца Лили. На тех немногих фотографиях, которые я видел, мужчина всегда был в очках.
Но самое главное не это, а то, как мальчики восприняли известие о том, что я их родной отец. Никогда не забуду слова Гарри, которые он произнес во время его лечения от последствий пыток, нанесенных Пожирателями смерти. Тогда он сказал, что никакая боль от многочисленных переломов не пересилит ту радость, которую он испытал, узнав о моем отцовстве. И что у него теперь есть настоящая семья и хоть иногда строгий, но родной папа. Когда он впервые назвал меня папой, я почувствовал себя счастливым. Конор же заявил, что я для него всегда был и остаюсь родным отцом, а дед ничего нового не открыл своим признанием. Конечно же мальчишка не стал показывать свои чувства в тот момент. Но я знаю, что известие об истинных родителях и его так же потрясло. Я даже сделал вид, что не заметил, как пропала, а потом опять появилась колдография Лили, стоявшая у меня в комнате на каминной полке. В результате — точно такая же колдография оказалась у Конора в учебнике по зельеварению и была найдена домовыми эльфами при уборке. Тогда я велел эльфам оставить фото там, где они его нашли, а сам через день подарил Конору рамку, сказав, что он может разместить в ней любой снимок. Сын догадался, о каком снимке идет речь, и с благодарностью посмотрел на меня. И с тех пор в нашем доме на каминных полках в комнатах у мальчишек стоит образ их матери, запечатленный много лет назад.
И вот теперь я счастлив, у меня есть два сына. Даже, можно сказать, два с половиной. Даниэль Гриффиндор – эта неуёмная говорилка, до такой степени освоился в нашей семье, что впору его сыном называть. Так что получается – я многодетный папа. Если бы кто-нибудь сказал мне об этом полгода назад, я бы не поверил. Но это так. Я – отец и всеми силами постараюсь вырастить достойных магов из оболтусов, которые каждый раз попадают в передряги и нарываются на жесткие меры».

Спустившись в подземелье, зельевар открыл дверь своих личных комнат и, взмахнув рукой в сторону свечей, прошел в гостиную. После восстановления школы колдунами, домовые эльфы трудились над каждым помещением, придавая ему первоначальный вид вплоть до самых мелких деталей. Лопоухая прислуга отлично поработала в комнатах Мастера Зелий, и теперь мебель стояла на своих местах, и даже шахматная доска лежала на столике возле теплого камина с разложенной на ней партией – все как было до нападения войск Волдеморта. Северус, довольно вздохнув, направился в небольшую, но тоже уютную комнату Конора. Заправленная кровать стояла нетронутой.

— Ну конечно, отбой же был только лишь полчаса назад, поэтому являться домой еще рано, — хмыкнул Снейп, начиная сердиться. – А судя по тому, как долго Дамблдор выяснял у ребят подробности происшествия в поезде, подростки наверняка не успели поужинать в Большом зале. И теперь шастают по школе, пугая приведения звуками урчащих голодных желудков.

Вызвав своего домового эльфа — Гонди, который присматривал за порядком в апартаментах, профессор попросил его доставить ужин в гостиную, накрыв стол на четыре персоны. Слуга учтиво поклонился и с хлопком исчез, торопясь исполнить требование. А Северус тем временем отправился на поиски своих детей.

Игры темной королевы. Глава 3. Ключ и свиток. Часть 1


— Я есть хочу, а они заладили «Что вы видели? Что произошло? Куда катится мир?» — бубнил Даниэль, выходя вместе с Конором и Гарри из кабинета директора, в котором им пришлось провести почти весь вечер, описывая взрослым подробности случая в поезде. – Вот сейчас даже ужин, наверняка, закончился. В конце концов, мы – подрастающее поколение, которое должно питаться полноценно и не время от времени!

Большой Зал встретил опоздавших студентов полупустыми столами. Остатки ужина и грязные тарелки исчезали друг за другом. Домовые эльфы, руководившие уборкой, старались вовсю, приводя в порядок самое большое помещение Хогвартса. Отужинав, школьники, болтая, расходились по своим факультетским гостиным.

— Стоять! — Гриффиндор, вцепившись в супницу на столе, пытался захватить хотя бы часть исчезающего ужина.

Но кухонная утварь, подчиняясь распорядку дня, растворилась в воздухе, не оставив парню даже запаха душистого содержимого.

— Нет! – вскрикнул голодный подросток, глядя на руки. – Я не желаю ложиться спать на пустой желудок! Это негуманно! Мне же всю ночь будут сниться страшные сны про булочки с изюмом, которыми я объелся в детстве.

— Даниэль, если поразмыслить, то еда в нашей жизни не главное, – похлопав друга по плечу, произнес Гарри, стараясь делать вид, что его совершенно не интересует исчезающая со столов пища.

— Может, в твоей жизни, Выхухоль, это не главное, но в моей — завтрак, обед и ужин играют немаловажную роль.

— Бери и не ной, — высыпав из вазочки, не успевшей исчезнуть, в руки наследнику горсть мелкого сахарного печенья в форме животных, произнес хмурый Конор, которому Дамблдор и другие маги задавали больше всего вопросов. К тому же он чувствовал, что тема драки в вагоне может стать основной этим вечером еще и дома, со стороны отца.

Наследник Годрика довольно вздохнул и начал приглядываться к оставшимся на столах продуктам, которые можно было бы так же прихватить.

— Гарри, стягивай джемпер, — велел «находчивый» весельчак. – Главное — завязать рукава и горловину, чтобы ничего не вывалилось. Будем скидывать жратву, как в мешок. Вон, и шоколадное печеньице еще не успело смыться.

— Нет уж, сам в свой вязаный жилет накладывай печенье, — возразил мальчик другу, который, хватая со стола конфеты, засовывал их свободной рукой в карман брюк, при этом роняя часть.

— В жилет мало влезет. К тому же его вязала моя бабушка. Может, не собственноручно, но под своим чутким руководством точно. А меня учили уважать пожилых людей. И вообще, тебя послушать, так ты, Выхухоль, вовсе не голодный. Вас дома на месяц вперед накормили? – успев схватить одну вафлю прежде, чем та успела исчезнуть вместе с тарелкой, на которой лежала, возмущался Даниэль.

— Я очень хочу есть, но мой джемпер как мешок использовать не дам.

— Жмот, — сделал вывод Гриффиндор и, прижимая к себе выпадающее из рук на пол печенье и наблюдая, как быстро пустеют столы, тяжело вздохнул. – Всё, опоздали. Подведя итоги, скажу вам, Снейпы, что добыча наша состоит из нескольких сахарных печенюг и кем-то покусанной вафельки. Вафельку, Гарри, я могу презентовать тебе сразу.

— Жуй ее сам, — поморщился паренек.

— При отсутствии нормального выбора привередничать не стоит, — сказал Даниэль и тут же протянул сладость Конору. – Кушай, маленький.

«Маленький» хмыкнул и, развернувшись, направился к выходу из зала.

— Никто не хочет тобою похрустеть,- печально произнес озорной мальчишка, глядя на вафлю, когда его товарищи были уже возле дверей Большого Зала. – Наверное, судьба у тебя такая — остаться в одиночестве и засохнуть.

Положив кусок на стол, наследник помчался вдоль длинных лавок, догоняя остальных.

— Эй! Вы что, бросаете меня наедине с сахарным печеньем? — останавливая сыновей зельевара, крикнул Даниэль.

— Ты же есть хотел,- сказал Гарри, наблюдая, как его друг, аккуратно придерживая печенье, садится на подоконник.

— Я знаю, что вы тоже голодные. Вот и решил поделиться, — выбрав одну из фигурок, подросток весело спросил: – Кто хочет слоника слопать?

— Это тигр, болтун, — хмыкнул Конор, подходя к другу.

— Это с какой стороны посмотреть, — прищурившись, вглядывался в печенье Гриффиндор. – Вот хобот, вот четыре кривых ноги, уши в образ не попали, видимо, на них много теста нужно было. Правда, с задом они тоже переборщили. Хотя, если предположить, что у него видны…

— Замолчи, — велел Гарри, присаживаясь рядом с фантазером. – От твоих анатомических подробностей есть расхочется.

— На то и рассчитано, — улыбнулся друг и засунул печенье в рот. – Мне больше достанется.

— Ну, уж нет, — хватая несколько фигурок сразу, запротестовал Гарри. – Придется делиться.

— Конор, ты не помнишь, какое лекарство давал Очкастой Выхухоли профессор, когда лечил его поломанные конечности? Это не был, случайно, какой-нибудь эликсир Загребущих ручек?

— Тебе печенья жалко? – чуть улыбнулся Конор.

— Нет, — пожал плечами друг и сунул в рот маленькую фигурку ламы. – Ты же знаешь, я добрый и щедрый по вторникам.

— Сегодня понедельник, — беря в руки очередную сладость, поправил Гарри.

— Как понедельник?! – воскликнул Даниэль. – Выхухоль, немедленно верни печенье! В первый день недели я злой, противный и жадный.

— Поздно, — улыбался друг, жуя.

— Как быстро люди меняются. А ведь был таким скромным и, может, чуточку забитым Поттером. Но как только обзавелся строгим и принципиальным родителем, стал Снейпом, и тут-то вся его скромность куда-то подевалась. Вот, значит, как на людей фамилии действуют, — выбрав из остатков сладостей фигурку лошадки, пробубнил Гриффиндор и посмотрел на Конора. — Слизерин, а ты почему кислый? Если это из-за сегодняшней разборки «вагонного» дела, то плюнь. Еще не в таких передрягах бывали.

— Да нет, — пожал плечами Конор. – Просто мы уже несколько часов в школе, а я даже не говорил с Гермионой.

— Ах, да, — вспомнил светловолосый наследник. – Ты же с ней в контрах с некоторых пор.

— В ссоре, — поправил парень.

— Вот и я говорю, девчонки они такие непонятливые. Подумаешь, ты минуту целовался с другой девушкой. Ведь это было на спор, а твоя мисс Заумность невесть что подумала.

— А кто придумал этот спор? Гриффиндор, из-за тебя вечно проблемы.

— Ну, всё, опять обвинения, — стряхнув с себя крошки от печенья, вздохнул Даниэль. — Я обещал тебе, что поговорю с Грейнджер, объясню ситуацию, покаюсь и, может, даже кинусь ей в ноги. Хотя нет, в ноги кидаться не буду – вдруг затопчет. Да и знаешь, я вот тут подумал, может, ты сам ей все расскажешь? Я даже разрешаю тебе один раз обозвать меня дураком. Но запомни – один раз!

Конор хмыкнул и, прислонившись плечом к стене, спросил:
— Королёк, наверное, когда ты родился, тебя прокляли на болтливость. Ты не унываешь нигде и никогда. Неужели тебе это не надоедает?

Гриффиндор слез с подоконника и, почесав затылок, задумчиво произнес:
— В отличие от некоторых — я оптимист. Между прочим, бабушка говорит, что я характером в своего отца. Он тоже не унывал даже в безвыходных ситуациях.

— Даниэль, — вдруг спросил Гарри. – А как погибли твои родители?

— Я точно не знаю. Мне тогда три года было, — стал серьезным мальчик. – Бабушка до сих пор предпочитает отмалчиваться. Я полагаю, что ей трудно говорить на эту тему. Но насколько мне удалось выяснить, моих родителей отравили. И не только их. Как-то раз бабушка сказала, что только благодаря противоядию, приготовленному вашим отцом, я выжил, ведь пытались уничтожить весь род Гриффиндоров. В том числе и меня. Кому это надо было и зачем, мне не удалось выяснить. Так что я — единственный потомок Гриффиндора, можно сказать, последняя надежда.

— Последняя, но болтливая надежда, — похлопал друга по плечу Конор.

— Слизерин, поосторожней с моим плечом. Это, между прочим, плечико последнего из рода Гриффиндоров, — горделиво хмыкнул Даниэль, отталкивая руку друга.

— Да, — протянул Слизерин-Снейп. – Повезло твоим предкам с таким шутовским потомком. Но шутки шутками, а есть хочется.

— Тогда, может, хоть покурим? – предложил Даниэль, вытаскивая из кармана рубашки пачку сигарет. – Я слышал, что курение притупляет чувство голода.

— Гриффиндор, — выхватывая из рук пачку, покачал головой Конор. – Во-первых, воровать сигареты у капитана не совсем хорошая идея. Во-вторых, ты вроде как не курил. И, в-третьих, ты забыл, чем закончилась наша попытка подымить в раннем детстве?

— Ничего я не забыл, — растирая урчащий живот, пробормотал Даниэль. – Мне до сих пор становится не по себе, когда вспоминаю, как тогда нас тошнило. Мы конечно в тот раз поступили немного опрометчиво. Не стоило начинать приобретать опыт с курительной трубки Хозяина морей, набитой крепким табаком. Да и потом нам сильно досталось от Мастера Зелий. А ведь кто виноват, если капитан разбросал свои курительные принадлежности там, где их может найти молодое поколение? Но сейчас другое дело. Ваш дед после помолвки с моей бабушкой часто бывает у нее в особняке. Свою привычку дымить в помещении так и не забросил. Он курит всегда и везде: не трубку — так сигары, не сигары — так сигареты. В общем, теперь у меня дома целый склад табачных изделий и стойких запах дыма. Бабушка борется с вредной привычкой капитана. И скажем так, что одна конфискованная мною пачка – это помощь моей горячо любимой родственнице в борьбе за здоровый образ жизни Слизерина.

— Можешь считать, что вы проиграли эту борьбу. Дед никогда не перестанет дымить, — хмыкнул Конор, перекидывая Гарри сигареты. – К тому же тебе еще может хорошо влететь за воровство.

Русоволосый паренек поморщился, но через несколько секунд весело заявил:
— Буду все отрицать. Должны же они поверить, что сигареты спер домовой эльф, который состоит в подпольной организации по борьбе с курильщиками.

Смех ребят звонким эхом отдавался в пустом коридоре.

— Ладно, — немного успокоившись, произнес Конор. – Вы как хотите, а я, пожалуй, прогуляюсь перед сном. Свежий воздух – это в любом случае лучше сигарет.

— Я тоже проветрюсь, — сказал Даниэль и добавил: – Хотя я бы сейчас променял свежий воздух на тарелку горячего супа, а еще на отбивную с подливкой, а еще…

— Отлично, Королёк, — отправляясь за братом, бросил Гарри. – Из-за твоих гастрономических фантазий жрать захотелось еще больше.

— Ладно, — согласился друг, шагая по лестнице. – Я больше не буду говорить, что мне нравятся: жаркое, булочки с кремом и пирожки с мясом.

— О, Мерлин! – взвыл Гарри Снейп, перескакивая через две ступеньки и закрывая руками уши.

— Худой, а такой прожорливый, — улыбнулся Гриффиндор.

Игры темной королевы. Глава 2. Опять пророчество. Часть 2


— Вот ведь, Мерлиновы тапочки! – закатил глаза Даниэль. – Профессор в своем репертуаре: «Всем оставаться на своих местах. Если что, то вам не поздоровится». Пугает, а ведь еще и до школы не доехали. Вот сейчас куда унесся наш сердитый зельемаг? Обыскивать багажный вагон? Ага, тот, кто напал на Уизли и мою Мэган, прямо сидит себе на ящиках и ждет, когда же примчится Снейп-старший и шандарахнет его заклинанием по темечку. Нет, поверьте мне, багажный вагон сейчас пуст, как мой желудок. Кстати, Снейпы, у вас есть что-нибудь перекусить?

— Как ты можешь думать о еде, когда тут черт-знает-что творится, — покачал головой Гарри, присаживаясь на край кресла, в котором лежал Рон.

Конор взглянул на пострадавшего студента в окровавленной одежде. Лицо Рона было бледным, рука свесилась с сиденья, и на ней все еще были видны следы режущего заклинания. Слизерин тяжело вздохнул и, прислонившись спиной к косяку двери, скрестил руки на груди, как это часто делал отец. Малфой, обойдя наследника Салазара, оглядел купе в поисках свободного местечка.

— А что здесь ТАКОГО творится? — хмыкнул Даниэль, устраиваясь поудобнее в кресле. – Между прочим, пора привыкнуть ко всякого рода неблагоприятным последствиям от черномагического волшебства. Я видел вещи и пострашнее. У брата спроси, какие «веселенькие» заклинания применяет капитан «Летучего Голландца», когда ему приспичит «поговорить» с упрямо молчащими. А ведь он их применяет так, для поддержания разговора.

Гарри посмотрел на Конора, и тот согласно кивнул.

— Поттер, ты еще и со Слизерином успел породниться за это Рождество, — скривился в ядовитой ухмылке Драко, протискиваясь между комфортно устроившимся болтливым студентом и боковой стенкой, отделяющей коридор от купе. – Великий Мальчик-Который-Выжил вдруг стал братом слизеринцу. Эту новость не переживет и половина твоего факультета.

— Малфой, — ткнул в бок блондина Даниэль. – Во-первых, перестань пихаться и отодвинься от меня. Во-вторых, что ты все время ерничаешь? Подумаешь, Поттер стал Снейпом. Что тут такого?

— Что тут такого, — хмыкнул Драко. – Гриффиндорец-выскочка вдруг становится родней нашему декану. Поттер, я что-то не замечал за тобой стремления стать профессору сыночком.

— Все меняется, Малфой, — улыбнулся Гарри и перевел взгляд на Слизерина. – И даже бывает, что к лучшему.

— Да, — протянул блондин, приглаживая волосы рукой. – За такое короткое время такие глобальные перемены.

— Завидуешь, — усмехнулся Конор, обращаясь к Драко. – У тебя же в семействе не все тихо и мирно. Твой-то папаша в бегах, а мать…

— Не твое дело, что у меня в семье, — разозлился мальчик и попытался вскочить с кресла, но его удержал Даниэль, будто нечаянно вытянув руку, зевая.

— Вот, видишь, и тебе, Малфой, не пришлось по вкусу, когда копаются в твоей личной жизни, — спокойно продолжил Конор, смотря на перекошенное от гнева лицо однокурсника. – Так что постарайся не лезть в наши семейные дела. Гарри теперь — Снейп, а что и почему тебе все равно не понять. Поэтому лучше прими все как есть. Вон, один пытался выразить свое недовольство – теперь лежит в кресле в бессознательном состоянии. Жаль только, что я не успел набить морду Уизли как следует, перед тем как его прокляли.

— Конор, успокойся, и без этого Рону досталось, — сказал Гарри, глядя, как тяжело дышит рыжеволосый друг.

— Ладно, будем считать, что в расчете, — вздохнул брат и, выглянув в коридор, посмотрел в ту сторону, куда ушел родитель.

Драко перевел взгляд на Уизли и, поморщившись, скрестил руки на груди, не преминув специально задеть Даниэля:

— Белый, — показав кулак, предупредил наследник Годрика. – Еще раз брыкнешься – твой левый глаз поздоровается с моим кулаком.

— Попробуй только, — отталкивая руку болтуна, ответил Драко. – И если ты еще раз назовешь меня «белым», то я устрою тебе встречу с моими кулаками. Между прочим, приличные маги применяют в разговоре имена, а не клички.

— Я странных имен не произношу вслух, — ответил русоволосый мальчишка, недовольный тем, что ему пришлось делить небольшой участок сиденья с напыщенным слизеринцем. – К тому же нечего тут орать, Мэган разбудишь. А знаешь, какая она злая спросонья? Нет. Считай, что тебе крупно повезло. От ее воплей даже дементоры седели и делали лужи. Был такой случай, когда Мэган гуляла на опушке леса. Уж не знаю, что она там собирала, грибы или ягоды, или же решила замучить какую-нибудь зверушку своими рассказами о маникюре, но дело не в этом, а в том, что те дементоры, которые…

Гриффиндор, ты когда-нибудь пробовал заткнуться, — скрестив руки на груди, простонал Драко, уже жалея, что уселся рядом с Даниэлем.

— Не нравится – перетаскивай свой зад в противоположное кресло, — наследник указал на место рядом с ботинками Уизли и, глядя на Гарри, хитро улыбнувшись, произнес. — Друг, предлагаю выгодную сделку. Я тебе перекидываю Малфоя, а ты мне три шоколадные лягушки. Заметь, этого белобрысого спиногрыза я почти даром отдаю. А какой он милый, когда лает, и шерсти мало – не замусорит ковер, конечно, иногда гадит, но при правильной дрессировке и этот его недостаток превратится в достоинство. Да, чуть не забыл, отзывается он на кличку Драко-белый. При смене имиджа кличка также подлежит корректировке.

— Гад ты, Гриффиндор, — под общий смех ребят, прошипел Малфой.

— Не гадливее тебя, Белый, — ответил наследник, вставая с кресла, и, взявшись за край лежавшей на сидении мантии, добавил. – Если ты шуток не понимаешь, то это твои личные проблемы. И вообще, смотри проще на мир, а то твоя аристократичность плохо вписывается в современность. Сейчас не в моде быть снобом. Вон, смотри, Конор же не кичится своим происхождением и ничего, не облез.

— Слизерин, общаясь с тобой и Поттером, предает своих предков, свои корни, — ответил Драко.

— Ничего он не предает. Его корни в курсе, с кем и где он общается. Притом один из корневищ сейчас пол в багажном вагоне черной мантией подметает в поисках того, кто сегодня бякисто поступил с Уизли и швырял заклинанием в Рейвенкло, — убеждал Даниэль, выдергивая из-под чопорного студента свою мантию.

Мэган что-то пробормотала во сне. Гриффиндор подошел к девушке и заботливо накрыл ее немного помятой мантией.

— Спящая красавица, — шепнул студент и протянул руку, чтобы убрать мешавший локон с лица наследницы, как вдруг поезд внезапно начал тормозить, выдавая громкий скрежет колес о рельсы.

Послышался визг девчонок в соседнем купе, чемоданы попадали с полок, нещадно ударяя тех, кому «посчастливилось» попасться у них на пути. Свет моментально погас по всему составу, погружая во мрак перепуганных студентов.

— Какого черта, что это было?! – послышался возмущенный голос Конора, который поднимался с пола в коридоре, не удержавшись при резкой остановке.

— Малфой, слезь с меня, ты мне отдавил все, что может пригодиться в будущем, — взвыл от боли Даниэль и отпихнул в темноте однокурсника, валяясь между сиденьями, куда рухнул одним из первых.

— Что? – хватаясь за ушибленное плечо, поморщился слизеринец, пытаясь встать среди попадавших чемоданов.

— Что, что…Руку ты мне отдавил, — ответил Гриффиндор, продолжая шипеть от боли. – Притом правую, самую любимую. Падаешь, как бревно. И убери свои ноги, ты мне ботинком прямо в лицо тычешь. Что за маги наглые пошли, при любой возможности пытаются обувью в личность заехать.

— Какие еще ботинки возле твоей морды? Гриффиндор, ты соображай хоть немного, — простонал Драко, садясь на полу рядом с возмущающимся наследником и чувствуя, что синяк на плече от удара багажа не замедлит появиться.

— Выхухоль, только не говори, что это твои тут выхухолевские конечности в темных ботинках, — приподнявшись, спросил Даниэль, толкая Малфоя.

— Извини, Королёк, но, скорее всего, мои, — ответил Гарри, поправляя сползшего с кресла Уизли и пробираясь вдоль сиденья.

— Ай, по пальцам-то зачем бегать! Я, может, еще на пианино буду учиться играть, а ты тут как бешеный двурог по купе носишься, — вскрикнул наследник Годрика. – Тоже мне, сестра милосердия. Ты бы не Уизли помогал, а мне и Рейвенкло. Кстати, о красивых. Мэган, дорогуша, я иду на помощь! Малфой, уберись с дороги, ты мешаешь спасательным действиям. Парни, если хитрая бестия без сознания, то, чур, я ей оказываю первую помощь.

— А если в сознании? – усмехнулся Конор, стоя возле двери и вглядываясь в темноту купе.

— Тогда действуем по старой проверенной схеме: «я тут ни при чем, я мимо проходил», — подползая на четвереньках к месту, где должна была находиться девушка, выдал указания Даниэль.

К большому удивлению студента Мэган находилась в кресле и притом что-то бормотала.

— Что ты там говоришь? – заинтересовался мальчишка, подбираясь ближе. – Надеюсь, это не повторение лекций по зельеварению.

Но в следующий миг произошло то, от чего Гриффиндор испуганно отпрянул и, пятясь назад, сбил с ног Гарри, который, не удержавшись, упал на Малфоя. Ругань серебряного принца подземелий была остановлена ладонью Даниэля, уставившегося на Рейвенкло. Драко пытался убрать ладонь, но застыл на месте, увидев девушку.

Наследница, вытянув руки в сторону замолчавших подростков, поднялась и села на кресле. Но не этот факт заставил парней поежиться. Глаза Мэган были широко раскрыты, и от них исходил холодный голубоватый свет. Неизвестно откуда поднявшийся ветерок теребил темные пряди волос студентки. Взгляд девушки остановился на подростках, от чего Даниэль нервно икнул и тут же закрыл себе рот второй ладонью. Мэган ухмыльнулась и чужим, каким-то зловещим голосом произнесла:

    Сила темных идет,
    И вновь грянет гроза,
    Королева убитого короля
    Жаждет мести и зла.

    Все переменится в этом году.
    Друг на помощь придет врагу,
    Враг встанет к ближнему твоему.
    Все переменится в этом году:
    Испытание дружбой пройдет каждый из вас.
    И семейные узы сильнее сейчас.

    Волк не отдаст на съеденье волчат,
    Пес не допустит убийства щенят,
    Кот ради жизни котенка умрет,
    Птица все крылья себе обожжет.

    Все переменится в этом году:
    Четыре стихии сольются в одну,
    Но овладеть ею сможет лишь тот,
    В чьем сердце любовь и надежда живет,
    Чьи чувства чисты, кто молча страдал,
    Глядя, как любимую другой целовал.

    Все переменится в этом году:
    Зло будет и будет добро,
    Но кто победит, заранее
    Знать никому не дано.

Уже на последней фразе ветер в купе усилился. Вихревой поток подхватил мантию Даниэля и швырнул ее на пол к ногам ребят. Девушка тем временем, закрыв глаза, улеглась в кресло и, повернувшись на бок, спокойно вздохнула, словно ничего и не произошло. Парни минуту молча смотрели на странную спутницу, посапывающую во сне, пока позади них не прозвучал голос зельевара, заставивший всех вздрогнуть:

— А свет зажечь не пробовали? – сердито произнес декан Слизерина, подойдя к порогу купе и держа в руке волшебную палочку с ярким светом на конце. – Конор, я же предупреждал, чтобы никто не покидал купе. Почему ты в коридоре?

Мальчик только пожал плечами и повернул голову в сторону друзей. Профессор направил палочку в темноту помещения и удивленно посмотрел на сбившихся в кучу, будто перепуганных чем-то подростков.

— Так и будем на холодном полу сидеть? – поинтересовался мужчина, оглядывая помещение в поисках того, что могло так повлиять на состояние ребят. – Неужели находиться среди разбросанных чемоданов вам удобнее! Мистер Гарри Снейп, немедленно встаньте с пола! Мистер Гриффиндор, уберите руку с лица мистера Малфоя, и тоже оба потрудитесь встать.

Парни, сохраняя молчание, покинули свои «зрительские места» и, то и дело озираясь на Рейвенкло, столпились возле выхода.

«Да что же с ними происходит?» — задал себе вопрос зельевар, убирая чемоданы на полку.

— Молчаливый Гриффиндор – это крайне редкое явление, — проходя к окну, заметил профессор и повернулся к студентам. – Может мне кто-нибудь объяснить, что здесь произошло в мое отсутствие?! Или вам чемоданами память отшибло?

— Такое разве забудешь, — пробормотал Малфой, растирая плечо. – Темнота, и тут она…Странно, о чем речь-то шла?

— Отлично, мистер Малфой, — удивленно вскинув бровь, сказал Снейп-старший. – Удар багажом, видимо, пришелся прямо по голове.

— А глаза-то какие были, — продолжил Гарри, стоя рядом с Даниэлем, не обращая внимания на требовательный взгляд родителя.

— Да я только их и запомнил, — поддержал друг. – И голос чужой, аж муражки по спине табуном пробежали. А я ведь только лишь руку к ней протянул, и тут сразу…

Ледяной холод, распространившийся по купе из коридора, заставил декана Слизерина резко повернуть голову в сторону выхода. Конор, растирая плечи, поглядывал в темный коридор, когда из мрака, царившего там, появились скелетоподобные существа в черных балахонах. Снейп моментально затащил сына в купе, встав в дверях, готовый в любую секунду применить заклинание против стражей Азкабана. Но этого не потребовалось, так как дементоры, на секунду задержавшись возле купе, проскользили в воздухе дальше по коридору, будто чего-то выискивая.

— Дожили, — полушепотом сказал Даниэль. – Уже и эти, в балахонах, билеты проверяют. Аж в горле запершило, будто я банку варенья съел, сперев ее у бабушки, а она обо всем догадалась.

-Интересно, а что здесь делают дементоры? – спросил Конор, глядя на отца.

— Как ни странно, — произнес декан Слизерина. – Меня этот вопрос тоже интересует.

— Они будто что-то или кого-то выискивали, — предположил Драко, не поддаваясь попыткам Даниэля протолкнуть его ближе к окну, а, следовательно, и к креслу с Рейвенкло.

— А может, тебя они искали? – усмехнулся русоволосый наследник Годрика. – Все-таки твой ближайший родственник – Пожиратель смерти, да еще и скрывающийся от правосудия. Может, и в багажном вагоне все ты подстроил?

— Ну да, ты еще заяви, что я Рейвенкло заставил чужим голосом минуту назад говорить и светящимися глазами хлопать, — повернувшись к Даниэлю, выпалил Драко.

— А кто тебя знает, может, ты во всем виноват, может, и Мэган под воздействием… — разошелся мальчишка, глядя в глаза блондину.

— Немедленно ОБА замолчали! – растаскивая в разные стороны воинственно настроенных ребят, велел зельевар. – Будете говорить, только когда я спрошу. Начнем с мистера Малфоя. Если я знаю, что мой сын и мистер Уизли направились в багажный вагон, чтобы там затеять драку, то какого Мерлина Вы, мистер Малфой, там ошивались?

— У меня там багаж, и я хотел взять кое-что из вещей, — ответил подросток.

— Ага, шубу и справочник по черномагическим заклинаниям, — пробубнил Даниэль, ухмыльнувшись.

— Десять баллов с Гриффиндора, — прошипел профессор, разозленный вечной болтовней мальчишки.

— Уже?! – удивился парень. – Мы даже еще в школу не прибыли, а баллы сняты. Это не по правилам. И я…

— Еще один звук и ваш факультет потеряет дополнительно десять баллов, — ледяным тоном произнес декан Слизерина.

— Тогда я молча буду протестовать, — тихо произнес Даниэль.

— Протестуйте, — отвернувшись от наследника, сказал Снейп и продолжил спрашивать слизеринца. – Что вы увидели, когда зашли в багажный вагон?

— Почти ничего, только несколько вспышек от волшебной палочки, — Драко пожал плечами и, указав на Конора, продолжил. – А потом вот он прыгнул в мою сторону, укрываясь от очередного заклятья, а тут Рейвенкло вошла в дверь, и в нее сразу попали.

— Я так полагаю, что мисс Рейвенкло в вагон привел мистер Гриффиндор? – скрестив руки на груди, профессор посмотрел на наследника Годрика.

— Между прочим, она с Конором хотела поговорить. О чем, не знаю, даже и не спрашивайте. Но явно не о салонах красоты. Да и о какой красоте может идти речь, если совсем недавно Рейвенкло тут устроила спектакль с имитацией демонического образа и цитировала не совсем понятные стихи грубым голосом. Вот с кого надо баллы снимать, чтобы впредь не пугала нормальных людей. Да и стихи, я скажу Вам, не особо были интересные, рифма хромает и никакой там радости или зайчиков. Все про какую-то королеву, потом про зоопарк, потом помню про какого-то лоха, который должен страдать, ну и конец не сильно оптимистичный. В общем, драматичный стих. У меня аж прямо депрессия была целую минуту. Ужас, правда?

«Только не это, — взволновано посмотрел на Рейвенкло Северус. – Не хватало сейчас еще и нового пророчества. В роду Мэган было много провидцев. Но родители девчонки были расстроены, что у их дочери отсутствует способность к предсказаниям. А тут вот на тебе. Что же все-таки было в тех словах?»

— А кто-нибудь более подробно может поведать мне, что было в стихе? – спросил декан Слизерина, оглядывая ребят.

Мальчишки молчали и, переглядываясь, пожимали плечами. Поезд дернулся и начал медленное движение.

— Значит так, — вздохнул Мастер Зелий. – В связи со случившимся я требую, чтобы вы остаток пути пробыли все вместе здесь, в этом купе. Мистер Гриффиндор отправится за своими вещами. И чем быстрее Вы, Гриффиндор, это сделаете, тем меньше меня разозлите.

Даниэль выглянул в темный коридор и передернул плечами.

— Там темно. Я к темноте плохо отношусь. Мне больше нравится яркий солнечный свет. К тому же там могут быть эти контролеры в балахонах.

Поезд издал гудок, и состав начал набирать скорость.

— Судя по всему, дементоры покинули поезд. Так что отправляйся за чемоданом, — велел Снейп и спросил у Драко. – У Вас, кроме как в багажном вагоне, имеются вещи?

— Да, есть еще сумка, — кивнул блондин.

— Тогда отправляйтесь за ней и чтобы через пару минут были в этом купе, — строго произнес профессор и, увидев, что Даниэль нерешительно выглядывает в коридор, добавил. — Почему Вы, мистер Гриффиндор, до сих пор здесь?

Парень обреченно вздохнул и перешагнул порог вслед за Драко. Профессор стоял в дверях, когда свет в коридоре начал зажигаться. Сразу же за дверью вагона раздался вопль Даниэля. Северус выбежал из купе и распахнул дверь. Гриффиндор, почесывая ногу, указал на пол:

— Вот ведь, неряхи, орешки кто-то раскидал. Мусорят, где попало, и без моего участия. Филча на них нет.

— ЖИВО за чемоданом! – разозлился зельевар, с силой сжимая рукоятку двери и удерживая себя от намеренья прямо в тамбуре разделаться с шутником.

— Да иду я, иду, — ворчал мальчишка, проходя в коридор следующего вагона. – Нервные все стали. Один дерется, другой шипит, третий к кличкам плохо относится, а четвертая … такая милая, когда спит с закрытыми глазами и не хрипит противным голосом, словно гоблин с большого бодуна.

Снейп проводил взглядом мальчишку и вернулся в свое купе, параллельно сняв несколько баллов с первокурсников Хаффлпаффа, с любопытством высунувшихся в коридор, наблюдая за беготней зельевара.

Конор и Гарри стояли между кресел, не решаясь присесть ни на одно из них.

— Что-то не нравится мне эта поездка в школу, — покачал головой Слизерин-Снейп. – Одно событие хлеще другого.

— Да, но я не думаю, что это связано с Волдемортом. Он ведь мертв, Конор? – растирая плечи, Гарри посмотрел на брата.

— Будем надеяться, что да, — ответил Конор, поднимая с пола волшебную палочку, которой отец до этого освещал купе. – Чья это палочка?

Рона, — взглянув на вещь, сказал Гарри.

Наследник Салазара положил палочку рядом с Уизли.

— Конор, как ты думаешь, Темный лорд может вернуться? – тихо спросил мальчик, поправляя очки.

— В нашем мире все бывает, — произнес брат, глядя в окно за которым уже виднелся Хогсмид.

Игры темной королевы. Глава 2. Опять пророчество. Часть 1


Мастер Зелий вынул карманные часы и посмотрел на циферблат.

«Через пару часов должны прибыть в Хогсмид. Мои шалопаи до сих пор бродят по поезду. Неужели им доставляет удовольствие шататься из вагона в вагон?» — отложив книгу, профессор развернул газету.

Первая страница «Ежедневного Пророка» сразу же заинтересовала двумя кричащими заголовками статей: «Вчера в честь победы на Волдемортом министр объявил амнистию заключенным Азкабана», «Дипломатические отношения Министерства с Конфедерацией кланов Дальних земель под угрозой разрыва».

«Только этого не хватало, — читая новости, подумал Снейп. — Фадж совсем умом тронулся. Освободить почти всех заключенных – это верх безумия. Среди них много приверженцев Темного лорда. Зачем Министру такой жест милосердия? Думает, что если Волдеморта нет, то опасаться бывших Упивающихся не стоит? Или же тут что-то другое? Странно все это. Магический мир взбудоражен. Казалось бы, что со смертью красноглазого монстра должно наступить спокойствие. Но нет, то в одном конце, то в другом вспыхивают войны. Количество нападений на мирные поселения возросло. Глава Конфедерации в очень натянутых отношениях с Министерством. Капитан упоминал как-то, что авроры стали часто нарушать границы и распоряжаться на его землях. Теперь эта амнистия подольет масла в огонь. Похоже, расслабляться не стоит. Недаром Слизерин велел тщательней присматривать за внуками. Хотя присмотреть за пятнадцатилетними оболтусами – дело почти невыполнимое. В таком возрасте они все особо ревностно относятся к ущемлению их прав на свободу и почти не воспринимают какие-либо указания. Я уже не говорю о повышенной влюбчивости вперемешку с агрессивностью, которые…»

Размышления родителя двух мальчишек-подростков были прерваны появлением в дверном проеме сыновей, перепачканных кровью студента, которого они тащили. Снейп даже не сразу признал в парне с окровавленным лицом младшего Уизли. Вскочив, мужчина тут же подхватил Рона и уложил его в кресло.

— Мы нашли его в багажном вагоне в бессознательном состоянии, — начал объяснять Гарри, пока отец, осмотрев пострадавшего, шептал слова, больше похожие на какое-то песнопение.

Кровь постепенно переставала сочиться из многочисленных порезов по всему телу мальчика.

— Конор, ты помог бы, — пыхтел Даниэль, втаскивая Мэган в купе. – А то от этого Малфоя толку, как от старой табуретки. Только мешается, а выбросить жалко.

— Эй, между прочим, если бы не я, ты бы скинул Рейвенкло еще в предпоследнем вагоне, — шипел Драко, придерживая девушку. – Кто ныл, что легче Хагрида шесть раз подбросить, чем Рейвенкло донести?

Гриффиндор, пыхтя, исподлобья посмотрел на слизеринца и, аккуратно положив спящую красавицу во второе кресло, плюхнулся рядом, откинувшись на спинку.

— Там еще много таких? – сверля сердитым взглядом всех ребят, спросил Мастер Зелий.

— Эта — последняя, — устало пробормотал наследник Годрика, вытирая выступивший пот со лба. – Сегодня в багажном вагоне аншлаг. Кто-то нападает на студентов.

— И кто-то из вас раскидывается черномагическими заклинаниями,– посмотрев на состояние Мэган, произнес профессор и тут же поинтересовался. – Так кто же это натворил?

Даниэль, пожав плечами, посмотрел на Конора, стоящего возле двери. Зельевар моментально перевел взгляд на сына. Мальчишка, засунув руки в карманы брюк, минуту молча изучал рисунок дверного косяка, а потом, стараясь придать своему голосу большей уверенности, сказал:

— У меня был небольшой разговор с Уизли.

— Такой, что теперь гриффиндорец еще долго не слезет с больничной койки?! – шипел от негодования родитель.

— Вообще-то, к тому состоянию, в котором Уизли находится сейчас, я отношения не имею. Он отбежал за ящики и почти сразу начал бросаться заклинаниями.

— Хороший был у вас разговор, если мистер Уизли сразу же перешел в оборону.

— Ничего себе оборона, — хмыкнул сын, — Да он там целый фейерверк устроил из вспышек от заклинаний. Я только и успел отскочить, а вот Рейвенкло повезло меньше, она попала под одно из них. Вон и Малфой может подтвердить.

Северус посмотрел на своего студента. Тот, поежившись, согласно кивнул головой, кидая Гриффиндору его мантию.

— Значит, там был еще кто-то кроме вас? – допытывался профессор.

— Стало быть, был, — пожав плечами, сказал Конор и посмотрел на ребят.

От мысли, что сейчас его дети и их бестолковые друзья подвергались смертельной опасности, неприятный холодок прошелся по спине Мастера Зелий.

«Тот, кто напал на Уизли и Рейвенкло, использовал древние черномагические заклинания, — рассуждал зельевар, смотря на недоуменно переглядывающихся подростков. — И это был явно не студент. Но тогда кто? Кому понадобилось прятаться в багажном вагоне?»

— Всем оставаться в этом купе до моего прихода! — распорядился мужчина, и, переступая порог, добавил, глядя на мальчишек. – И не дай вам Мерлин, если вы решите ослушаться.

Хлопнув дверью в конце коридора, декан Слизерина направился в злосчастный багажный вагон.

Игры темной королевы. Глава 1. Нападение в багажном вагоне. Часть 5


Багажный вагон был полон клеток с совами. Ящики и коробки, помеченные гербом школы, были уложены плотными рядами, оставляя лишь узкие проходы по всему темному железнодорожному хранилищу. Небольшой фонарь с горящей внутри свечой висел под потолком в середине вагона и охватывал своим тусклым светом лишь маленький клочок деревянного пола. Громоздкие чемоданы некоторых учеников и учителей с бирками, обозначавшими их владельцев, так же были сложены в отдельный ряд.

Когда Малфой вошел в вагон, первым делом он увидел тень человека и вспышку от произнесенного заклинания. Отскочив в сторону, подросток выхватил волшебную палочку и осторожно выглянул из-за длинных рядов ящиков. Заклинания выпускались один за другим, но почему-то в разные стороны, будто волшебник не был уверен, в каком направлении его противник.

— Уизли, нехорошо бросаться заклинаниями, когда тебе желают набить морду кулаками, — послышался голос Конора буквально в нескольких шагах от Драко.

Вглядевшись в полумрак, серебряный принц змеиного факультета рассмотрел Снейпа-младшего, который стоял к нему спиной. В конце вагона прямо позади стены из больших ящиков послышался слабый стон, грохот и скрежет о деревянный пол чего-то тяжелого.

Уизли, неужели ты решил забаррикадироваться? – усмехнулся наследник Салазара. – А еще говорят, что на Гриффиндоре должны учиться смелые студенты. Рон, я тебя только пару раз ударил, а ты уже решил себе гробик из ящиков смастерить? Имей в виду, у меня еще осталось желание размазать тебя по стенке. Не стоило идти на разборки, если дерешься, как девчонка. Так что постарайся набраться храбрости и выходи. Ящики тебя все равно не спасут.

Вместо ответа в соперника полетело заклинание. Снейп подался в сторону и тут же натолкнулся на Малфоя. Красная вспышка должна была удариться о дверь, но по воле случая в это самое время в багажный вагон, разглагольствуя о невоспитанности кузена, вошла Рейвенкло. Девушка только успела слабо вскрикнуть, перед тем как повалиться на пол. Конор и Драко замерли и уставились на наследницу, которая, как казалось, была без сознания. За ящиками опять послышался скрежет.

— Что ты творишь, Малфой?! – крикнул Даниэль, увидев в руках принца подземелий волшебную палочку, направленную в сторону Мэган. – Мозги дома оставил?! Нападаешь на всех подряд, маньяк!

Переступив порог вагона, Гриффиндор бросился к девушке и попытался привести ее в чувство. Гарри наблюдал, как друг шептал заклинание за заклинанием, но все было напрасно. Ничего не действовало.

— Придурок белобрысый, какому заклятью ты подверг ее? – сердился потомок Годрика, подкладывая под голову студентке свою свернутую мантию.

— Это не он, — отходя от Малфоя, ответил Конор, поглядывая в дальний угол вагона, где прятался Рон. – Уизли тут балуется магией. Ну, как, что с Мэган?

— А я знаю?! – поднимаясь с колен и не отрывая взгляда от девушки, злился Даниэль. – Будто спит, но контрзаклятие не помогает.

— Применять «оживи» пробовал? – отозвался Драко, подходя к ребятам.

— Очень умно, белый, — хмыкнул парень, поворачиваясь к слизеринцу. – Только твоих советов тут и не хватало.

— Нечего на меня огрызаться, я же не виноват, что Уизли попал в Рейвенкло.

— Мог бы хоть раз совершить поступок и заслонить собою девушку, — вздохнул Гриффиндор.

— Совершать глупые поступки – привилегия представителей твоего факультета, — ответил Драко, пряча волшебную палочку в карман мантии. – Один рыжий уже напортачил с заклинанием.

— Кстати, о рыжих, — Даниэль посмотрел на Конора и спросил, — Где этот гений, который превратил Рейвенкло в спящую красавицу? Дайте мне его, я из него гнома сделаю. Будет всю оставшуюся жизнь на хрустальный гроб работать.

Конор кивнул в сторону ящиков, где находился Рон.

— Так, — громко протянул болтливый наследник, вглядываясь в полумрак, царивший в конце вагона. – Уизли, я даю тебе возможность самому сдаться. Считаю до трех мерлиновых носков. Раз носок, два носок, три…

— Я сам с ним поговорю, — решительно заявил Гарри, отстраняя друга с прохода.

Даниэль пожал плечами и подсел к спящей Мэган, взяв ее за руку. Конор и Драко наблюдали как Мальчик-Который-Выжил пробирается в дальний угол вагона. Как только подросток скрылся за стеной громадных деревянных ящиков, послышался его взволнованный голос.

— Ребята, здесь Рон весь в крови!

Снейп и Малфой удивленно переглянулись. Гриффиндор укоризненно цокнул языком и хмыкнул, вставая с пола:

— Не-ангел, кажется, ты переборщил. Мальчика забил в кровь. Позор тебе.

— Я только нос ему разбил, — оправдывался наследник, направляясь к брату вместе с Даниэлем и Драко.

Оказавшись за ящиками, студенты увидели довольно жуткую картину. Рон лежал без сознания, прислонившись к стене. Тусклый свет, проникавший между ящиками, давал возможность рассмотреть парня, все лицо и руки которого были в кровоточащих ранах. Белая рубашка, впитывая кровь, приобретала красный оттенок.

— Я пытался остановить кровь при помощи «эпискеи», но ничего не помогло, — сглотнув от волнения, пробормотал Гарри.

— Похоже на одно из черномагических заклинаний, – осматривая гриффиндорца, сказал Слизерин-Снейп.

«Дед подобное применял при «разговоре» с захваченными противниками, когда те неохотно отвечали на его вопросы, — вспоминал Конор. – Только вот после такого мало кто выживал, так как кровопотеря была смертельной».

— Его надо срочно перенести в наше купе, — поднимая Уизли, заторопился мальчишка. – Отец, возможно, сможет помочь.

Гарри, подхватив Рона с другой стороны, помог брату доволочь рыжеволосого студента до выхода из багажного отделения.

— Странно все это, — следуя за друзьями, пробормотал Даниэль, оглядываясь назад. – Если предположить, что Не-ангел здесь ни при чем, то тогда встают минимум два вопроса: кто же так расправился с рыжиком? и почему этот же неизвестный решил напасть на Мэган?

— Возможно, заклинание предназначалось не Рейвенкло, — предположил Драко, встав рядом с Гриффиндором, когда тот, скрипя зубами от усилия, подхватил на руки спящую наследницу.

Игры темной королевы. Глава 1. Нападение в багажном вагоне. Часть 4


— Вам так идет эта мантия, — послышался знакомый голос уже в следующем вагоне, куда ребята направились, оставив родителя наедине с умными книгами. – У Вас, наверняка, и имя такое же красивое, как и Вы.

— Меня зовут Мэри, — ответила сидящая возле окна девушка, краснея от смущения, в то время как ее подружки тихо хихикали, прикрываясь модными журналами.

— А меня — Конор, а его — Гарри, — вваливаясь в купе, засмеялся Слизерин-Снейп.

Парень плюхнулся рядом с Даниэлем, который пытался пофлиртовать с четверокурсницами Хаффлпаффа. Гарри же остался в дверях.

— Как настроение? За время каникул не ушло желание учиться? – весело заявил Конор, обращаясь к девчонкам.

— Ушло, — буркнул за студенток Гриффиндор, встав и пытаясь вытурить Слизерина в коридор.

Друг, улыбаясь и посылая на прощание воздушный поцелуй смеющимся девушкам, позволил вытолкнуть себя из купе. Выйдя следом и захлопнув дверь, наследник Годрика сделал сердитое лицо и заявил:

— Ну и гады же вы оба! Я тут пытаюсь закадрить хоть кого-то, а вы вваливаетесь и все рушите.

— Хоть кого-то, — засмеялся Конор, обнимая за плечи Даниэля. – Гриффиндор, я уже со счета сбился, скольких ты кадрил. Ты хоть на ком-нибудь остановишься?

— Я в поисках идеала, — пожал плечами мальчишка. – И меня тянет каждый раз на что-то новенькое. Не люблю я однообразие.

— Ловелас ты, Гриффиндор, — хмыкнул Гарри, похлопав друга по плечу. – Чем тебе та девушка не понравилась, которую мы подобрали в «Золотом осьминоге»?

— Они подобрали, — передразнил Даниэль. – Тоже мне, подборщики нашлись. Вы хоть знали, что она ни слова по-английски не говорила? Да и эта ее привычка постоянно подмигивать навела на мысль о нервном тике. И еще вы совершенно не предупредили, что в баре она не одна, а с братом, который плохо относится ко всем лицам мужского пола, которые пытаются поцеловать его сестру.

— Ладно, не волнуйся, — уверил Слизерин-Снейп. – Мы тебе кого-нибудь еще подыщем.

— Нет уж, я сам себе девчонку найду, — заявил Гриффиндор, опираясь спиной о стенку вагона, и, сунув руку в карман брюк, добавил, глядя на Гарри. – Между прочим, нам вдвоем с тобой, бывший Поттер, девчонок надо искать.

— Мне Ферулы достаточно, — вздохнул мальчик, убирая челку с когда-то знаменитого лба, на котором сейчас уже отсутствовала метка в виде молнии.

Даниэль, сочувствуя, посмотрел на однокурсника и прижал ладонь к своему лицу.

— Крепись, Гарри, — произнес он. – Ферулы нет.

— То есть как, нет? – заволновался мальчик, переводя взгляд с Гриффиндора на брата, который непонимающе пожал плечами. – Что-то случилось?

— Да, — подросток, вытирая выступившие слезы, притянул к себе новоиспеченного Снейпа и, всхлипывая, продолжил. – Она была такой молодой, так любила цветы. Ты не представляешь, как она их любила. Порой сидит себе, семечки цикламенов перебирает и разговаривает с ними, как с живыми. Или гладиолусы, как она их обожала! Вот однажды…

Конор подскочил к Даниэлю и, оторвав его от побледневшего Гарри, потребовал:
— Объясни, что произошло! Что с Ферулой?

Друг залился слезами и теперь повис на плечах наследника Салазара.

— Так вы еще не знаете? Это же просто ужасно. Она, ее…

— Не тяни же, — взмолились одновременно оба Снейпа.

— Что, что, — тут же нормальным голосом сказал Даниэль, вынув носовой платок из кармана брюк и вытерев мокрые от слез щеки. – Просто ее в Шармбатон отправили учиться. Там, видишь ли, углубленное изучение растений преподают.

— Я уж думал, что-то серьезное, — ухмыльнулся Конор, толкая друга. – Еще и разревелся тут.

Даниэль довольно улыбнулся и показал маленький пузырек, зажатый в ладони.

— Хорошо сработало, правда? Так и бабушку удалось провести после случая с поцелуем Мэган на Рождество. Едкая гадость. Нюхнешь, и сразу слезы градом. Мое изобретение.

— Гарри, я за то, чтобы этого хитреца-изобретателя хорошенько взгреть, — метнулся в сторону Гриффиндора Конор.

В свою очередь друг выставил Гарри как щит и, пятясь, заявил, посмеиваясь:

— Ну, вы ведь купились на это. Сами же попросите у меня рецептик, когда профессор вам уши будет драть за очередное приключение. Слезы детей предков всегда успокаивают.

Даниэль пятился по коридору, пока позади него не послышался голос Мэган Рейвенкло.

— Гриффиндор! – зашипела наследница и стала покачивать своей розовой сумочкой с тяжелыми стразиками, намереваясь отомстить за рождественскую выходку главному обидчику.

Почувствовав себя в западне, балагур слабо пискнул и нырнул в ближайшее купе, увлекая за собой Гарри. Но уже через секунду дверь купе раскрылась, и сын зельевара был вытолкнут в коридор.

— А ну выходи, шут гороховый! – стучала в стекло Мэган и дергала ручку запертой двери.

Даниэль с другой стороны непонимающе пожимал плечами и показывал на уши, утверждая, что он совершенно не слышит ее требований. Третьекурсники Слизерина, сидевшие в купе, застыв от наглости представителя вражеского факультета, поглядывали на противника. В результате, посовещавшись, толпа ребят вышвырнула Гриффиндора в коридор.

— Нет, это просто безобразие! – указывая на студентов младшего курса, возмутился Даниэль, хватая сумочку Рейвенкло и замахиваясь на хозяев купе, которые с победным кличем захлопнули дверь. – Совсем страх потеряли. Вот сейчас я как тресну всем по котелкам, тогда будете знать, как меня в коридор выпихивать. Слизерин, ты чего за своими студентами не смотришь? Они мне рубашку помяли. Как же я с помятым уголком рубашки появлюсь в школе?!

— Я думаю, ты переживешь позор, — улыбался Конор, наблюдая за другом. – Тем более, у тебя теперь есть оружие для обороны.

— Это Выхухоли больше подойдет, — сунув в руки молодому человеку в очках сумочку со стразами, произнес Даниэль. — Носить розовое – не в моем стиле.

Девушка, понаблюдав за перемещением своей вещи из рук в руки, завизжала, возмущаясь:

— Немедленно верните сумку! Я буду жаловаться профессору Снейпу!

— Ради грязных носков Мерлина, зачем же так орать?! — отдавая вещь наследнице, перекосился Даниэль, растирая левое ухо, которое было рядом с «источником» воплей. – И сразу надумала жаловаться профессору, будто у него других забот нету, как только твои сумки вызволять.

— Гриффиндор, ты невыносим! — кричала на парня Мэган. — Ты наглый, болтливый…

— А еще красивый, ласковый, милый и люблю с тобой целоваться, — продолжил свою характеристику мальчишка, улыбаясь.

Рейвенкло, сжимая сумочку так, что аж костяшки пальцев побелели, задыхалась от распирающего ее возмущения. Казалось, еще секунда, и девушка обрушит свою отяжеленную украшениями вещь на голову Даниэля. Но вместо этого Мэган бросила на наследника полный ненависти взгляд и, развернувшись, ушла по коридору, хлопнув дверью последнего купе.

— А все-таки я ей нравлюсь, — вздохнул Гриффиндор, глядя вслед красавице. – Видели, как она на меня посмотрела?

— Ага, готова была убить на месте,- улыбнулся Гарри, поправляя очки.

— Это от любви, — разомлел парень.

— Да, — засмеялся Конор. – Именно от любви она тебя когда-нибудь и задушит.

— Ты мне просто завидуешь, — поглядывая на окно, за которым уже вечерело, и зимние сумерки быстро захватывали территорию среди разыгравшейся снежной метели, сказал Даниэль. – Не приходись она тебе кузиной, ты бы тоже в нее влюбился.

— Нет, даже в свете новых событий, — идя по коридору, хмыкнул Слизерин. – Рейвенкло меня не привлекает. Это тебе нравятся психованные девушки с маникюром и розовыми сумочками.

— Ну, по-моему, это лучше, чем мисс всезнайки, для которых ты котируешься где-то между десятитомником по нумерологии и сборником «Все виды грибов с иллюстрациями», — пробурчал Гриффиндор за спиной друга.

Конор резко развернулся и схватил Даниэля за грудки.

— Ты что-то имеешь против Гермионы? – прошипел парень.

— Именно против нее я ничего не имею, — глядя в глаза другу, ответил Гриффиндор.- Я выразил свое мнение о девчонках. И это вовсе не повод мять мою рубашку. Сначала твои змеиные однокурсники, теперь ты. Так я в школу прибуду в помятой одежде. Тетка мне этого не простит и будет ворчать весь вечер.

Слизерин отпустил рубашку наследника и усмехнулся:

— Ничего страшного. Немного ворчания тебе не повредит.

— Немного?! – вспыхнул Даниэль. – Да ты знаешь, сколько она ворчит? К тому же уму непостижимо, сколько у нее правил и требований.

— Не больше, чем у моего отца, — хмыкнул Конор.

— Да, но теперь вас у зельевара двое, а я один против МакГонаггл. Думаю, я долго не выдержу, сломаюсь и буду хорошо учиться, — вздохнул Гриффиндор, улыбаясь.

— Это станет для нас страшной потерей, — похлопал по плечу друга Гарри, смеясь.

— Но, — тут же взбодрился русоволосый мальчишка. – Пока я еще не потерян, предлагаю отправиться в мое купе, где я в сумке припрятал колоду игральных карт. Еще бы где-нибудь раздобыть бутылочку сливочного пива, тогда бы мои выигрыши вас не сильно волновали.

— С чего это ты так уверен, что выиграешь? – улыбнулся Гарри.

— Вот ты, Выхухоль Очкастая, человек новый в наших Дальних землях, — важничал Гриффиндор, подталкивая Конора в сторону следующего вагона. – И тебе простительно не знать, что карты бывают разные. Одни простые, как флаг Слизерина, другие — не совсем уж обычные. Так скажем, мои карты из второй категории.

— Проще говоря, — Конор остановился и повернулся к друзьям. – Карты заколдованы на удачу для их хозяина, то есть для болтливого Королька, у которого на факультетском флаге облезлая кошка изображена.

— Но разве это честно? – хмыкнул Гарри.

— Нет, конечно, — покачал головой брат и пошел дальше по коридору. – Такие карты давно запрещены. За применение этой колоды в игре может сильно влететь не только от других игроков, но и от кое-кого еще.

— Вот не надо меня пугать своим седовласым родственником, вечно курящим трубку. А еще утверждают, что курение вредит здоровью. Посмотреть на него, так наоборот. Вон какой шустрый дяденька, — сказал Даниэль, останавливая Слизерина-Снейпа, схватив друга за рубашку напротив одного из купе.– Охмурил мою бабульку и теперь шастает к нам в особняк как в дом родной.

— Так они же теперь супруги, — улыбнулся Гарри.

— Вот-вот, — вздохнул Королек. – Раньше я хоть дома отдыхал от шипения твоего родителя или криков капитана, а теперь моему спокойствию пришел конец. Твой дед, Конор, совершенно не воспринимает шутки, прямо как профессор Снейп. Иногда кажется, что они родственники.

Гарри и Конор молча переглянулись, в то время как Даниэль, раскрыв дверь купе, поклонился и услужливо произнес, улыбаясь:

— Прошу к нам на огонек. Будете себя прилично вести, куплю по шоколадной лягушке.

— Разоришься, балабол, — вталкивая друга внутрь, засмеялся Конор. – У тебя же вечно денег нет.

— Ничего, — плюхаясь на сиденье, ответил русоволосый наследник. – У тебя же их достаточно.

Гарри, войдя в купе последним, улыбнулся, увидев возле окна Рона, листающего журнал по квиддичу и Невилла со стопкой книг.

— Привет всем!

— Гарри, наконец-то! – радостно вскрикнул Уизли и, вскочив с кресла, кинулся к другу. – Как мы давно не виделись!

— Вот теперь увиделись, — освобождаясь от дружеских объятий рыжего гриффиндорца, смеялся подросток.

Лонгботтом собрал с сиденья разложенные учебники и свитки пергамента, освобождая место для гостей.

— Вот человек, — покачал головой Даниэль, глядя на кучу книг. – Тебе что, учебных дней мало?

— Да это зельеварение. Вы же знаете, что у меня с этим предметом особые сложности,- пожал плечами Невилл, складывая учебники и справочники в стопки. – Профессор Снейп, он…

Посмотрев на Конора, Лонгботтом замолчал и торопливо начал складывать книги в сумку.

— Он придира еще тот, — кивнул головой Слизерин и улыбнулся, плюхаясь на сиденье рядом со студентом. – Но если его меньше бояться, то и предмет не покажется таким сложным.

— Точно, — Гриффиндор, смеясь, хлопнул однокурсника по плечу. – Мистер Снейп, то есть профессор Снейп, не такой уж и страшный. Хотя, может, немного вредный, да и волосы моет не часто, все же он довольно милый, если так можно сказать о нем. Не думаю, что он сразу станет нас спрашивать о своих любимых зельях. Все-таки война была, да и домашнее задание я потерял.

— Это ты зря, — хмыкнул молодой маг в очках. – Мастер Задавать-Большие-Домашние-Задания сказал, что поблажек не будет.

— Беру свои слова обратно, Невилл, — сразу забеспокоился Даниэль, выхватывая из рук мальчика одну из книг. – Снейп — страшный человек, деспот, который норовит простых парней, как ты и я, засадить за мытье котлов и иной посуды. Так что там задавали?

Конор забрал книгу у друга и передал ее обратно гриффиндорцу.

— Королек, хватит сеять панику среди и так перепуганного населения. Если хочешь учить зельеварение, начни с «Начального курса по зельям для самых маленьких», глядишь, чего-нибудь и запомнишь.

— Я уже его читал, но там, кроме картинок, ничего интересного нет, — подросток поморщился, скрестив руки на груди, но тут же улыбнулся. – И хватит про учебу. Этой гадости будет достаточно и в школе. Давайте лучше в картишки перекинемся.

— Это не лучшая идея, — покачал головой Гарри, поправляя очки.

— Выхухоль, перестань портить настроение перед игрой и сними эти дурацкие очки. Тебе же глаза лечили, а ты опять стекляшки напялил.

— И сейчас лечат. Но приходится носить очки, говорят, что лечение немного затянется, — пожал плечами мальчик.

Даниэль, встав, дотянулся до своей сумки на верхней полке и взглянул на Конора.

— Вот, Слизерин, а утверждал, что твой отец — гений.

— Я такого не говорил, — ответил наследник Салазара.

— Ладно, — согласился болтун, раскрывая сумку. – Не говорил, но я-то в него верил. Может, не всегда, но по пятницам точно.

— Почему именно по пятницам? – тихо поинтересовался Невилл.

— Потому что по пятницам не было зельеварения, — ответил за друга Слизерин-Снейп, ухмыляясь.

— Слушайте, — оглядывая сидящих пассажиров купе, воскликнул Даниэль. – Почему у вас всех сегодня паршивое настроение и желание сделать паршивым и мое? Это, я вам скажу, не по-товарищески. Я могу понять Гермиону, которая как самая ученая староста может замучить своими заумными речами. Кстати, где она? Почему я все еще не слышал ее лепетания с оттенком энциклопедических знаний?

— Она осталась в вагоне для старост что-то выяснять, — ответил Рон, зевая.

— Отлично, — улыбнулся Гриффиндор и, вынув колоду карт, показал ее друзьям. – Самое время, пока ее нет, поиграть немного. Ставки — пять сиклей на кон.

Ребята молча переглядывались. Гарри знал, что у Рона нет таких денег, да и Невилл с его строгой бабушкой вполне мог и не иметь монет.

— Даниэль, может не стоит играть на деньги? Играй на что-нибудь другое, — сказал Гарри, переводя взгляд с Уизли и Лонгботтома на парня, задумавшего азартную игру.

Гриффиндор поморщился и тяжело вздохнул:

— На что другое, Снейп? Не думаю, что проигравшим понравится хлопать ушами или бегать на время по крышам вагонов.

— Снейп? – не поверив услышанному, переспросил Рон и посмотрел на Гарри. – Только не говори, что это правда. Ты принял фамилию этого сальноволосого вечно злого… упыря?

— Эй, поосторожней со словами, рыжий. Так недолго и без зубов остаться, — прошипел Конор, вскочив с кресла. – Я не позволю оскорблять мою семью. Гарри был усыновлен моим отцом, и это не повод таким, как ты, высказывать свое тупое мнение!

— Таким, как я?! — вспыхнул Рон, вскочив с сиденья и толкнув слизеринца. – Между прочим, я староста факультета, а ты всего лишь привилегированное отродье Слизерина.

— Вот это привилегированное отродье тебе сейчас морду набьет, тогда посмотрим, каким ты будешь красивым старостой, провалявшись месяц в больнице, — схватив долговязого однокурсника за грудки и прижимая к косяку двери, прошипел Конор.

Наследник замахнулся кулаком, намереваясь исполнить обещание, но Гриффиндор, взяв за рукав друга, спокойным голосом предложил:

— Не стоит здесь пачкать кровью кресла, мне на них еще сидеть. Если же у вас так чешутся руки, и вам хочется выяснить некоторые аспекты вашего обоюдного недовольства, может, стоит пройти куда-нибудь в более удобное место, например, в багажный вагон, и там почесать свои кулаки.

Слизерин-Снейп, посмотрев на друга, перевел взгляд на рыжеволосого студента и, кивнув в сторону коридора, направился в конец поезда.

«Самодовольный гад, — злился Рон, выйдя следом за Конором. – Но ничего, я сотру эту нахальную улыбку с его лица. Сначала Гермиону охмурил. И что она в нем нашла?! Будто парней на родном факультете нет. Подумаешь, глаза у него голубые. У меня тоже не фиолетовые. Да и ростом он даже чуть ниже меня. А что касается волос, так перекраситься в черный цвет можно в любой момент. И Гарри тоже хорош! Мама говорила о том, что его усыновил зельевар, но что он еще и фамилию этого ядовитого препода взял… Предатель! Предал память своего отца, предал факультет, предал весь мир!»

— Королек, ты бы придумал, как их помирить, — вздохнул Гарри, глядя на удаляющихся вояк.

— Никогда не выступал в роли миротворца, — выталкивая друга из купе, сказал Даниэль, быстрым шагом направляясь к багажному вагону, – Слизерин весь в отца и деда – упрямец еще тот. А кулаками махать, так это вообще его стихия. Я уже не говорю о заклинаниях. Поэтому рыжему не повезло. Зря он с Конором повздорил.

— Но эта драка ни к чему хорошему не приведет.

— Думаешь, не знаю?! В самом лучшем случае, Не-ангел покалечит бедного студента, а в худшем… сильно покалечит, – пробормотал парень, открывая дверь в следующий вагон, и так резко остановился, что Гарри, идущий следом, врезался в друга.

— Не пихайся, — повернув голову, процедил Даниэль. – Если мы не будем двигаться, то, возможно, она нас не заметит.

В конце коридора напротив распахнутой двери купе стояла Мэган, мечтательно смотря в окно. Гарри выжидающе уставился на замершего наследника.

— И долго мы тут так будем торчать? Эти двое в багажном вагоне наверняка уже выясняют отношения.

— Красивая она, — вздохнул Даниэль и добавил. – Когда молчит.

Дверь одного из купе открылась, выпуская пассажира. Высокий стройный блондин, улыбаясь, подошел к девушке и что-то произнес. Рейвенкло посмотрела на парня и, хмыкнув, отвернулась к окну. Молодой человек засмеялся и проследовал по коридору в конец поезда.

— Отлично, еще только Малфоя возле нее не хватало, — прошипел русоволосый наследник основателя школы, приближаясь к девушке.

Заметив Гриффиндора, Мэган тут же поморщилась.

— Опять ты.

— Нет, это не я, — быстро ответил Даниэль и, встав возле ветреной особы, мило улыбнулся. – И если ты все еще дуешься по поводу нашего розыгрыша во время праздника, то это уже неприлично с твоей стороны. Я же вот уже забыл, как меня потом бабушка ругала. А ведь мы только хотели сделать тебе приятное. Твой Крам вечно на службе, вот и решили немножко его изобразить.

— Изобразить?! – начала кипеть от негодования наследница. – А целоваться, кто придумал?

— В любом случае, не я и не Гарри, — тут же ответил Королек, дергая друга за рубашку, чтобы тот поддержал его вранье.

— Значит, эту гадость Конор подстроил? – сверлила сердитым взглядом парня Рейвенкло.

Даниэль слабо улыбнулся и, оглянувшись на Гарри, пожал плечами.

— Я не совсем уверен, к тому же…

— Ну не капитан же это был? — прошипела девушка.

— Не думаю, но все в мире возможно.

— Значит, Конор, — сжав губы, пробормотала Мэган и обратилась к мальчишкам. – Где он? Вы к нему идете? Я хочу с ним поговорить.

— Как много вопросов, я прямо-таки запутался, — пытаясь обойти бестию с накрашенными ногтями, сказал Даниэль, потянув за собой черноволосого однокурсника. – Но, как только увижу Снейпа, сразу передам ему, что ты хотела его покусать. Про те части тела, которые ты бы желала ему откусить, уточнять?

— Я иду с вами, — заявила Мэган. – Где ты и Гарри, там всегда Слизерин-Снейп ошивается.

— А если мы по важному делу? – подталкивая друга впереди себя, поинтересовался Даниэль. – Знаешь, нам велели пересчитать вагоны и окна в них. Про инвентаризацию хозяйственного имущества слышала?

— Все, хватит, Гриффиндор, — прервала разглагольствования парня Рейвенкло. – Ты немедленно ведешь меня в купе, где обосновался твой дружок Снейп.

— Я бы не сказал, что профессор является мне дружком, но если ты так сильно хочешь его увидеть, то обязательно проведу, — улыбнулся мальчишка и, обратившись к молодому магу в очках, спросил. — Гарри, в каком купе твой новый родитель обитает?

— Гриффиндор, ты — идиот, и это навсегда, — теряя терпение, взвыла наследница от неукротимой болтовни Даниэля. – Если я через минуту не увижу Конора, то я тебя собственноручно придушу.

— Лучше зацелуй до смерти, — томно вздохнул подросток, но почувствовав вместо поцелуя пальцы Мэган на своей шее, тут же передумал. – Ладно, уговорила, к Конору так к Конору.

Чтобы лишить возможности Рейвенкло дотянуться до его шеи, Даниэль предложил девушке идти впереди всех.

— Мне почему-то кажется, что Малфой тоже направляется в багажный вагон, – размышлял, шагая за другом, Гарри, увидев в конце коридора последнего пассажирского вагона Драко. – Интересно, что он там забыл?

— Совесть он там забыл, — буркнул Даниэль, прибавляя шагу.

Игры темной королевы. Глава 1. Нападение в багажном вагоне. Часть 3


-Тут сплошная мелкотня, — бурчал наследник, отталкивая мельтешащих под ногами первокурсников. – Надо бы выбрать более подходящие места.

Парень уже намеревался перейти в следующий вагон, но его остановил голос отца:
— Ты прошел мимо свободного купе.

Мальчишка закатил глаза и недовольно покосился на купе, умышленно пропущенное им. Зельевар открыл дверь и, пройдя внутрь, левитировал свой чемодан на верхнюю полку.

— Отлично, — прошипел Конор, кинув свой багаж на пол вслед за братом. – Самое последнее купе в вагоне с первокурсниками. Это хороший выбор, если учесть, что наверняка мы рядом с туалетом.

— Зато недалеко бежать, — улыбнулся Гарри, устраиваясь возле окна напротив Снейпа, сняв теплую мантию и положив ее на кресло.

— Если ты собрался бегать туда, то предлагаю сесть рядом с дверью, — плюхнувшись на сиденье рядом, заявил Конор, отбрасывая черную с серебряной застежкой в виде змеи мантию к отцу.

Закинув ноги на чемодан Гарри, наследник скрестил руки за головой и шумно вздохнул. Профессор сделал незначительный взмах рукой, и багаж устремился на отведенное для него место на полке, ускользая из-под ног подростка. Конор охнул и чуть не свалился в проход между сиденьями.

— Пап, я тут подумал, может, мы с Гарри прогуляемся по поезду? С однокурсниками пообщаемся, — ткнув брата локтем в бок, чтобы поддержал идею, предложил Слизерин-Снейп, скучающе осматривая купе.

Гарри согласно кивнул и тут же вскочил, намереваясь пройтись по вагонам.

— Эй, еще не хватало, чтобы ты мне новые ботинки затоптал, — возмутился Конор, поднимаясь с кресла и отталкивая братца подальше от своих ног.

— Так, — протянул родитель и добавил. — Оба сели на свои места. Никто никуда не пойдет, пока мы не обговорим некоторые моменты.

— А может, позже? – стоя возле двери, поморщился Конор, предполагая, что сейчас начнется сеанс отцовских наставлений.

Снейп-старший молча указал на сиденье напротив себя. Недовольно поворчав, подростки уселись обратно.

— Слишком много всего произошло, и это в корне изменило и мою, и ваши жизни, — начал зельевар. – Побежден Волдеморт.

— Как интересно, — проворчал Конор, но тут же замолк под ледяным взглядом черных глаз ближайшего родственника.

— Побежден с помощью вас обоих, — продолжал отец. – Но, как известно, Министерство обнародовало свою версию последней битвы с Темным лордом.

— Да, — протянул неугомонный Конор. – Министр совсем обнаглел. Заявил, что Волдеморт повержен представителями Аврората, а пророчество об избранности Гарри было лишь ошибкой. Интересно, а дед с министром из-за этого поцапался?

— Не стоит совать нос в дела капитана, — строго предупредил родитель. – И, в любом случае, Фадж все сделал так, чтобы версия об ошибочной избранности твоего брата распространилась по всему миру. Вообще, политикой, проводимой министром, не доволен не только Слизерин, но и другие кланы. Однако многие простые обыватели той части магического мира, которая контролируется Министерством, безоговорочно верят Фаджу и теперь считают тебя, Гарри, всего лишь обычным мальчишкой.

— А мне нравится быть обычным, — пожал плечами молодой маг с взъерошенными волосами. – К тому же у меня теперь так много родственников. Это лучше, чем любая слава.

— С одной стороны, это хорошо, — скрестив руки на груди, сказал Северус. – Правда, с другой, у одного из этих родственников до недавнего времени руки чесались всыпать тебе за выходку на перроне.

— А я думал, только баллы снимешь, — смеялся Гарри, глядя на родителя.

— Теперь ты Снейп и одними баллами не отделаешься, — усмехнулся зельевар.

— Это будет новость дня, — толкнул брата Конор. – Знаменитый гриффиндорский ловец Гарри Поттер стал наполовину слизеринцем. Чувствую я, что твой факультет не оценит всю прелесть новой фамилии.

— Ничего, я думаю, они поймут, — хмыкнул паренек, поерзав на сиденье, – Я и так под чужой фамилией пятнадцать лет ходил. Теперь я Снейп и все.

— Странно от тебя это слышать, — произнес зельевар с наигранным безразличием.

Конечно, ему это было далеко небезразлично. С того дня, как он узнал, что оба мальчика его сыновья, не проходило и дня, чтобы он не задавался вопросом, а возьмет ли Гарри его фамилию, захочет ли быть Снейпом, невзирая ни на что. Но подросток не обманул его надежд и охотно принял фамилию своего настоящего родителя.

— Ты же не думал, что теперь, когда я знаю, чей я сын, буду носить чужую фамилию? Тем более фамилию человека, который убил нашу с Конором мать, — заявил подросток.

— Что ж, я рад твоему выбору, — улыбнулся профессор. – Но только несколько человек знают правду. Не забывай, для остальных — ты усыновлен мною. Оба не забывайте, что семейные тайны не должны быть известны ни одному чужому человеку. Вы достаточно взрослые люди, чтобы это понимать. Я надеюсь на вас.

— Что, даже Даниэлю нельзя говорить? – спросил Конор.

— Пока Гриффиндору не стоит знать правду.

— Это не совсем честно по отношению к другу, — буркнул сын. – Мы ему и так уже долго ничего не говорим.

— Я просто опасаюсь, что Даниэль может проболтаться, — пожал плечами мужчина. – Решать, конечно, вам, но если хоть одна крупица информации о нашей семье просочится, шкуру спущу с вас. А капитан еще и от себя добавит.

Подростки переглянулись и поморщились. Перспектива получить суровое наказание из-за неумения Даниэля держать язык за зубами привлекала мало. Но в тоже время необходимость обманывать и притворяться перед другом также не придавала радости.

— Пап, у нас хотя бы одна хорошая новость будет? — вздохнул Конор. – Скажи, что я и Гриффиндор будем проживать как все нормальные студенты в общих спальнях, или что экзамены в связи с закончившейся войной отменены.

— Экзамены вы все же будете сдавать. И никаких поблажек вам не будет. А что касается проживания, то я еще не думал над этим.

— Может, пора уже подумать? — улыбнулся подросток, потягиваясь.

— Я склоняюсь к мысли, что ты будешь жить там, где жил все время не такой уж долгой учебы в Хогвартсе.

— То есть в тюрьме, — фыркнул мальчишка. – Нет, эта мысль мне не очень нравится. Все люди как люди, а я один должен жить под надзором.

— Ничего с тобой не случится. Немного надзора не повредит, — вскинул бровь декан Слизерина.

— Может, нам с Гарри поменяться? — предложил Конор, скрестив руки на груди.

— Эй, — ткнул брата мальчишка, протестуя.

— Все, хватит, — велел родитель, глядя на пихающихся ребят. – Вы оба будете под моим пристальным вниманием. И то, что Гарри будет проживать на территории Гриффиндора, не спасет его в случае любого проступка. МакГонаггл обещала докладывать мне, как родителю, обо всех нарушениях моего сына.

— А она знает правду? – спросил Гарри.

— Она знает, что вы — мои дети.

— Отлично, — усмехнулся Конор. – Наверняка и Дамблдор в курсе всего, а мы тут должны тайны хранить под страхом воплей капитана.

Гарри согласно кивнул, присоединяясь к мнению брата.

— Вы вроде бы собирались прогуляться по вагонам? — левитировав свой чемодан и вынув из него книгу, произнес Северус и устроился возле окна, за которым мелькали луга, покрытые белоснежным одеялом, сверкающим под заходящим солнцем. – Или же вы соизволите немного подучить Историю магии, от которой вы все рождественские каникулы отлынивали?

Подростки тут же вскочили с мест и, подталкивая друг друга, вылетели в коридор.

— Я так понимаю, История подождет,- хмыкнул зельевар, когда дверь купе захлопнулась, и, улыбнувшись, раскрыл книгу на нужной странице.

3 с 41234